показывающая, что любые наблюдения полезны
Манька неожиданно громко стукнул по столу, все уставились на него.
– Между прочим, здесь находится столовая посуда. Чайники и Кофейники! Эй! Я просто не понимаю, как можно столько времени жить без чая? Уж если мы не спим, давайте пить чай!
Эдя немедленно включила электрочайники греться, а мы вытащили из коробки запакованные различные пряники и сушки. Куратор пил с нами чай и молчал. Видимо действительно для мыслительного процесса Маньке не хватало углеводов, потому что, выдув бокал со сладким чаем, он встал в позу вождя мировой революции и, смешно картавя, заговорил:
– Дорогие товарищи! Теперь мы готовы к труду и обороне. Давайте подведём итоги тому, что мы узнали! Не торопитесь, строго по очереди. Начнём, как всегда, с сопливых. Стёпка, тебе не привыкать изображать зоркого орла. Не зря ты на вышку лазила. Удиви нас своими наблюдениями!
Ругаться мне не хотелось, и я взяла быка за рога.
– Первое. Кто-то способен изменить внешность, настолько, что мужчина становится похожим на женщину, я про Корытиных. Хочу напомнить, что из Зелёных никто не сомневался, что Юра – женщина, однако у меня вопрос: он здесь всегда был Натальей?
– Итак, здесь оборотни! Товарищи, это – странные оборотни! – Манька шмыгнул носом и поднял руку над головой с вытянутым указательным пальцем. – К тому же кое-кто способен помолодеть физиологически! Я про сексуальные подвиги Владислава. Это открытие мирового значения. Товарищи! Мужчины планеты уже рыдают от счастья. Это, так сказать, второе, а третье… О! Это трагическое исчезновение двух девиц. Прелестных снаружи и мерзких внутри.
Эдя немедленно его ущипнула.
– Это кто прелестные?
– Что ты щиплешься? Я не о себе, а о Зелёных беспокоюсь! Если мы не решим проблему, то, возможно, там произойдёт небывалый всплеск голубизны. Вы что, не понимаете, что я о ней, о демографии пекусь?! – Манька повернулся к Коте. – Психолог, блесни заключением!
– Пожалуйста! – Котя стал незнакомым, и всем показалось, что он в костюме и галстуке. – Можно предположить, что всё это затеяно, чтобы попасть сюда, это четвёртое. Только остаётся понять зачем? Что здесь мёдом намазано что ли?
Манька не унимался.
– Правильной дорогой идёте, товарищ, но… – он опять задрал палец. – Главное! Причём тут матрасы? Да-да! Матрасы, про которые мы должны не забывать. Это – пятое!
Арр одну за другой написал пять цифр жёлтым мелом на доске и поставил напротив них вопросы, а потом добавил цифру шесть.
– А не забыли ли вы, что пропавшие пытались скачать наши файлы? Юль, послушай, а ваша Алина ничего потом не объяснила, ну хоть кому-нибудь из девчонок? Она же любила всем перемывать кости.
– Ты что же, считаешь, что девчонки Зелёных между собой шушукались? – удивилась Юлька.
– Конечно! Наши же сидят, как галки, на вышке и сплетничают, – засмеялся Арр.
– Обмениваемся мнениями, – холодно возразил Дора, у наших парней на лице возникло выражение сильной тревоги, а Дора хихикнула. – Э-эх, это совсем не о том, о чём вы подумали!
– Ну, не может быть! – возмутился Манька. – Вы не могли это отсканировать, я так это запрятал.
– Почему я чувствую себя директором школы?! – возопил Куратор. – Вы, когда начнёте работать?
– Мы работаем, – успокоил его Котя, – у меня ведь нет сомнений э-э…
– Неужели? – простодушно удивилась Гога. – А что ты кулаки сжал?
– Куратор, мы будем работать или нет?! – взвыл Котя. – Просто ужас до чего все разболтались!
Мы с девчонками переглянулись. Вот так! Нечего тут демонстрировать свою самцовость. Увы, торжествовать долго, нам не удалось, потому что Куратор вмешался в наш, так интересно развивающийся разговор. Он, не скрывая усмешку (Уверена, он специально сделал, чтобы мы увидели её!), проговорил:
– Что касается попытки получить незаконно информацию. Думаю, что Алина и Наталья тогда здорово злились. Я представляю их разочарование, когда они читали ваши файлы. Их сам Фермер составлял. Это – типичная анкета. Национальность, возраст, были ли за границей. Знание языков, со словарём, конечно. Название тем дипломных работ и ВУЗов, где они защищались. Перечисление прививок, и некоторые биохимические показатели, характеризующие вашу выносливость. Так что, это ведь информация, но… Ведь не тупые же они?
На лицах мальчишек промелькнуло сразу несколько ярких переживаний: облегчение, мстительность и озабоченность.
Юлька, усевшись к нам поближе, хитро спросила:
– Ребята, а вы, конечно, так из-за прививок заволновались?
У Коти на лице появилось выражение «Придушу!», я уже собралась достойно ответить ему, но он, опередив меня, повернулся к Мише и свирепо осведомился:
– А что, Юлька часто общалась с девчатами Зелёных о своей личной жизни, о прививках и тому подобном?
Да-а! Это был хитрый приём и неожиданный. Куратор покачал головой, потом угрюмо подпёр рукой щеку и стал ждать развития событий, а они последовали незамедлительно. Мишка, полыхнув взглядом, процедил:
– Юлечка, ты разговаривала только о прививках или?
– Что? – она расстроенно взглянула на нас, не зная, как объяснить, что в основном ругалась с девчонками.
Гендерная солидарность заставила меня прийти на выручку ей.
– А как же?! Думаю, они всё обсуждали, кому и какие делали прививки. Я, когда почитала их анкеты, была просто поражена. Как будто кое-кто из Зелёных собирается в джунгли Амазонки.
Назревающий конфликт мгновенно истаял, а любопытная Дора немедленно зарылась в комп.
– Странно, но только некоторым из них была сделана прививка против брюшного тифа. Почему некоторым, а не всем? Они же так пеклись о своей непохожести от остальных
Куратор задрал брови и признался:
– Не знаю! Стёп, ты почему не рассказала?
– Думала, что к делу не относится, – хотела повредничать, но Котя прожёг меня взглядом, и я вздрогнула от его мысленного «я соскучился» и немедленно всё рассказала. – Прививки от брюшного тифа были сделаны только десятерым. Возможно, и тем, кто не прошёл, так Зеленые лишились возможных соратников. Нам всем: и Чайникам, и Кофейникам, не делали.
– Поточнее! – потребовал Арр.
Дора, пыхтя, что-то искала, потом сообщила:
– Слушайте! Я тут нашла один странный сайт, и там наши медицинские карты. Так вот, прививки делали: Алине, Наталье, Тамаре, Владе, Владиславу, Валентину, брату и сестре Корытиным, и ещё двум Ирине и Марине из Сиреневых. Больше никому.
– В чём же странность сайта? – Арр немедленно нырнул в комп вслед за ней. – Ух ты! Для нас разрешён доступ!
– Что значит для нас? – удивился Котя.
– Здесь список лиц, допущенных к этому сайту.
Котя повернулся к Куратору, тот фыркнул, но пояснил:
– Вы его получили, потому что ведёте следствие. У нас, между прочим, не лопухи работают, и мы умеем хранить информацию. Девушки из Зелёных пытались вскрыть личные дела, но вскрыли только то, что им позволили.
– Это точно! – Арр озадаченно посмотрел на всех. – Я проверил, как они искали – обычный банальный подход, поэтому и нашли просто обзор кандидатов. Знаете, мы вошли в этот сайт только потому, что у нас доступ. Там такие защиты! О-го-го!
– Зачем же их тогда публично высекли? – удивилась я.
Куратор неожиданно встал.
– Не надо лазить без спроса! Я всё понял. До рассвета не более часа, и вы выдохлись, и мне, кажется, собрались поругаться.
– Отоспимся завтра, – Котя покачал головой. – Куратор, мы не собирались, а уже ругались. Ишаки!
Манька на глазах всех расцеловал Эдю.
– Не сердись! Это из прошлого, когда я никому не верил. Я поэтому решил, что вы обсуждали, так сказать, нас.
Мишка и Сима растроганно засопели и поцеловали Юльку, та счастливо улыбнулась. Я же, закрыв глаза, мысленно последовательно оцеловывала всего Котю, тот закрыв глаза, мурлыкал и млел. Когда я рискнула на более смелые мысленные прикосновения, Котя через стиснутые зубы с шипением выдохнул. Очнулась от резкого шлепка по столу.
– Стёпка!! – прорычал Куратор.
Все растерянные и тяжело дышащие очумело оглядывались. Котя чуть дрогнувшим голосом просипел:
– Ребята, простите нас! Дорочка, полазь по тюбикам с едой, найди что-нибудь подходящее. Надо очухаться! Мы же должны хоть что-то понять до рассвета. Да, и давайте-ка чай покрепче выпьем!
Я красная от случившегося с трудом выдавила:
– Простите, ребята! Я думала, что это только для нас с Котей, – мне было стыдно, я ведь не знала, что это почувствуют другие.
Пашка проворчал:
– Ладно, мавка! Мы поняли и не сердимся.
Мне стало не по себе. Вспомнила, как Бабушка говорила, чтобы я помнила, что в любой женщине живёт не только мавка, но и истинная суть. Нельзя никому, кроме любимого, показываться в виде мавки. Котя, который теперь легко входил в моё сознание, проворчал:
– Хотел бы я знать, что твоя Бабушка имела ввиду, когда говорила про истинную сущность? – и чтобы не привлекать к этому внимания, заметил. – Хорошо бы, чтобы истинная сущность позволила нам выявить убийцу!
То ли от его бархатного голоса, то ли от того, что осмелела в отчаянных фантазиях о близости с Котей, но что-то внутри моего сознания стало потягиваться и располагаться, поудобнее, тем более что для него было давно готово место, но раньше всё закрыто на ключи. Я не знала, что это, но решила, что пусть располагается, потом оно само объявится! Нельзя у бутона, нераскрывшегося цветка, отгибать листья, так и сломать недолго.
Котя бросил на меня вопросительный взгляд и стал похож на кота, повернувшего в мою сторону уха. Я усмехнулась, а он сморщил нос. Лидия, заметив, как он морщит нос, засмеялась, а потом вздохнула.
– Надо было сразу обыскать юрты. Именно в домашних вещах проявляются наши пристрастия и интересы. С этим мы, увы, уже опоздали.
– Тогда это не для таких, как Стёпка! – возразил Лёшка.
– Это почему? – удивилась Лида.
– У неё кроме спиц в волосах никогда ничего особенного не было. Обычный набор одежды, почти минимум. Это выяснилось, когда мы собрались уезжать.
– Думаю, что убийца, живя совместно со всеми, тщательно маскировал свою личность. Может, кто и видел эти каменные ножи, но не воспринял их, как ножи, – заметил Котя.
– Ножи… Значит он их просто выкинул. Досадно, они где-то лежат среди прочих камней, и мы их не узнаем. Собак же не гоняли за периметр? – Арр начал грызть кончик косы. – Что-то мы забыли!
– Куски трупов, – вспомнила я. – Кстати, их собрали?
– Нет, – мотнул головой Куратор, – поставили охрану, и оставили до полиции. Вы же слышали, что майор сказал?!
– А охрана так и стоит? Всё это время? – засомневалась я.
– Это не живая охрана, – пояснил Куратор. – Не надо делать такие глаза! Это – механизмы, которые смогут остановить и задержать любого, кто попытается собрать эти куски и унести. Они же подадут сигнал операторам, и туда немедленно будет отправлена группа.
– А животных они смогут отогнать? Ведь эти куски растащат! Понимаете, для животных – это готовый обед, – я расстроилась, потому что видела стаю ворон, кружащихся над трупами.
– Не растащат! – Куратор рассердился. – Ну не надо нас считать тупорылыми! Там хорошая защита, правда, не от насекомых. Тем более части трупов довольно кучно лежат.
– Можете показать на карте, где лежат эти куски? – заинтересовался Миша.
Куратор подошёл к компу и показал на карте местности точки, которые я увидела с высоты.
– Вот! Мы сфотографировали их с помощью маленьких дронов.
– Фотографии мы можем посмотреть? – попросил Миша.
Куратор подошёл к компьютеру, и мы уставились на экран. Три ноги, обрубки торсов, какая-то кровавая каша, ещё какие-то непонятные обрубки. Всего пять точек.
– Странно расположены, – заметил Арр, – в сущности, они на одной линии.
Когда я смотрела с вышки, то наблюдала за падальщиками, которые кружились над частями тела. Мне тогда казалось, что они разбросаны случайно, но теперь поняла. Они все лежали на крутой дуге. Почему? Как их так раскидали? С одного места так кинуть невозможно, да и далеко они лежали.
Видимо из-за этого, я стала рассматривать снимки более подробно. На компе мне было трудно разобраться, поэтому я вывела на печать эти снимки, а потом разложила их перед собой. Хищники, до того, как поставили охрану, поработали над кусками тел, но всё ещё были видны обрывки какой-то ленты, которой их удерживали вместе. Что-то в этой ленте было странное. Это видимо была клейкая лента, но какая-то полосатая.
– Котя, бывает скотч полосатый? Смотри, эти куски стягивали красно-серым скотчем. Может такой скотч поискать? Попросить у ребят, у кого есть скотч, например.
– Нет! Опасно, это как сигнал тревоги для убийцы! – Котя повернулся к Арру. – Увеличь это, но сохрани максимально резкость!
Арр и Пашка подошли к компам и затрещали клавиатурой, скоро мы рассматривали фотографии сильно увеличенных обрывков. Единственная мысль, которая посетила меня, что это был не один рулон.
Котя вдруг фыркнул:
– Арр, вот это не скотч! Посмотри на этот серый кусок! Надо бы понять, что это? – Котя взял лупу. – Это не марля, но как-то мягко висит.
Наш принц нервно поправил косу и долго рассматривал фотографию, потом метнулся к Павлу, и они погрузились в работу, а потом Пашка позвал:
– Ладно, смотрите!
Все рассматривали обрывок прозрачной ткани.
– Похоже на растянутый пpeзepвaтив, – выпалил Манька.
Я съёжилась от этого названия. Уж не знаю почему, но я совершенно забыла об их существовании. Ах, безмозглая овца! Ведь если вдруг что, я же не смогу и не захочу отказаться от его ребенка, а это было бы не ко времени сейчас. Испуганно взглянула на Котю, тот засмеялся и обнял меня и прошептал на ухо:
– Ты не помнишь, что я спрашивал тебя? В самый первый раз.
– Ты спрашивал? Что спрашивал? Боже, я ничего не помню! – я с трудом это выдавила из себя.
Он промурлыкал:
– Что и положено, у такой невинной девочки. Про твой цикл. Ты ответила, а потом меня потрясла тем, что хочешь от меня детей. А я так старался, чтобы ты не забеременела.
Меня бросило в краску, почему-то я всегда стеснялась не только говорить о беременности, но даже слышать это слово. Оно казалось мне неправильным. Разве ребёнок это – бремя? Это же дар любимого. Как же мне теперь это объяснить?
– Не надо объяснять. Я тоже так считаю, – прошептал Котя, – и прости, что подслушал эти мысли. Просто у тебя было такое лицо…
– Я испугалась того, что всё забыла, а не того, что ты подумал. Просто, это было бы…
– Стёпка, ты даже представить не можешь, о чём я думал. Да понял я всё про тебя, поэтому…
– Вы чего шепчетесь?! – завопил Лёшка. – Слышали, что я сказал?
– Нет, – признался Котя. – Повтори!
– Это очень похоже на особую синтетику. Я видел перчатки из такого же материала.
– Ничего не понял. Резиновые перчатки? – изумился Котя. – Это как же они так незаметно её приволокли. Ведь резина тяжелая, да тугая.
– Не резиновые! Иногда, требуются две пары перчаток, особенно в том случае, если возможен их разрыв или порез. Сейчас существуют двойные перчатки, очень тонкие. Для верхних перчаток, изобрели внутреннее покрытие из синтетики, которая становится непрозрачно-серой, если произошёл прокол или разрез. Из-за пореза они очень медленно расползаются, а второй слой защищает руки. Позволяя в случай чего быстро их заменить. На трупах такой же материал, я уверен. Понял, как их закинули?
Котя задрал бровь, вредный Лёшка показал язык, Куратор горестно вздохнул.
– Прекратите! Когда же вы…
– Нет-нет, я смогу! – Котя остановил его и стал анализировать вслух. – Я понял, перчатки не резиновые. Материал из которых их делают очень прочный, значит его можно сильно надуть и создать воздушный шар. Лёша хочет сказать, что части от трупов отослали на воздушных шарах, из специальной синтетики.
Продолжение следует…
Предыдущая часть:
Подборка всех глав: