Он не вписывался в эпоху громких лозунгов: гитара вместо маршей, хрипловатый голос, слова о любви и виноградных косточках. Булат Окуджава (1924–1997) создал альтернативную вселенную, где даже в советской реальности находилось место изящной печали, тостам с друзьями и разговорам с Богом. Его стихи – не риторика, а разговор с каждым вполголоса. Эта женщина! Увижу и немею.
Потому-то, понимаешь, не гляжу.
Ни кукушкам, ни ромашкам я не верю
и к цыганкам, понимаешь, не хожу. Напророчат: не люби ее такую,
набормочут: до рассвета заживет,
наколдуют, нагадают, накукуют…
А она на нашей улице живет! Виноградную косточку в теплую землю зарою, И лозу поцелую и спелые гроздья сорву, И друзей созову, на любовь свое сердце настрою. А иначе зачем на земле этой вечной живу? Собирайтесь-ка гости мои на мое угощенье, Говорите мне прямо в лицо, чем пред вами слыву, Царь небесный пошлет мне прощение за прегрешенья. А иначе зачем на земле этой вечной живу? В темно-красном своем будет петь для меня моя дали,