17-летняя Яна на УЗИ пришла одна.
Первая беременность: не планируемая, но так получилось. Окончила школу, поступила в колледж в областном городе. Первая любовь, первые серьёзные отношения - и плод любви. О беременности догадалась сразу, когда случилась задержка. Маме сказала тоже сразу. Сели подумать, что делать. Родители решили, что поддержат в любом случае. А потом оказалось, что и будущий папа вполне себе мужчина. Предложил Яне выйти замуж. Да, так рано не планировали, но обстоятельства обязывают.
На учет Яна встала в 7 недель. В 12 получила направление на первый скрининг. Приехала одна: будущий муж работал, родителям тоже непросто из района добираться.
Результат первого скрининга Яну неприятно удивил. В заключении было написано: "Беременность 12 недель. Спина бифида (на латыни)". Латинский, конечно, Яна не изучала, да и в принципе, о таком заболевании не знала. В 17 лет накануне свадьбы разве думаешь, что ребёнок может родиться нездоровым?
Акушер-гинеколог все Яне объяснил. Дали направление к генетику, написали дату перинатального консилиума. Яна очень-очень удивлялась:
-Разве могут в 17 лет быть нездоровые дети?
-Могут. И в 17, и в 15.
Узнали, что до генетика Яна так и не дошла. Потом она скажет, что испугалась. Может, и правда.
После того, как Яна сделала скрининг у нас, она записалась на УЗИ в частную клинику. Причём в своём районном центре. По выходным туда приезжали некоторые областные специалисты.
Новое УЗИ ничего не показало. УЗИстка была молодой и неопытной, но знать об этом Яне не полагалось. Лишь на словах смелая врач сказала, что у неё нет сертификата по пренатальной диагностике. Но плод живой, это она точно видит. В заключении никакой патологии не было указано. А предыдущее исследование, выполненное врачом-экспертом на экспертном оборудовании беременная, естественно, не показала. Окрыленная и счастливая, Яна пошла домой.
На консилиум беременная, конечно, не явилась. А зачем, если все хорошо?
Вызвонили врача. Узнали причины. Проматерились про себя. Снова пригласили на консилиум.
Яна пришла просто на приём. Посещать консилиум она категорически не хотела, нашим УЗИстам не доверяла: оно и понятно, в хорошее верится охотнее. Написала отказ от консилиума, внизу подписала: "не согласна с диагнозом". Мы уговаривали съездить в федеральный центр, в Москву или Питер, раз уж нашим специалистам доверия нет.
-У меня нет денег сейчас. Свадьба скоро.
-Вы понимаете, что плоду требуется помощь? Для этого надо заранее проконсультироваться, чтобы вас взяли на операцию в Москву.
-Вот родится, тогда и посмотрим, ехать или нет. Мне сказали, что у меня здоровый ребёнок. Все хорошо. А вы сейчас на меня давите и нагнетаете. Хотите, чтобы у меня выкидыш случился?
-На вас никто не давит. Мы вас информируем, что ваша беременность имеет некоторые особенности и рекомендуем обратиться в федеральный центр для консультации.
В 20 недель Яна поехала на скрининг платно в другой регион. А там порок подтвердили: уже образовалось миеломенингоцеле, когда через дефект позвоночника выходит и часть спинного мозга с нервами. Прерывать в другом регионе отказались, потому что не нужны никому такие случаи в статистику.
В местной районной больнице прерывать тоже отказались, потому что полномочий таких не имеют. Юная первородящая с серьёзным пороком в 20 недель - маршрутизация вооон туда. В наш перинатальный центр.
Прерывание беременности в случае пороков плода без перинатального консилиума невозможно. Так что на перинатальный консилиум Яне все же пришлось приехать.
От поездки в Москву она отказалась. Потому что "дорого и муж не хочет больного ребёнка". А она хочет и верит, что все будет хорошо. Но делать открытую операцию в 25 недель тоже боится. Поэтому готова подписать согласие на прерывание.
Прерывание, к слову, прошло без осложнений, медикаментозно. Яну выписывали на 5 сутки. Контрольное УЗИ в выходной день по дежурству ей делал тот же УЗИст, что и поставил порок развития плода изначально.
По УЗИ все было хорошо. Вставая и вытирая живот от геля, Яна сказала врачу:
-Вы мне всю жизнь испортили...