Найти в Дзене
Экономика для всех

Цена на нефть падает. Курс доллара стоит. Что дальше?

В стране снова затишье перед бурей. На графиках — привычная стабильность: курс доллара застывает на месте, как будто ничего не происходит. Но в это же самое время цена на нефть — главную опору бюджета — методично уходит вниз. Не скачет, не обваливается, а просто уходит. Баррель за баррелем, день за днём. Это похоже на то, как дом снаружи ещё кажется целым, но внутри уже тлеет. Крыша не течёт, стены стоят, но трещины уже пошли по фундаменту. Их пока не видно, но они уже работают. И как только один угол просядет — рухнет всё. Цены на нефть падают не на фоне катастроф, а из-за глобального охлаждения экономики. Китай не спешит расти, Индия не спешит покупать, а Запад — наращивает добычу у себя. А значит, спрос снижается. Российская нефть Urals торгуется по $58–60, и это уже ниже той планки, на которой строился бюджет. Тот самый бюджет, который должен кормить всю страну. Из которого платятся пенсии, лечат детей и строят школы. Который в последние годы всё чаще похож не на финансовый план, а
Оглавление

В стране снова затишье перед бурей. На графиках — привычная стабильность: курс доллара застывает на месте, как будто ничего не происходит. Но в это же самое время цена на нефть — главную опору бюджета — методично уходит вниз. Не скачет, не обваливается, а просто уходит. Баррель за баррелем, день за днём.

Это похоже на то, как дом снаружи ещё кажется целым, но внутри уже тлеет. Крыша не течёт, стены стоят, но трещины уже пошли по фундаменту. Их пока не видно, но они уже работают. И как только один угол просядет — рухнет всё.

Цены на нефть падают не на фоне катастроф, а из-за глобального охлаждения экономики. Китай не спешит расти, Индия не спешит покупать, а Запад — наращивает добычу у себя. А значит, спрос снижается. Российская нефть Urals торгуется по $58–60, и это уже ниже той планки, на которой строился бюджет.

Тот самый бюджет, который должен кормить всю страну. Из которого платятся пенсии, лечат детей и строят школы. Который в последние годы всё чаще похож не на финансовый план, а на лотерею, где главный вопрос — дотянем ли до конца года.

Курс доллара пока не двигается. И это даже не вызывает радости. Потому что его стабильность сейчас — это не отражение силы экономики. Это следствие жёсткого регулирования. Минфин сливает юани, Центробанк держит вывоз капитала под замком, а население — беднеет и уже не бегает в обменники.

Но если нефть продолжит падать, удержать курс будет всё труднее. Валюты от экспорта станет меньше, расходы останутся. В какой-то момент это натяжение не выдержит, и курс рванёт. Не на 2–3 рубля. А на десятки. В тишине и без предупреждений.

Что произойдёт, если тренд не изменится?

Бюджет начнёт трещать первым. Дырку в нём залатают очередными займами, но займ — это не решение, это отсрочка. И чтобы сохранить видимость контроля, придётся где-то урезать. Где — догадаться несложно. В оборонке урезать нельзя. Значит, снова по старой схеме: соцпрограммы, регионы, ЖКХ, здравоохранение.

А дальше включается цепочка: урезали — вырос спрос на платные услуги — выросли цены — упала доступность — выросло недовольство. И всё это — на фоне растущей инфляции.

Если рубль всё-таки отпустят — а это лишь вопрос времени — всё подорожает. Те самые продукты, на которые каждый месяц уходит всё больше. Одежда. Лекарства. Детское питание. Всё, что ещё вчера казалось доступным. А зарплаты как стояли, так и стоят. Только реальная покупательная способность будет падать.

Это не паника. Это математика.

Можно долго удерживать курс, делать вид, что «всё под контролем». Но курс — это лишь верхушка. Если под ним трещит нефть, рассыпается экспорт, а население беднеет, он рано или поздно последует за всем остальным. Тихо. Без фанфар.

Пока нефть падает, а доллар не шевелится, у нас есть только иллюзия спокойствия. Но иллюзия — не спасение. Она просто делает удар неожиданным.

И он будет. Вопрос лишь — когда.