Найти в Дзене

Убил — и ничего, украл — на виселицу: как работал закон в Средневековье...

В Англии XIV века насилие было частью повседневной жизни, к которой все относились с определённой степенью терпимости. Убийства происходили часто, но не всегда влекли за собой суровое наказание. Кража же, напротив, считалась преступлением гораздо более тяжким и морально порочным — за неё могли без колебаний отправить на виселицу. Профессор криминологии Мануэль Айснер объясняет, почему так происходило. Если вы убили человека в Англии XIV века, у вас было немало шансов избежать наказания. И не потому, что законы были мягкими или суды — неэффективными. Убийство считалось тяжким преступлением, наказуемым смертью. Однако общество, как и сама судебная система, зачастую предпочитали закрыть на это глаза. «Присяжные нередко выносили оправдательный вердикт просто потому, что считали: “Этот человек не заслуживает виселицы”, — объясняет профессор Айснер. — Он — уважаемый член общества, жертвует церкви, обучает подмастерьев, ведёт себя как положено. А здесь просто произошла нелепая ссора, которая
Оглавление

Почему в средневековой Англии было опаснее украсть хлеб, чем убить человека?

В Англии XIV века насилие было частью повседневной жизни, к которой все относились с определённой степенью терпимости. Убийства происходили часто, но не всегда влекли за собой суровое наказание. Кража же, напротив, считалась преступлением гораздо более тяжким и морально порочным — за неё могли без колебаний отправить на виселицу. Профессор криминологии Мануэль Айснер объясняет, почему так происходило.

Если вы убили человека в Англии XIV века, у вас было немало шансов избежать наказания. И не потому, что законы были мягкими или суды — неэффективными. Убийство считалось тяжким преступлением, наказуемым смертью. Однако общество, как и сама судебная система, зачастую предпочитали закрыть на это глаза.

«Присяжные нередко выносили оправдательный вердикт просто потому, что считали: “Этот человек не заслуживает виселицы”, — объясняет профессор Айснер. — Он — уважаемый член общества, жертвует церкви, обучает подмастерьев, ведёт себя как положено. А здесь просто произошла нелепая ссора, которая закончилась трагически».

Кража — совсем другое дело. В глазах средневекового общества она считалась сознательным и коварным предательством, проявлением внутренней порочности. Именно поэтому наказание за воровство было быстрым и беспощадным — смертная казнь через повешение.

Несмотря на шокирующий характер убийства, убийцы часто избегали казни
Несмотря на шокирующий характер убийства, убийцы часто избегали казни

Насилие — обыденность, которую прощали

С современной точки зрения уровень убийств в средневековой Англии был просто ужасающим. По словам Айснера, число убийств было в 20–50 раз выше, чем сегодня в Англии и Уэльсе. Однако несмотря на столь высокую частоту, подавляющее большинство преступников избегали наказания.

«Формально законы были суровыми, — отмечает учёный. — Единственным возможным приговором за убийство была смертная казнь». Но на практике всё было иначе: в 90–95% дел суд присяжных выносил оправдательный вердикт. Причём нередко он основывался не на доказанном отсутствии вины, а на желании избавить обвиняемого от казни — даже если все понимали, что он виновен.

Многие дела и вовсе не доходили до суда. Зачастую, как только кого-то называли подозреваемым в убийстве, он исчезал — становился вне закона и предпочитал начать новую жизнь в другом месте.

Если же дело доходило до суда, присяжные часто предпочитали милосердие справедливости. В эпоху, когда драка могла вспыхнуть из-за опрокинутой кружки эля или спора за кусок земли, убийство воспринималось как трагичный, но не обязательно преступный исход обычного конфликта.

Кража — преступление без прощения

В отличие от убийства, кража считалась преступлением абсолютно осознанным, умышленным и глубоко аморальным. «Кражу рассматривали как особенно злонамеренное деяние, — говорит Айснер. — Потому что она требовала преднамеренности и желания нанести вред».

Воровство чаще всего связывали с "чужаками" — незнакомцами, приезжими, людьми без связей в местном сообществе. Именно их присяжные не стремились защитить, и именно они чаще всего отправлялись на виселицу. Если вас ловили на краже зерна или одежды, ваши шансы оказаться на эшафоте были куда выше, чем у того, кто совершил убийство.

С точки зрения общества того времени, преднамеренное преступление представляло большую угрозу, чем спонтанное насилие. «Убийство считалось результатом случайного конфликта, который неожиданно вышел из-под контроля, — объясняет Айснер. — А кража воспринималась как нечто гораздо более опасное — то, что разрушает саму основу общественного порядка».

Кража была преступлением, которое часто приписывали посторонним
Кража была преступлением, которое часто приписывали посторонним

Даже тюрьма могла стать смертным приговором

Казнь была не единственным способом, которым средневековое общество избавлялось от преступников. Тюрьма — переполненная, грязная и заражённая болезнями — часто становилась смертным приговором сама по себе. Люди умирали в заключении ещё до суда.

«Каждый год в лондонских тюрьмах умирало от шести до десяти человек, — говорит Айснер. — Если пересчитать это на масштаб современного Лондона, то речь идёт примерно о тысяче смертей ежегодно».

Иногда было достаточно одного обвинения — не приговора, — чтобы погибнуть. В мире, где спонтанное убийство могли простить, а преднамеренную кражу — нет, действительно безопаснее было убить человека и скрыться, чем украсть у него кусок хлеба.

Было интересно? Если да, то не забудьте поставить "лайк" и подписаться на канал. Это поможет алгоритмам Дзена поднять эту публикацию повыше, чтобы еще больше людей могли ознакомиться с этой важной историей.
Спасибо за внимание, и до новых встреч!