После гибели посольства в столице царила атмосфера траура и гнева.
Король Генрих постарел на десять лет за одну ночь, узнав о смерти графа Эберхарда и его спутников.
Придворные говорили шёпотом, военачальники требовали немедленной мобилизации, а торговцы в панике закрывали лавки.
Мельников наблюдал за происходящим из своего кабинета в военном министерстве.
Через окно он видел, как по улицам столицы маршируют отряды гвардии, как спешно строятся укрепления вокруг важнейших зданий.
Империя готовилась к войне, но не к той войне, которую она могла выиграть.
— Господин маршал, — доложил вошедший Филин, — король требует вас во дворец.
Экстренное заседание военного совета.
В тронном зале собрались все высшие военачальники империи.
Король сидел на троне, постаревший и осунувшийся.
Рядом с ним стоял принц Родерик в парадном мундире, с орденами на груди.
Его лицо выражало скорбь, но в глазах читалось плохо скрытое торжество.
— Господа, — начал король дрожащим голосом, — варвары объявили нам войну самым подлым способом.
Убили наших послов, нарушили все законы чести и дипломатии.
Мы не можем оставить это безнаказанным.
Принц Родерик шагнул вперёд: — Отец, позвольте мне возглавить карательную экспедицию.
Мы покажем этим кочевникам силу имперского оружия!
Одобрительный ропот прокатился по залу.
Молодые офицеры явно поддерживали принца.
Но Мельников заметил, что ветераны, помнившие реальные войны, хранили молчание.
— Ваше величество, — осторожно сказал маршал, — не стоит ли ещё раз попытаться выяснить обстоятельства? Возможно, это не приказ самого хана, а действия местных командиров.
.
— Маршал Мельников! — резко перебил его принц.
— Неужели вы сомневаетесь в виновности этих варваров? Или предлагаете простить убийство наших людей?
— Я предлагаю не совершать ошибок, которые могут стоить империи слишком дорого, — спокойно ответил Мельников.
— Войны выигрываются головой, а не горячностью.
Король поднял руку, призывая к тишине: — Довольно споров.
Решение принято.
Принц Родерик получает чрезвычайные полномочия для организации обороны.
Маршал Мельников остаётся главнокомандующим, но все оперативные решения принимает принц.
Мельников понял, что попал в ловушку.
Формально он сохранял высший пост, но реальная власть переходила к принцу.
Это была искусная политическая комбинация.
После совета принц Родерик задержал нескольких офицеров.
Мельников заметил среди них графа фон Штурма и барона фон Айзена.
Они о чём-то оживлённо беседовали, но замолчали, когда мимо проходили посторонние.
— Что-то они планируют, — шепнула баронесса, когда они покидали дворец.
— Безусловно.
Но что именно, пока неясно.
Следующие дни прошли в лихорадочных приготовлениях.
Принц Родерик развил бурную деятельность, отдавая приказы направо и налево.
Он требовал мобилизации всех резервов, увеличения производства оружия, формирования новых полков.
— Мы выставим двести тысяч воинов! — объявил он на очередном совещании.
— Покажем варварам мощь цивилизованного мира!
Мельников слушал эти речи с растущей тревогой.
Принц планировал именно ту войну, которую выиграть было невозможно.
Огромная, неповоротливая армия против мобильных кочевников — это был путь к катастрофе.
— Ваше высочество, — попытался он возразить, — возможно, стоит пересмотреть стратегию? Кочевники сильны своей подвижностью.
.
— Маршал, — холодно перебил его принц, — ваши методы хороши против мелких разбойников.
Здесь нужен размах, достойный великой империи.
В глазах молодых офицеров читалось согласие.
Они жаждали славы, не понимая цены, которую придётся за неё заплатить.
Тем временем Филин продолжал своё тайное расследование.
Его агенты по крупицам собирали информацию о нападении на караван и убийстве посольства.
Картина постепенно прояснялась, и она была ещё хуже, чем предполагал Мельников.
— У меня есть свидетель, — доложил Филин во время тайной встречи.
— Один из охранников каравана выжил, хотя нам сказали, что все погибли.
Он скрывается в городских трущобах.
— Что он видел?
— Нападавшие говорили между собой на нашем языке.
Один из них отдавал приказы, и охранник узнал его голос.
Это был капитан Бертольд из личной гвардии принца.
Мельников закрыл глаза.
Худшие подозрения подтверждались.
— А посольство?
— Тут сложнее.
Но есть интересная деталь.
Яд, которым отравили наших дипломатов, привозится только из одного места — южных торговых факторий.
Его можно купить лишь через определённые каналы.
— И кто имеет доступ к этим каналам?
— Барон фон Айзен.
Он контролирует военные поставки, включая закупки экзотических веществ для инженерных нужд.
Картина складывалась окончательно.
Принц и его сторонники не просто хотели войны — они её сознательно спровоцировали.
Убили невинных людей, чтобы получить повод для военной кампании.
— Нужно предупредить короля, — сказала баронесса, когда Мельников рассказал ей о расследовании.
— Докажите, что его сын — убийца и предатель? — покачал головой маршал.
— Он не поверит.
Да и доказательств пока недостаточно для суда.
— Тогда что делать?
— Готовиться к худшему.
И надеяться, что удастся минимизировать ущерб.
На следующий день произошло событие, которое окончательно определило ход событий.
С востока прискакал гонец с вестью, которая повергла двор в ужас: Батур-хан собрал армию в сто пятьдесят тысяч воинов и двигается к границам империи.
— Видите! — торжествующе воскликнул принц Родерик.
— Они готовились к войне заранее! Хорошо, что мы не поддались на их дипломатические хитрости!
Король выглядел ещё более постаревшим: — Сто пятьдесят тысяч.
.
Это больше, чем мы думали.
— Но у нас будет двести тысяч! — уверенно заявил принц.
— Плюс крепости, плюс артиллерия.
Мы их разобьём!
Мельников молчал.
Он знал, что дело не только в числах.
Кочевая армия Батур-хана была совершенно иным противником, чем те, с кем прежде воевала империя.
Высокомобильная, с собственной артиллерией, способная к сложным манёврам — такого врага нельзя было победить грубой силой.
Но принц этого не понимал.
Или не хотел понимать.
— Отец, — сказал он королю, — дайте мне полную свободу действий.
Я закончу эту войну за три месяца.
— Хорошо, — устало кивнул король.
— Действуйте, как считаете нужным.
Мельников почувствовал, как земля уходит у него из-под ног.
Принц получил то, чего добивался — полный контроль над военной машиной империи.
И он собирался использовать этот контроль самым губительным образом.
В последующие дни принц Родерик полностью игнорировал советы маршала.
Он формировал огромную армию по старым образцам, набирал рекрутов из всех провинций, реквизировал припасы и транспорт.
Империя напрягала все силы для подготовки к войне.
— Он готовит армию для парада, а не для боя, — с горечью говорил Карло, наблюдая за происходящим.
— Огромная, медлительная, требующая гигантского обоза.
.
— Именно такую армию и хочет встретить Батур-хан, — кивнул Мельников.
— Большую мишень, которую легко окружить и уничтожить.
Но самое страшное было впереди.
Через неделю Филин принёс новые сведения, которые окончательно прояснили планы принца.
— Он не просто готовит неудачную кампанию, — доложил начальник разведки.
— Он готовит переворот.
Граф фон Штурм уже подкупил командиров нескольких ключевых полков.
Барон фон Айзен взял под контроль арсеналы и склады.
— Что они планируют?
— Я думаю, принц хочет использовать военное положение для устранения всех, кто может ему помешать.
Включая короля.
Мельников понял, что ситуация выходит из-под контроля.
Принц не просто готовил неудачную войну — он готовил захват власти.
И первой жертвой этого захвата может стать его собственный отец.
— Нужно предупредить короля, — настаивала баронесса.
— Попробую.
Но боюсь, уже слишком поздно.
На следующий день Мельников попросил личной аудиенции у короля.
Генрих принял его в своих личных покоях, выглядя усталым и подавленным.
— Ваше величество, — начал маршал, — у меня есть серьёзные основания полагать, что посольство было убито не по приказу Батур-хана.
Король поднял голову: — Что вы хотите сказать?
— Я думаю, это была провокация.
Кто-то хотел сорвать мирные переговоры и спровоцировать войну.
— Кто? — в голосе короля появились стальные нотки.
Мельников глубоко вздохнул: — Ваш сын, ваше величество.
И его сторонники.
Воцарилась мёртвая тишина.
Король медленно поднялся с кресла, его лицо исказилось гневом:
— Как вы смеете обвинять наследника престола в предательстве?
— Потому что у меня есть доказательства, — твёрдо ответил Мельников.
— Свидетели, документы, факты.
.
— Довольно! — взорвался король.
— Вы забыли своё место, маршал! Родерик — мой сын и наследник! Он патриот империи!
— Он амбициозный молодой человек, окружённый людьми, которые наживаются на войне, — не отступал Мельников.
— И они готовы на всё, чтобы получить эту войну.
— Молчать! — закричал король.
— Убирайтесь! И больше не смейте порочить моего сына!
Мельников понял, что проиграл.
Король не готов был поверить в вину своего наследника.
Родительская любовь оказалась сильнее доводов разума.
Выходя из дворца, маршал встретил принца Родерика.
Тот улыбнулся ему холодной улыбкой:
— Маршал, слышал, у вас был интересный разговор с отцом.
Надеюсь, не утомили его своими фантазиями?
Мельников посмотрел ему в глаза и понял — принц знает о его подозрениях.
И не боится их.
— Ваше высочество, — сказал он, — ещё не поздно остановиться.
Империя не заслуживает войны, построенной на лжи.
— Империя заслуживает величия, — ответил принц.
— А величие добывается мечом, а не торговыми сделками.
Он прошёл мимо, оставив Мельникова наедине с мрачными предчувствиями.
Вечером маршал собрал у себя дома самых доверенных людей — Карло, Филина, несколько преданных офицеров.
Нужно было готовиться к худшему.
— Он скоро начнёт действовать, — сказал Мельников.
— И тогда у нас будет выбор — погибнуть вместе с империей или попытаться её спасти.
— А что, если мы ошибаемся? — спросил кто-то.
— Что, если принц действительно патриот?
— Тогда мы увидим, как наша великая армия будет разбита кочевниками в чистом поле, — мрачно ответил маршал.
— И это тоже будет концом империи.
За окном на столицу опускалась ночь.
Где-то в восточных степях собиралось войско Батур-хана.
А здесь, во дворце, зрел заговор, который мог оказаться ещё опаснее внешнего врага.
Мельников понимал, что золотой век империи подходит к концу.
Впереди были испытания, которые определят — выживет ли созданное им государство, или станет очередной страницей в истории павших цивилизаций.
И всё зависело от того, сумеет ли он переиграть принца в его собственной игре.