Государство, галерея и авангард: как Третьяковка стала народной
3 июня 1918 года по постановлению Совета Народных Комиссаров РСФСР Третьяковская галерея была национализирована. Отныне она переходила в разряд «государственной собственности», а доступ к её собраниям — в разряд «всенародного достояния». Так началась новая, советская глава истории главного музея русской живописи.
И хотя само решение было принято 31 мая, в жизнь оно вступило именно 3 июня. А одна-единственная поправка Владимира Ленина навсегда закрепила имя Третьякова в названии галереи: он настоял, чтобы в официальном тексте она именовалась «Московская городская художественная галерея имени П. и С. М. Третьяковых». Это спасло имя основателя от забвения в бурном революционном вихре переименований.
К 1918 году Третьяковская галерея уже давно переросла частную коллекцию — Павел Михайлович завещал её Москве ещё в 1892 году. Но после революции судьба музеев была подвешена: многие коллекции разграблялись, картины вывозились, шедевры продавались за валюту. Национализация галереи была шагом, который защитил её фонды от возможной участи музейных беженцев.
17 июня директором галереи стал живописец, историк искусства и куратор Игорь Эммануилович Грабарь. Это был не просто назначенец, а человек, болеющий за судьбу русской живописи. Он провёл колоссальную работу по систематизации коллекции, реставрации зданий, перестройке экспозиций — и сумел убедить власти, что даже «старое искусство» может быть полезным новому государству.
Именно Грабарь начал собирать для Третьяковки произведения новейших течений — от символистов до футуристов и конструктивистов.
Один из самых неожиданных и, пожалуй, ярких экспонатов этой новой волны — «Композиция VII» Василия Кандинского, написанная в 1913 году. На момент написания работы Кандинский был жив, полон сил и только что закончил преподавать в Германии. А в России его считали скорее загадочным экспериментатором, чем великим художником.
После революции Кандинский вернулся в Москву и активно включился в культурную жизнь РСФСР. Он стал профессором Института художественной культуры (ИНХУК), членом коллегий Наркомпроса, курировал музейную политику — и сам передал в музеи десятки своих произведений.
Так, в 1920-е годы «Композиция VII», уже признанная авангардным шедевром, была передана в Третьяковскую галерею в рамках программы пополнения музейных фондов современным искусством.
И сегодня, несмотря на все исторические повороты, этот вихрь линий и цветов остаётся в её залах — как символ того, что даже революция может быть арт-движением.
◽️Интересный факт: После национализации коллекция галереи не только сохранилась, но и расширилась: туда начали поступать произведения из расформированных дворянских собраний, частных коллекций и даже уцелевшие работы из других, менее удачливых музеев.
