— Ты не спишь? —
Я слушал, как она гремит чашками на кухне.
— Угу, — ответил я, не поднимая глаз.
— Кофе тебе сделать?
— Нет, не надо.
Запах дешёвого порошка и холодный свет люстры. Когда-то я любил это утро — когда‑то мы были почти счастливы.
— Опять злой? —
— Не злой. Просто устал, — выдохнул я, перепутав кружки — её с глупой надписью "Лучшей жене".
— Значит, не пришёл вовремя, уже и кофе не заслужила?
Она всё время кидается словами, как гвоздями.
Я вздохнул.
— Ты снег на голове мне вчера так и не стряхнула, — произнёс я — глупо, не к месту, будто в надежде, что она улыбнётся.
— Прости, забыла, — сказала она, понурившись.
Хлопнула дверь — так уходили осени.
СМС появилось глубокой ночью.
*«Тебе нужна правда?»*
Я промолчал. Лёг спиной.
Она подошла — неуклюже, словно в чужом теле.
— Я не хотела, — выдохнула она, держа руки на сердце.
— Уже случилось? —
— Клянусь… Я думала, ты не узнаешь.
Я смотрел в потолок — серое, жёсткое, как январь.
— Это Серёга? —
— Да.
Теплело в глазах, как вообще в чужих бытовых трагедиях: сперва чувство нереальности, потом боль режет на два голоса — её и мой.
— Почему?
— Я не знаю. Я хотела тебя разозлить… почувствовать что-то другое…
— Получилось, — голос мой был тише воды.
На кухне гудел холодильник.
Она плакала — почти беззвучно. Это было самое трудное.
***
Утром я перекладывал чай с места на место — словно копался в осколках старого дома.
— Ты же не уйдёшь? — спросила она, как между строк.
— Я пока здесь.
Всё остальное было уже не о любви. О вине, о привычке, о метафизике "быть вдвоём даже тогда, когда вместе невозможное".
— Мы больше не…? —
— Давай не спрашивать, —
— Прости меня, —
— Я бы простил, если бы осталось хоть что‑то кроме усталости.
Между нами растянулась неделя — одна длинная серая неделя.
Я ушёл спать на диван, где пахло старым пледом и собачьей шерстью.
Она поздно возвращалась, всё чаще и чаще задерживаясь "по делам".
***
— Слушай, мы вот когда‑нибудь станем опять мужем и женой? —
— Я не знаю, — ответил я.
— Я не верю, что так бывает, — сказала она.
— Я тоже.
Помнишь, как у нас было после ссор? Ты всегда портила цветы, я молчал и уходил во двор. А потом мы всё равно мирились, надламывались и сталкивались лбами, как звери.
Это было раньше.
В один день, после работы, я сел на бордюр возле подъезда — февральская слякоть, чужие ботинки, пустая улица.
Телефон высветил:
*«Ты когда домой?»*
Я не стал читать дальше. Ответил:
*«Поздно. Не жди»*
— Ты обиделась? —
— Нет, я привыкла.
В ту ночь я впервые остался у друга. Пахло табаком, дешевым алкоголем и занавески были в разводах.
— Ты чего такой серый? —
— Жена изменила, —
— Дура, — сочувственно сказал Сашка, разлил по стопкам.
Мы много не говорили. Просто сидели, мотор мотал круги за окном.
Впервые за месяц мне стало не так больно, как пусто. Не жалко, не жалко, не жалко. Только как-то вслух дышать стыдно.
***
— Ты скажешь мне хотя бы что-нибудь? —
Она стояла в дверях. Волосы раскиданы, грязные слёзы по щекам.
— Мне нечего, —
— Ну, я же твоя жена…
— Уже нет, —
— Я же всё разрушила, прости…
Серьезность момента растворялась в запахе немытых тарелок.
Я терпеть не мог грязную посуду, а она всегда оставляла её до утра.
Смешно, да? Такие мелочи уничтожают быстрее любого предательства.
— Я подать на развод не умею, —
— Я умею, —
— Не уходи прямо сегодня, ладно?
— Я пробуду до утра.
Всю ночь молчали.
***
Я собирал вещи не спеша.
— Не бери мой чемодан, он рваный, —
— Мне всё равно.
— Вернёшь, если…
— Если что?
— Не знаю, может, если соскучишься.
Я хотел спросить: "Когда ты перестала меня любить?"
Но сдержался.
В таких историях никто не виноват один.
Никто по‑настоящему не прощён.
Я вышел, не оборачиваясь. Плюнул подвалом — и только за поворотом дал себе заплакать.
***
Ленка по‑другому смотрела на меня — не как на испорченного, а как на человека с чистого листа.
— Ты чего такой угрюмый? —
— Бывшая жена изменила, —
— Тебе повезло. Ты теперь свободен.
— Так не бывает.
Ленка умела смеяться над любым горем. Мы гуляли нашими новыми вечерами по пустым дорогам, ели шаверму на остановках, целовались в подворотнях.
Мне снова было по двадцать три — без вины, без старого запаха порошка.
***
Жить с чистой страницы страшно до ужаса. Ты каждый вечер ждёшь, что кто‑то вернётся, стряхнет с тебя сон и глупость.
— Ты не выйдешь к ней обратно?
— Нет.
Но иногда — особенно, когда ночами гудит телефон — внутри хочется знать: "А вдруг она сейчас совсем одна?"
***
"Как вышло, что я не заметила, как начала пить?
Не для удовольствия — для забвения.
Чай — с водкой, кола — с вином. Мне никто не пишет, никто не ждёт.
Я пробовала звонить Артёму — он не взял трубку.
Серёга исчез еще раньше, оставив после себя только запах других баб и пару впившихся в шею синяков.
Я помню, как складывается рука, вспоминая — раньше я гладила мужу воротнички, вынимала носовой платочек, когда он кашлял.
Теперь у бара на углу меня называют по имени."
— Ну что, Мариш, как жизнь?
— Всё отлично, налей ещё сто.
*Пьяные разговоры чужих людей — моя новая семья.*
Я не знаю, как выйти из этого круга.
Я не знаю, простил бы он меня, если бы я пришла без стыда.
Могла бы прийти — если бы смогла встать с этого диванного дна.
***
Аркаша, старый знакомый из магазина, спрашивает:
— Ты чего такая худая?
— Новая жизнь.
— К Артёму пыталась?
— Он меня не помнит.
Я однажды вижу его во сне. Он стоит в нашем коридоре — взгляд чистый, руки в карманах.
Я тянусь, чтобы попросить прощения, сказать, что я кричала вовсе не потому, что ненавижу, а потому что страшно.
Но он улыбается и поворачивается к двери.
*Будет ещё кто‑то, кто простит меня позже. Но не сегодня.*
С утра опять белый свет, запах дешёвого порошка и серая чашка с трещиной.
— Ты прости меня… хотя бы мысленно.
— Я уже простил, — где-то откликается его голос. — Себя и тебя. Я ушёл.
---
**P. S.**
Открытый финал здесь — не попытка оставить всё на полуслове. Это честный призыв к читателю:
А что бы выбрали вы — отпустить своё горе, простить предательство, быть сильным?
Или всё ещё мучить себя памятью — и ждать ту самую "чашку с трещиной", которая не склеивается даже самыми крепкими рукопожатиями?
***
*Ты не один в боли — и не один в надежде все-таки выжить после самых несовершенных поворотов судьбы.*
---