Лена смотрела на себя в зеркало и поправляла тонкие золотые серёжки — единственное, что осталось от мамы. Сегодня ей исполнялось тридцать два. И впервые за пять лет замужества они с Андреем отмечали её день рождения дома, а не в гостях у свекрови.
— Может, всё-таки получится нормально? — прошептала она своему отражению.
В кухне уже остывал шоколадный торт — фирменный рецепт, который Андрей обожал. Квартира сияла чистотой, на столе красовались его любимые салаты. Лена старалась изо всех сил. Как всегда.
Телефон зазвонил именно в тот момент, когда она зажигала свечи.
— Ленка, ну как дела? — голос подруги Оли звучал особенно весело. — Готовишься к празднику?
— Да вроде всё готово, — Лена прижала трубку плечом и продолжала расставлять тарелки. — Андрей сейчас приедет с мамой. Знаешь, я даже надеюсь, что сегодня обойдётся без... ну, ты понимаешь.
— Без её "особенных комплиментов"? — хмыкнула Оля. — Лен, а ты помнишь, что она тебе на Новый год подарила?
Как же не помнить. Шампунь от перхоти. С пожеланиями "здоровых волос". При том, что никакой перхоти у Лены отродясь не было.
— Помню, — вздохнула она. — Но сегодня же мой день рождения. Неужели даже в такой день...
— Лен, ты слишком добрая. Пора бы уже...
Звонок в дверь прервал разговор.
— Приехали. Потом перезвоню!
Лена быстро оглядела гостиную. Всё идеально. Торт, свечи, красивая посуда. Она глубоко вдохнула и пошла открывать.
— С днём рождения, дорогая! — Андрей обнял её и поцеловал в щёку. За его спиной маячила знакомая фигура свекрови.
— Здравствуй, Елена, — Валентина Петровна чмокнула её в воздух рядом с щекой. — С днём рождения.
— Спасибо, что приехали! Проходите, пожалуйста. Я уже всё приготовила.
Они расселись за столом. Лена разрезала торт, разложила салаты. Андрей с аппетитом налегал на еду, нахваливая её кулинарные таланты. Валентина Петровна молча ковыряла вилкой листья салата.
— Мам, а где твой подарок Лене? — спросил Андрей, доедая второй кусок торта.
— А, да! — Свекровь словно очнулась. — Конечно, подарок.
Она полезла в сумку и достала... белое кухонное полотенце. Самое обычное, без упаковки, даже бантика никакого. К нему была приколота записка.
— Вот, держи, — протянула она полотенце Лене. — Думаю, пригодится.
Лена взяла "подарок" дрожащими руками. Развернула записку и прочитала:
"Для тех, кто всё ещё не научился готовить".
В комнате повисла тишина. Андрей хлопал глазами, не понимая, что происходит. А Лена смотрела на полотенце и чувствовала, как внутри что-то обрывается.
Пять лет. Пять лет она терпела эти "подарочки" со смыслом. Пять лет пыталась заслужить хотя бы крупицу уважения от этой женщины. А в ответ — вот это.
— Ой, Валентина Петровна, а где упаковка? — спросила она как можно спокойнее.
— А зачем упаковка? — свекровь пожала плечами. — Это же практичная вещь. Для кухни. Подумала, тебе пригодится — видишь же, как часто у тебя что-то пригорает.
У Лены ничего не пригорало. Никогда. Она готовила лучше многих, включая саму Валентину Петровну. Но это было не важно.
— Спасибо, — прошептала Лена. — Очень... оригинально.
Андрей наконец понял, что атмосфера накалилась.
— Мам, ну что ты! — неловко засмеялся он. — Лена прекрасно готовит! Ты же знаешь.
— Знаю, знаю, — кивнула Валентина Петровна с кислой улыбкой. — Просто подумала, что совершенству нет предела.
После ухода свекрови Лена молча убирала со стола. Полотенце лежало на диване, как немой укор. Андрей ходил по квартире и что-то бормотал под нос.
— Лен, ну не психуй так, — наконец сказал он. — Это же просто шутка. Мама у меня такая... своеобразная. Ты же знаешь.
Лена повернулась к нему. В её глазах плескалась такая боль, что Андрей невольно отступил.
— Шутка? — тихо переспросила она. — Пять лет шуток, Андрей. Помнишь шампунь от перхоти на Новый год? Тоже шутка? А когда она подарила мне книгу "Как стать хорошей женой" на нашу годовщину свадьбы? Тоже смешно?
— Лен, ну...
— А когда она при всех сказала, что, если бы я была настоящей женщиной, у нас уже были бы дети? И ты молчал. Как всегда молчал.
Андрей опустил глаза. Он и правда всегда молчал. Проще было сделать вид, что ничего не происходит.
— Она же пожилой человек, — пробормотал он. — У неё характер сложный. Но она же не со зла...
— Не со зла? — Лена подняла полотенце и помахала им перед его носом. — А это что? Проявление любви?
Андрей вздохнул. Он устал от этих разборок. Мать есть мать, а жена... ну, жена должна понимать.
— Лен, ну что ты как маленькая? Подумаешь, полотенце. Выбрось и забудь.
— Выбросить и забыть, — медленно повторила Лена. — Как всё остальное, да?
Она вспомнила тот день, когда впервые встретила Валентину Петровну. Андрей так волновался, твердил, что мама у него золотая, что обязательно её полюбит.
Лена тогда принесла домашний пирог и букет цветов. А свекровь сказала: "Ах, как мило. А Светлана, помнишь, Андрюша, твоя бывшая, всегда приносила французские пирожные из кондитерской..."
Светлана. Эта Светлана всплывала в разговорах регулярно. "А Светлана умела так красиво одеваться", "А Светлана была такая весёлая на вечеринках", "А Светлана никогда не заставляла тебя мыть посуду"...
Лена тогда ещё думала — ну ничего, время пройдёт, привыкнет. Полюбит. Ведь она старается изо всех сил.
Но время шло, а Валентина Петровна словно ставила себе цель — унизить невестку при каждой возможности. И Андрей... Андрей всегда находил оправдания.
— Знаешь что, — Лена положила полотенце обратно на диван, — я поняла кое-что важное.
— Что? — настороженно спросил муж.
— Пассивная агрессия — тоже оружие. Только без следов. Твоя мама это прекрасно знает.
— О чём ты?
Лена посмотрела на него долгим взглядом. На этого мужчину, которого когда-то любила без памяти. Который обещал защищать её от всех бед. Который при первом же конфликте с мамой выбрал сторону.
— Андрей, а если бы твоя мама подарила мне на день рождения средство от запаха изо рта, ты бы тоже сказал, что это шутка?
— Лен, ты утрируешь...
— А если бы она подарила мне справочник "Как найти работу получше"? Или крем от морщин с запиской "Пора начинать пользоваться"?
Андрей молчал. Ему было неудобно, но признавать правоту жены он не хотел. Проще свалить всё на женскую обидчивость.
— Ты слишком всё близко к сердцу принимаешь, — наконец сказал он. — Мама просто...
— Мама просто меня ненавидит, — спокойно закончила Лена. — И ты это прекрасно знаешь. Но тебе удобнее делать вид, что я выдумываю проблемы на пустом месте.
Она встала и пошла к шкафу. Достала чемодан.
— Что ты делаешь?
— Собираюсь. Знаешь, Андрей, тогда и мой уход — просто прикол. Сюрприз.
Андрей смотрел, как жена аккуратно складывает вещи, и не верил своим глазам. Его Лена, такая тихая, покладистая, вдруг собирает чемодан?
— Лен, ты что, с ума сошла? Из-за полотенца?
— Не из-за полотенца, — ответила она, не поворачиваясь. — Из-за того, что ты меня не защищаешь. Никогда. Пять лет я жду, когда ты наконец скажешь своей маме: "Хватит унижать мою жену". Но ты предпочитаешь, чтобы я терпела.
— Ну что я могу сделать? Она же мать!
— А я кто? Временная квартирантка?
Лена закрыла чемодан и повернулась к мужу. На её лице не было ни злости, ни истерики. Только усталость и решимость.
— Андрей, у тебя есть выбор. Либо ты говоришь своей маме, что я твоя жена и она обязана меня уважать, либо...
— Либо что?
— Либо ищи себе девушку, которой будет нравиться роль девочки для битья.
Три дня Лена жила у подруги Оли. Андрей звонил, умолял вернуться, обещал "поговорить с мамой". Но когда Лена спросила, готов ли он поставить свекровь перед фактом — либо она меняет отношение, либо общение прекращается — он замялся.
— Лен, ну ты же понимаешь, она пожилой человек... Нельзя же так кардинально...
— Значит, нельзя, — спокойно ответила Лена и положила трубку.
Через месяц она приехала за остальными вещами. Андрей метался по квартире, как затравленный зверь.
— Лена, родная, ну что ты делаешь? Мы же семья! Нельзя же так — из-за каких-то мелочей...
— Мелочей? — Она остановилась у зеркала в прихожей и поправила мамины серёжки. — Пять лет унижений — это мелочи?
— Ну не унижений же...
— Андрей, а ты хоть раз подумал о том, каково это — слышать каждую неделю, что ты недостаточно хороша для мужа? Что твоя готовка — дрянь, внешность — так себе, а характер — вообще кошмар?
Андрей опустил голову. Где-то в глубине души он понимал, что жена права. Но признавать это было слишком страшно.
— Я поговорю с мамой, — пробормотал он.
— Поздно, — Лена подняла последнюю сумку. — Знаешь, что самое страшное? Не то, что твоя мама меня ненавидит. А то, что ты позволил ей это делать.
У двери она остановилась и достала из сумки небольшую книгу.
— Кстати, передай своей маме. От меня.
Андрей взял книгу и прочитал название: "Как молчание разрушает больше, чем крик".
— Что это?
— Прощальный подарок, — улыбнулась Лена. — Пусть почитает на досуге. Может, поймёт, что пассивная агрессия — тоже оружие. Только без следов.
И она ушла.
Полгода спустя Лена сидела в уютном кафе напротив высокого мужчины с добрыми глазами. Дмитрий работал врачом, был разведён и воспитывал дочку. Когда он узнал историю её брака, то сказал просто:
— Нормальный мужчина защищает свою женщину. От всех. Даже от собственной матери.
Лена улыбнулась и потрогала золотые серёжки. Мамочка была бы ей горда. Наконец-то дочка научилась себя уважать.
А в это время Андрей сидел один в квартире и перечитывал книгу, которую Лена оставила для свекрови. Валентина Петровна прочитать её отказалась категорически.
"Глупости какие-то", — фыркнула она.
Но Андрей читал и понимал — он потерял лучшее, что у него было. Из-за маминых "шуточек" и собственной трусости.
А белое полотенце до сих пор лежит в шкафу.
Большое спасибо за вашу поддержку! За каждый 👍, за каждую строчку в комментарии 💖