Представим ребенка, Лера, 6 лет, — тихая дома и "бандитка" в садике. Воспитатели в панике: девочка царапается, кусается, отбирает игрушки. Мама в слезах: "Мы же читаем книжки про доброту каждый вечер! Почему она как бандит?" А потом Лера рисует картинку в кабинете психолога: маму с телефоном у лица, папу с ноутбуком, и себя... в виде маленького шарика под столом. "Когда я бью Петю, ко мне подходят", — объясняет она простыми детскими словами то, что взрослые называют "криком о помощи". Мы начали с "эмоционального зеркала". Когда Лера в очередной раз толкнула девочку в саду, мама не стала ругать её, а присела на уровень глаз: "Ты очень злилась, да? Настолько, что руки сами сжались в кулачки?" Лера удивлённо кивнула — впервые её чувства назвали, а не запретили. Потом завели "дневник злости" — тетрадь, где Лера рисовала свои эмоции. Оказалось, что "злюки" приходят: Через месяц Лера вдруг заявила за завтраком: "Я не хочу сегодня в сад. Там Саша будет дразниться, и мне опять захочется его ст
"Почему ваш ребёнок кричит, а не говорит? История одной мамы, которая нашла ключ к эмоциям"
24 мая 202524 мая 2025
2 мин