Марина вздрогнула и часто заморгала, пытаясь прогнать предательские слёзы. Дверь квартиры ещё была закрыта, и она надеялась, что её встревоженный взгляд снова станет решительным.
— Серёжа, знаешь, чего я боюсь больше всего? — спросила она.
— Я не умею читать чужие мысли, — резко ответил он.
— Уже чужие? — тихо переспросила она. — Очень боюсь, что наша семейная жизнь может закончиться одним щелчком замка.
Внезапно дверь распахнулась, и на пороге стояли дети. Их улыбки были натянутыми.
Марина сделала шаг вперёд, чтобы обнять их, но они посторонились. Она посмотрела на них, чувствуя их напряжённые взгляды.
«Ну вот, ещё два самых любимых человека, которым я сделала больно», — подумала она и посмотрела на мужа, умоляя о поддержке.
— Ребята, почему вы так встречаете маму? — сдавленным голосом спросил отец.
Первым обнял маму сын, прижался к ней. Дочь лишь коснулась её запястья холодной рукой и прошептала:
— Здравствуй, мама.
На её глазах появились слёзы. Она хотела исчезнуть, спрятаться, чтобы не видеть мать, которая после предательства стала для неё чужой.
Марина стояла, опустив руки, её сердце бешено колотилось, а горло сжимал ком.
— Дети, пойдёмте к столу, — предложил отец, обнимая их.
— Папа, мы уже поели, — ответила дочь, чмокнула Сергея в щёку и с ненавистью посмотрела на мать.
— Чего стоишь как истукан? — сказала она брату, взяла его за руку и потянула в комнату. — Родителям нужно поговорить.
Брат хотел что-то сказать, но сестра одёрнула его и подтолкнула в спину.
Марина подняла на мужа полные раскаяния глаза.
— Пойдём к столу, — предложил Сергей, когда дети ушли.
Марина кивнула, их взгляды встретились. В глазах мужа она увидела боль.
Они молча сидели за столом, как будто ничего не произошло. Марина не отрывала взгляда от тарелки, чувствуя, как рушатся её надежды.
— Очень вкусно, — сказала она, нарушая молчание. — Я соскучилась...
— Ты точно в порядке? — спросил Сергей, не глядя на неё. — С чего это вдруг?
Она застыла с вилкой над куском мяса, на её лице промелькнула буря эмоций. В голове шумел ветер, а сердце колотилось.
— Знаешь, — тихо сказал Сергей, — то, чего я боялся все годы, случилось. Это разрушило то светлое, что мы строили.
— Прости, — прошептала Марина, обхватив голову руками. — Прости.
— Не надо, Марина, — ответил он. — Лучше скажи, чего ты хочешь?
— Спасибо, что слушаешь меня, — закивала она.
— И что нам теперь делать?
— Прости, я не знала, — сказала она убитым голосом, глядя на него с глубоким раскаянием. — Я не хотела, чтобы ты узнал об этом так. Хотела сама во всём признаться. Так вышло...
— Ждала удобного момента?
— Нет, правда хотела, — ответила она.