В тот вечер Мария пришла домой позже обычного. На улице уже стемнело, в окнах домов зажглись огоньки. Она сняла пальто, поставила чайник, и, пока вода закипала, машинально взяла в руки телефон. В мессенджере мигало новое сообщение от подруги: "Маша, ты видела этот канал? Там парень рассказывает про детство в вашем районе, но имя у него странное. Посмотри, вдруг узнаешь кого-то!"
Мария кликнула по ссылке. Открылся YouTube-канал с названием «Детство на Полевой». На аватарке — улыбающийся молодой мужчина, подписанный как «Илья Сергеевич». Подписчиков было уже больше двадцати тысяч, а последний ролик собрал сотни комментариев.
Мария не сразу поняла, что её так зацепило. Она включила видео — и замерла. Голос, интонации, даже жесты — всё казалось до боли знакомым. Она вслушалась:
— …и вот мы с сестрой, тогда ей было лет семь, а мне девять, бегали по двору, строили шалаш из старых досок, а потом прятались от бабушки, чтобы не помогать по дому…
Мария почувствовала, как внутри всё похолодело. Это был голос её брата, Вадима. Его самого в кадре не было, иногда он появлялся, но только силуэт, лица не видно, только очертание и контуры одежды и тела. Только вот имени «Илья Сергеевич» в их семье никогда не было. И никакой бабушки, жившей рядом, тоже не было — их бабушка умерла, когда Марии было четыре года.
Она посмотрела ещё несколько роликов. В каждом — истории о якобы совместном детстве: как «Илья» с сестрой ловили рыбу на речке, как они вместе спасали котёнка, как их отец научил их кататься на велосипеде. Всё было очень живо, с деталями, но… не их жизнь. В их семье не было рыбалки, отец не умел кататься на велосипеде, а котёнка Мария вообще никогда не спасала.
Мария выключила телефон и долго сидела в тишине, слушая, как за стеной тикают часы. Она не могла понять: зачем Вадиму всё это? Почему он рассказывает чужие, выдуманные истории от имени несуществующего человека? И почему эти истории так похожи на настоящие их истории, но с выдуманными деталями, людьми и ситуациями, и люди в комментариях пишут:
"У меня было такое же детство!"
"Вы так трогательно рассказываете, как будто я снова в своём дворе…"
Мария решила не звонить брату сразу. Она знала: если спросить в лоб, он уйдёт от ответа или пошутит. Вадим всегда был замкнутым, не любил говорить о себе, а после смерти родителей стал ещё более скрытным. Они виделись редко, переписывались по праздникам, иногда созванивались, но крайне редко говорили о прошлом, ничего особенного не вспоминали…
Всю ночь Мария не могла уснуть. Её мучили воспоминания: их реальное детство было совсем другим — суровым, наполненным ссорами, долгими зимами без света, вечными долгами и страхом перед пьяным отцом. Мама работала на двух работах, Вадим рано научился защищать сестру, но никогда не рассказывал о своих чувствах.
Почему же теперь он рассказывает чужим людям такие светлые, тёплые истории, будто у них была счастливая семья? . . .
. . . ДОЧИТАТЬ>>