Присказка
Путь от Гжели до центрального маркетинга VK занял у меня много лет, сотни проектов и пару серьёзных выгораний. В этом тексте собрала свои главные истории — о провалах и росте, благодаря которым я не свернула.
С 12 лет я начала изучать Photoshop, в 15 — специально пошла учиться на живопись, чтобы поступить на бюджет в колледж на «Дизайн» убедив заниматься учительницу ИЗО летом со мной бесплатно (по сути за тортик который я принесла ей когда поступила). Пытаясь поступить в Москву на бюджет, я везде получала отказы ещё до вступительных экзаменов — мне говорили, что в приоритете люди с московской пропиской, потому что они надёжнее (не бросят спустя год). Я поступила в Гжель (колледж) и проучилась там четыре года.
На первом курсе, в 16 лет, живя с незнакомой бабушкой в городе, где я никого не знала и где не было интернета, я начала делать портфолио (после этого поняла что красиво можно сделать сочетая элементы со стоками и мокапами, но тогда у меня ничего не было). С 17 лет появился интернет — и я начала работать на фрилансе, на бирже.
Наступило время «увлекательных» проектов, по типу рисовки логотипов за тысячу рублей или визуализации контурного освещения для зданий. Супер-пупер ублюдские старые проекты еще сохранились здесь. Их полезно посмотреть просто чтобы проследить эволюцию.
Первый факап
Его я словила на первом же заказе: взяла чертежи 3D-панелей в AutoCAD. Вход на фриланс-биржу стоил 2000 рублей в месяц (первые деньги сэкономина на еде). Этот заказ я взяла за 5 тысяч. Да, он был совсем не дизайнерский, но выбирать было не из чего. Я тогда знала только азы черчения. В девять вечера созванивалась с отцом (он инженер-электрик и хорошо в этом разбирается), и мы вместе по телефону считали углы соединений по формулам и определяли места креплений. Я еще рисовала 3D визуализацию в SketchUp.
Часы ругани, куча переделок, но — на удивление — заказ приняли (хотя я думала, что облажалась бесконечно, и, скорее всего, рабочие просто сделали как умели). Мне даже прислали потом фото реализованных панелей. В течение следующих трёх лет я зарабатывала на фрилансе 20–30 тысяч в месяц.
Бунт на офисном корабле
Через три года фриланса, кучи кидков на деньги от нерадивых заказчиков и уймы проектов я накопила на институт. В последние месяцы перед дипломом устроилась на удалёнку — в своё первое эвент-агентство, зарплата была 40 тысяч. До сих пор помню, как приехала к ним в Москву познакомиться лично — и оказалось, что они дали не тот адрес. Три часа дороги (в общей сложности) были напрасными.
Через несколько месяцев они начали задерживать зарплату. На оформлении новогодних корпоративов я взяла в заложники важные макеты и объявила, что не отдам их в печать, пока мне не заплатят. Это был жёсткий бунт. Пришлось общаться с гендиректором. Деньги мне выплатили, и я уволилась.
Образование и выгорание
В 19 лет я чётко понимала, что хочу вырасти в будущем до руководителя, но боялась, что без диплома меня не возьмут. Поступив в МГТА, я оплатила сразу все четыре года обучения. Через полгода нам объявили, что институт потерял аккредитацию.
На фото я защищаю свой дипломный проект — стул конструктор, сзади меня прототип из дерева в маленьком масштабе который я пилила в гараже неделями.
На тот момент я уже работала на второй работе в эвентах и училась заочно: каждый день вставала в 7 утра, возвращалась домой к 9 вечера из Люберец, а выходные проводила на учёбе с 6 до 23 часов — по шесть пар. Через год, когда силы покинули меня, я наконец поняла на примере коллег, что для руководящей позиции не обязательно иметь высшее образование — нужны мозги. Остальные студенты перешли в другой вуз, а я забрала документы и деньги. И пошла работать дальше.
Первая работа — не по счёту, а по адекватности
Я вышла в офис в Москве спустя 3,5 года на удалёнке и фрилансе. Зарплата стала 60 тысяч, а задачи — более разнообразными. Я делала 3D-стенды и лёгкую анимацию. Начала работать с LEGO (пример моего проекта).
Я решила, что буду дизайнером, в семь лет: тогда я пялилась на упаковку их конструктора и пыталась понять, как они её оформили. Фотографии конструктора были идеальны — ни пылинки. Это рендеры? Но это же огромный геморрой — собирать такое в 3д по деталям. До сих пор не знаю, как они это делали. Я рассматривала коробку и понимала, что она напечатана точками-каплями. Мне было интересно, как работает принтер. И теперь, спустя годы, я оформляла макеты для них. Мечта.
Крупный скандал случился, когда мы начали работать со «Столото». Арт-директор пришла новая и не опытная. Нас позвали на созвон с клиентом втроём: я, аккаунт-директор и арт. Проект шел тяжело: клиент не знал, чего хочет, мы делали большой стенд в парке «Сокольники», и они хотели трон-фотозону. Мы сделали уже много итераций — ничего не нравилось.
На созвоне я спросила у клиента, могут ли они прислать референсы, чтобы мы поняли их вкус. В этот момент арт стала буквально шипеть на меня и затыкать. После звонка — публичная ругань в коридоре:— Клиент не должен нам ничего объяснять и присылать! Это наша задача — понять, чего они хотят!
Честно говоря, до сих пор не понимаю, что она имела в виду (мы ведь не читаем мысли, понятно что мы должны предложить решение, но для этого нужен дебриф), но эту сцену я запомнила на всю жизнь.
Кидалово
Потом начался ковид, эвенты посыпались. Начали приходить бессмысленные задачи — лишь бы заработать. Пришлось заняться веб-дизайном (пришел срочный проект), хотя никогда им не занималась. Никого не интересовало что я вообще не знала верстки, буквально рисовала по видео-урокам. Сдала срочный лендинг для «Энтерола» чудом и неделями войны с верстальщиком.
Позже делали стойку для «Столото» — ту самую, которую видите во всех ТЦ. Нужно было придумать конструкцию, которая собирается, разбирается, выдерживает перевозки и ярко выглядит. Срок — неделя. Мы с отделом реализации пытались вытянуть эту инженерную задачу, хотя это была совсем не наша специализация (здесь явно должен был работать мебельный конструктор который тянет материаловедение). На наши вопросы и претензии руководители отвечали криками. Все были на нервах, агентство — в кредитах. Тендер мы проиграли. Агентство закрылось и никому не заплатило. Я до сих пор жду три зарплаты.
Примерно в это время я узнала, что коллега-техдизайнер получала на 5 тысяч больше меня. Она только подготавливала макеты к печати, а я делала KV, лого, оформляла тендерные презентации, 3D и стенды, анимации... В тот момент я поняла — хорошо, что мы разошлись.
Видеопродакшен
После ковида я перешла в коммуникационное агентство и начала плотнее работать с анимацией — вдобавок к остальным скиллам. Изучала Cinema 4D, Blender и Houdini. На тот момент зарплата стала около 140 тысяч (считай, вдвое выше). Здесь меня накрыл новый факап — «Кинорепортёр» (2020-21 год).
К церемонии награждения журнала нужно было подготовить видеозаставки, оформление интро и перебивки с именами — и всё это легло на меня. Чтобы выпендриться и сделать красивый кейс в портфолио, я решила использовать стекло в анимации (а оно рендерится сложнее и дольше всего). Но не учла возможность правок. Рендер шёл очень долго: сцена на 5–7 секунд рендерилась по 12 часов.
Для согласования с арт-директором я рендерила всё в шумах, на минимальных настройках — около трёх часов. Всё осложнялось тем, что арт не работал с 3D и анимацией и не понимал технических нюансов и моих страданий. После нескольких дней согласований финал нужно было сдавать срочно.
Я выбивала бюджет на рендер-фермы и параллельно ездила в офис на выходных: запускала рендер на четырёх компьютерах одновременно, по 200 кадров, собирая ролик по кускам. И даже после этого были правки. Я перерендеривала части, появлялись заметные склейки. Потом не нравилась музыка, потом — появление титров, потом добавлялись новые имена.
Я ненавидела этот проект (который делала в одиночку), но в итоге он получился красивым и состоялся. Я сдала ролики чуть ли не в день церемонии. Ссылка на просмотр ролик
В первый же рабочий день
Перед тем как выйти арт-директором в агентство, меня попросили начать работу за неделю до официального выхода — совместив с отработкой последних двух недель. В первый рабочий день мне сразу дали задачу: заверстать презентацию под 200 слайдов, сдача — завтра до 12:00.
Я села работать, к вечеру отправила почти готовую презентацию в чат. И увидела сообщение: «Это не та презентация». У меня замерло сердце. Оказалось, что вариантов было около семи — и мне дали не ту (или я выбрала не ту из списка, уже не помню).
В чате поднялась паника. Я ехала в метро домой. Приехав, позвонила гендиректору, сказала, что всё исправлю, но мне нужна будет помощь коллег утром. Договорились.
После целого дня я снова села верстать. Поспала пару часов, поставила будильник на 6 утра, продолжила. К 9 утра снова была в офисе. Раздала указания ещё двум коллегам, и мы втроём в режиме онлайн-верстки расставляли референсы по кадрам раскадровки — в шесть рук. Сдали за 20 минут до дедлайна. После обеда мне выдали бутылку пива, и я легла спать на диване в офисе.
Женщина не человек
Где-то через год к нам пришёл интересный проект 3D ролика для крупной госкорпорации. Я делала 3D-ролик одна. В процессе появилась необходимость добавить в него частицы — их делают в Cinema 4D с плагином X-Particles.
Лицензий на Cinema и времени на разбирательства не было. Я нашла моушн-дизайнера, который мог бы сделать анимацию с частицами, чтобы я на композе наложила слой поверх своей. Но для этого нужно было синхронизировать движение из Blender с Cinema. Сделать это практически невозможно. Единственный вариант — экспортировать в Alembic. Он не сработал.
Через несколько дней я заметила, что моушн начал грубить, игнорировать мои сообщения и писать напрямую генеральному продюсеру — по всем вопросам. Хотя проект вела я. У него было арабское имя, и я предположила, что, возможно, он мусульманин и не воспринимает меня как лидера из-за пола. Тогда мне никто не поверил.
Когда продюсеру надоело быть сломанным телефоном, мы создали чат втроём. Но и там он обращался только к продюсеру, полностью игнорируя мои сообщения. Тогда все со мной согласились. Моушн постоянно пропадал. За три дня до сдачи он просто исчез.
Я выкрутилась: отрендерила частицы в Blender в похожем стиле. За день до сдачи он всё-таки передал свою часть. Но я уже не спала от нервов. После проекта мы внесли его в черный список подрядчиков.
Я гордилась нашим роликом — он попал на центральное ТВ в России и Китае, собрал 12 миллионов охвата. Но через четыре месяца по определенным причинам нам пришлось его удалить отовсюду, как будто его и не было.
Напоследок
Я не считаю, что у меня есть выбор. Между тем чтобы подниматься и лежать — я не могу позволить себе второе. Что бы ни происходило, спустя время я снова возвращаюсь — и продолжаю делать то, что делала.
И если это что-то новое — интересно будет всегда.
Подписывайтесь на Telegram-канал «Одна кавычка»: о коммуникационном дизайне, трендах и кейсах.