Октябрь 1963-го. Москва.
Советский инженер Николай Никитин спешит по улицам столицы. Он ищет цветы для любимой жены. Но не всё так просто — она принимает только тюльпаны, причём не бутончики, а только полностью раскрытые. Настоящий вызов, но и любовь — настоящая.
Николай находит их. Идёт домой с букетом в руках. Осень. Серое небо. И тут — здоровенный мокрый кленовый лист, сорванный ветром, падает прямо на цветок. Никитин замирает: всё, конец. Лепестки не выдержат.
Но происходит неожиданное — тюльпан остаётся целым. Он гибкий, но прочный. Лист соскальзывает, не повредив форму.
Именно в этот момент приходит идея, которая изменит всё.
Лепестки против котлована
Никитин работает над проектом новой телебашни. Москва растёт, телевидение развивается, нужна современная конструкция. Лучшее место — район Останкино. Но проблема в грунте: копать котлован глубиной 25 метров — безумно сложно, почти невозможно.
За праздничным столом, на юбилее жены, Никитин неожиданно говорит начальнику:
— А если… не копать?
Он объясняет: тюльпан держит вес благодаря форме, а не массивности. Что, если основание башни будет не тяжёлым и глубоким, а широким, как лепестки цветка, распределяющим нагрузку?
Башня-тюльпан
Через несколько дней комиссия Моссовета в изумлении слушает презентацию. Фундамент всего 4,5 метра глубиной, но с 60-метровым бетонным "стеблем" внутри. Башня будет стоять, как цветок, укоренённый в земле.
Сегодня Останкинская башня — одна из самых высоких в мире. И всё это стало возможным благодаря...
тюльпану, мокрому кленовому листу и мужчине, который очень любил свою жену.
Если бы не любовь — у нас не было бы башни.
А если бы не осенний лист — может быть, и самой идеи.