— Петенька, где же твоя девочка? — услышала она звонкий голос из коридора. — Дай-ка я на неё посмотрю!
Марина поправила платье и улыбнулась. Пётр так много рассказывал о маме, что она уже чувствовала себя почти знакомой с этой женщиной.
— Мама, познакомься — это Марина, — Пётр гордо обнял девушку за плечи.
Людмила Аркадьевна окинула Марину взглядом — быстрым, оценивающим, словно сканер в аэропорту.
— Ой, какая худенькая! — было первое, что она сказала. — Петечка, ты что, её не кормишь? А я вот борщ сварила, настоящий, украинский!
За ужином свекровь рассказывала истории из детства Петра, показывала фотографии и то и дело подкладывала Марине добавку.
— Кушай, кушай, девочка! А то совсем в ниточку! Петенька любит женщин с формами, правда, сынок?
Пётр краснел, а Марина смеялась. Ей казалось это милым — такая заботливая мама.
Первый звонок прозвенел через месяц после свадьбы.
— Мариночка, золотце! — защебетала в трубке Людмила Аркадьевна. — Как дела у молодых? Петенька кушает? Я тут котлетки наделала, принести?
— Спасибо, Людмила Аркадьевна, у нас всё есть, — ответила Марина.
— Что значит — есть? Домашние котлетки ничем не заменишь! Я сейчас приеду.
Людмила Аркадьевна появилась через полчаса с огромным пакетом еды и принялась перекладывать всё по контейнерам, попутно комментируя содержимое их холодильника.
— Йогурты покупные! Петенька, разве я тебя не учила, что домашняя простокваша полезнее? А этот хлеб... Марина, милая, ты же понимаешь, что магазинный хлеб — это химия?
Первые полгода Марина терпела. Ей казалось, что свекровь просто привыкает к тому, что сын женился. «Со временем наладится», — думала она.
Но время шло, а звонки становились чаще. Сначала несколько раз в неделю, потом каждый день. Людмила Аркадьевна интересовалась, что они едят на завтрак, во сколько ложатся спать, почему Петя выглядит уставшим.
— Может, ты его перегружаешь домашними делами? — намекала она. — Мужчина должен отдыхать дома, а не пылесосить!
Первая просьба о деньгах пришла на второй год брака.
— Мариночка, у меня такая беда! — плакала в трубку свекровь. — Стиральная машинка сломалась! Совсем! А мне на пенсию не хватает на новую...
Марина тогда даже не сомневалась — конечно, нужно помочь. Они с Петром скинулись и купили хорошую машинку.
Через месяц понадобился новый телевизор. Ещё через месяц — лекарства. Потом — зимняя обувь.
— Петя, это нормально? — спросила как-то Марина. — Твоя мама каждый месяц просит денег на что-то.
— Она же одна живёт, — пожал плечами муж. — У неё маленькая пенсия. Мы можем помочь.
Марина кивнула. Тогда ей это тоже казалось правильным.
А потом начались пятничные звонки. Ровно в семь вечера, когда Марина наконец садилась отдохнуть. Словно Людмила Аркадьевна чувствовала эти моменты покоя и спешила их разрушить.
Сначала Марина думала, что это совпадение. Потом поняла — это система.
— Мариночка, а ты завтрак Петеньке сделала? А обед в контейнере дала? А он случайно не похудел?
Каждый звонок заканчивался просьбой о деньгах. То на лекарства, то на коммунальные, то на продукты. А через неделю Марина видела свекровь в новом костюме или со свежим маникюром.
Последней каплей стал день, когда Людмила Аркадьевна пришла без предупреждения и начала рассказывать соседке, как тяжело жить одной, когда у сына есть большая квартира.
Вот тогда Марина и поняла: пора что-то менять.
Иначе это никогда не закончится.