Вороны - всего-то стая черных птиц!
И они заклевали человека?
В это предстояло поверить просто так?
Андрей Осокин смотрел на бледного парня в дорогом костюме, нервно теребившего карманы в его офисе, и пытался уложить в голове услышанное. Густой запах элитного парфюма не мог скрыть запаха страха, исходившего от посетителя. Евгений Соколов, преуспевающий маркетолог с безупречно уложенными волосами и дрожащими руками, рассказывал о своей невесте Ирине, которую, по его словам, атаковала и буквально заклевала до смерти стая ворон в элитном коттеджном посёлке "Лесные просторы" четыре дня назад.
— Андрей Владимирович, я клянусь, это не несчастный случай! — в отчаянии выпалил он, и глаза его наполнились слезами, которые он упрямо сдерживал.
— Местные шепчутся о каком-то дворнике, который якобы умеет повелевать птицами. Говорят, это "воронья кара"... Полиция считает, что это стечение обстоятельств, но Ирина ничего не боялась сильнее, чем птиц! Она вздрагивала даже от голубей на площади. Она никогда бы не оказалась одна на той площадке, где полно ворон!
Евгений дрожащими пальцами протянул Осокину фотографию — миловидная блондинка с яркими зелеными глазами улыбалась, сидя на скамейке в том самом посёлке. Ветер трепал ее волосы, а она щурилась от солнца, счастливая и полная жизни. Сложно было представить, что теперь от неё остались лишь изуродованные останки, о которых Евгений говорил, отворачиваясь и прикрывая рот рукой.
— Я беру это дело, — произнёс Осокин, вздохнув и аккуратно положив фотографию на стол. Что-то в глазах девушки тронуло его — они казались такими живыми, что он почувствовал почти личную ответственность перед ней.
***
— Вороны? Серьёзно? — Ромка оторвался от своего ноутбука и посмотрел на брата с нескрываемым скептицизмом. — Звучит как сюжет для третьесортного ужастика. Ты точно не перегрелся на солнце?
Младший брат Осокина, студент-криминалист, вечно сидел, уткнувшись в компьютер. Его взъерошенные волосы и потертые джинсы резко контрастировали с всегда аккуратным видом старшего брата. Но Андрей знал, что технические навыки Ромки однажды спасли ему жизнь в прошлом расследовании.
— Собирайся, гений, — бросил он ему с легкой улыбкой. — Выезжаем через час. Возьми свою технику и те штуки, которые... ну, которые делают умные вещи с электроникой.
Ромка закатил глаза, но послушно начал собирать свои гаджеты, бормоча что-то о "технически безграмотных детективах, которые даже маршрутизатор настроить не могут".
Коттеджный посёлок "Лесные просторы" полностью соответствовал своему названию: просторные участки, утопающие в зелени, с видом на хвойный лес. Место, где каждый дом стоил как минимум несколько десятков миллионов, а охрана на въезде проверяла документы с придирчивостью пограничников. Воздух здесь был пропитан ароматами хвои и свежескошенной травы, а тишину нарушали лишь птичьи трели и приглушенное гудение дорогих автомобилей.
Пока Ромка настраивал свою технику в арендованном ими домике, Осокин решил прогуляться по окрестностям.
Недалеко от детской площадки, огороженной теперь полицейской лентой, он увидел его — сгорбленного старика в потрёпанной куртке цвета выгоревшей листвы, который медленно подметал дорожки и что-то тихо бормотал себе под нос.
Его морщинистое лицо напоминало карту прожитых лет, а глаза казались выцветшими от долгой жизни.
Вокруг него кружили несколько ворон, периодически садясь на плечи. Он доставал из кармана крошки и кормил птиц с такой нежностью, будто общался с близкими друзьями. Вороны аккуратно брали еду из его мозолистых ладоней, иногда даже позволяя погладить свои глянцевые перья.
— Эй, не подходите к нему! — окликнула Осокина полная женщина в ярком спортивном костюме, спешащая с прогулки. — Это Михалыч, местный дворник. С головой у него не всё в порядке.
Андрей вежливо представился, показав удостоверение частного детектива, и поинтересовался:
— А что с ним?
— Он птиц этих проклятых прикармливает, — женщина понизила голос до шёпота, бросая опасливые взгляды на старика. — Говорят, что они его слушаются. Я своими глазами видела, как он им что-то шепчет, а они потом летят и делают, что он прикажет. Дети его боятся, да и взрослые стараются обходить стороной. Одна только эта погибшая девушка не боялась с ним пререкаться.
— И вы считаете, что это он причастен к трагедии с девушкой? — Осокин внимательно наблюдал за дворником, который, казалось, был совершенно безразличен к разговору о нём.
— А кто же ещё? — фыркнула женщина, поправляя сползающие с носа солнечные очки. — Вороны просто так на людей не нападают. Тут все говорят про "воронью кару" — местную легенду. Якобы если Михалыч на кого обидится, то вороны наказывают обидчика. А девушка эта, говорят, накануне с ним повздорила из-за мусора. Кричала на него, что он плохо убирает.
Осокин поблагодарил разговорчивую собеседницу и медленно подошёл к дворнику. Тот поднял на него мутные глаза, в которых читалась усталость и какая-то древняя мудрость, но продолжил подметать, не обращая внимания на его приветствие. Детектив заговорил громче, но старик лишь покачал головой и указал на своё ухо, достав из кармана древний слуховой аппарат, потрескавшийся от времени.
— Не слышу я, — произнёс он глухим, неестественным голосом, в котором слышалась печаль человека, давно смирившегося с тишиной. — Сломался. Неделю назад еще.
В этот момент одна из ворон, крупнее остальных, с характерной белой отметиной на крыле, подлетела и уселась прямо на плечо старика. Михалыч улыбнулся ей, и его лицо на мгновение преобразилось – морщины разгладились, а глаза засветились теплом. Он погладил птицу одним пальцем по голове, и ворона прикрыла глаза, будто наслаждаясь прикосновением.
Осокин задумался.
Странный какой старик.
Каким образом он мог быть причастен к гибели девушки?
Какие его мотивы?
Как он управлял птицами: свистом или жестом?
Эти вопросы роились в голове Андрея, когда он возвращался во дом, где они с братом временно поселились.
***
— Братец, ты что, серьёзно поверил в дворника-птицевода? — Ромка хохотал, запрокинув голову, когда Осокин пересказал ему разговор с местной жительницей. — Он же глухой! Как он может командовать птицами свистом или голосом, если сам не слышит? Это всё равно что утверждать, будто слепой может управлять светофорами силой мысли!
— Именно, — кивнул Осокин, разворачивая на столе карту поселка. — А ещё я уточнил у охраны: в день трагедии Михалыч вообще был на больничном, заменял его другой человек. Так что теория "вороньей кары" рассыпается как карточный домик.
Они осмотрели место происшествия под неодобрительными взглядами патрульного полицейского, который уныло жевал жвачку, сидя в своей машине. Несмотря на то, что следственная группа уже завершила свою работу, следы трагедии всё ещё были заметны: тёмные пятна на плитке, разорванный шарф на ветке ближайшего дерева, отпечаток окровавленной ладони на скамейке — безмолвное свидетельство последней попытки Ирины за что-то ухватиться.
— Слушай, а это что? — Ромка вдруг присел и что-то поднял из кустов рядом с лавочкой. В его руке оказался небольшой металлический предмет размером с коробок спичек, с едва заметными царапинами на корпусе. — Какой-то электронный модуль.
— Полиция, наверное, не заметила, — Осокин взял устройство, чувствуя, как в нем просыпается охотничий азарт. Оно было оснащено миниатюрной антенной и несколькими светодиодами, покрытыми тонким слоем грязи, словно кто-то пытался замаскировать их.
— Дай сюда, — Ромка забрал находку и повертел в руках с видом ребенка, получившего новую игрушку. — Знаешь, это похоже на ультразвуковое устройство, которые используют для отпугивания животных. Только модифицированное... Смотри, здесь настройка частоты. Кто-то серьезно поработал над стандартной схемой.
В течение следующих часов братья опросили ещё нескольких жителей, чьи истории в основном повторяли уже услышанное.
Но разговор с одним из местных фермеров, чья усадьба примыкала к посёлку, добавил интересную деталь:
— Месяц назад к нам приезжали какие-то учёные, — вспоминал он, поглаживая густую бороду, отливающую рыжиной на солнце. — Тестировали на моём участке приборы для управления поведением птиц. Говорили, что это поможет защитить посевы. Обещали, что если испытания пройдут успешно, мне достанется несколько таких устройств бесплатно.
— И как, успешно? — спросил Осокин, обмениваясь многозначительным взглядом с братом.
— Да какое там! — фермер сплюнул на землю. — Вместо того, чтобы отпугивать ворон, устройство, наоборот, их привлекало и делало агрессивными. Они чуть мою кукурузу не уничтожили, пока эти яйцеголовые пытались настроить свою штуковину. Я им потом счет выставил за ущерб.
— И что стало с этими приборами? — Осокин чувствовал, как пульс участился от предвкушения.
— Забрали обратно, сказали, что доработают. Компания называлась "АгроЗащита", если не ошибаюсь. Визитка вроде где-то была... — фермер начал рыться в карманах своего комбинезона.
Ромка тем временем быстро пробил информацию на своем планшете, пальцы летали по экрану с невероятной скоростью.
— "АгроЗащита" — небольшая компания, занимается разработкой сельскохозяйственных технологий, — сообщил он, подняв глаза на брата. — Основатель и главный инженер — Виктор Казанцев, бывший военный биолог. Интересно... Судя по его публикациям, он специализировался на исследованиях влияния звуковых волн на поведение животных. А еще у него был допуск к секретным разработкам.
— А что ещё известно про погибшую девушку? — спросил Осокин, когда они возвращались в домик. Закатное солнце окрашивало верхушки деревьев в золотистый цвет, а в воздухе висела тягучая тишина, нарушаемая лишь далеким карканьем ворон.
— Ирина Волкова, 28 лет, работала экологическим журналистом, — отозвался Ромка, просматривая информацию в телефоне. — Получила несколько профессиональных наград за расследования. Последние статьи были связаны с расследованием неэтичных методов защиты сельхозугодий. У нее был острый язык и принципы... не лучшее сочетание для долгой жизни. Подожди...
Он резко остановился, так что Осокин чуть не налетел на него.
— Андрей, смотри! За неделю до гибели она опубликовала в своём блоге черновик статьи о том, что какая-то компания тестирует на птицах запрещённые нейростимуляторы, — голос Ромки дрожал от возбуждения. — Названия нет, но она пишет о "военном прошлом" главного исследователя и "технологиях, способных превратить птиц в оружие". Она обещала полное разоблачение через десять дней. Но не дожила...
Глаза Осокина сузились, а челюсти сжались. Ветер трепал его волосы, когда он мрачно произнес:
— Думаю, я знаю, какая это компания. И кто стоит за гибелью Ирины.
---
Офис "АгроЗащиты" располагался в технопарке на окраине города – современное стеклянное здание, обвитое зеленью, призванной создать образ экологичной компании. Братья приехали туда на следующее утро под видом потенциальных инвесторов, одетые в строгие костюмы, чтобы соответствовать образу. Осокин надел очки в тонкой оправе, добавлявшие ему солидности, а Ромка тщательно причесал свои непослушные волосы и даже повязал галстук, который, впрочем, сидел на нем, как на вешалке.
Молодая секретарша с идеальной улыбкой проводила их в переговорную, где вскоре появился сам Виктор Казанцев — подтянутый мужчина лет пятидесяти с военной выправкой и холодными серыми глазами, которые, казалось, просвечивали собеседников насквозь.
— Чем могу помочь, господа? — спросил он, оценивающе глядя на братьев. Его рукопожатие было крепким и сухим.
— Нас интересуют ваши разработки в области управления поведением птиц, — начал Осокин, внимательно следя за реакцией собеседника. — Особенно те, что тестировались в "Лесных просторах".
Казанцев едва заметно напрягся – мышца на его щеке дернулась, а взгляд на долю секунды утратил спокойствие.
— Мы проводим множество испытаний в разных локациях, — ответил он ровным голосом, но пальцы его слегка барабанили по столу. — Чем конкретно вы интересуетесь? Мы разрабатываем несколько линий продуктов для сельского хозяйства.
Осокин положил на стол найденное ими устройство. Лицо Казанцева изменилось, будто на него вылили ведро ледяной воды. Его зрачки расширились, а дыхание на мгновение сбилось.
— Откуда это у вас? — резко спросил он, машинально отодвигаясь от стола.
— Оттуда же, где погибла Ирина Волкова, — ответил Осокин, не сводя глаз с лица Казанцева. — Журналистка, которая собиралась опубликовать материал о ваших нелегальных экспериментах с нейростимуляторами для птиц. Материал, который мог бы поставить крест на вашей карьере и свободе.
Казанцев медленно поднялся, и его лицо приобрело жесткое выражение человека, загнанного в угол.
— Вы не понимаете, о чём говорите, — процедил он, буравя Осокина взглядом. — Эти технологии могут революционизировать сельское хозяйство. Да, были побочные эффекты, но прогресс требует жертв. Мои исследования могут спасти тысячи тонн урожая от птиц-вредителей!
— Но когда Ирина Волкова узнала о побочных эффектах и пригрозила публикацией, вы решили её устранить, — закончил Осокин, поднимаясь навстречу. — Использовали своё же устройство, чтобы привлечь ворон и сделать их агрессивными именно в тот момент, когда она будет проходить мимо. Зная о её страхе перед птицами, вы выбрали для неё самую мучительную смерть.
— Вы ничего не докажете, — усмехнулся Казанцев и нажал кнопку под столом. Негромкий зуммер прозвучал где-то в глубине здания. — Это всё домыслы. У вас нет ни единого доказательства моей причастности.
Дверь за его спиной открылась, и вошли двое крепких мужчин в форме охраны, с каменными лицами и напряженными позами людей, готовых к силовому решению конфликта.
— Проводите наших гостей, — приказал Казанцев. — Они уже уходят. И больше их не пускать.
— Боюсь, что нет, — возразил Осокин, доставая удостоверение частного детектива. — У меня достаточно информации для полиции. Ваше устройство уже в лаборатории, а ваши эксперименты задокументированы благодаря Ирине Волковой. Она успела передать часть материалов своему жениху перед смертью.
Это был блеф, но по тому, как побелело лицо Казанцева, Осокин понял, что попал в точку.
Казанцев внезапно выхватил из кармана предмет, похожий на тот, что они нашли, только больше размером, и активировал его. Послышался высокий писк, почти на грани слышимости, от которого заложило уши.
— Знаете, что это? — с торжествующей улыбкой произнёс он, поднимая устройство повыше. — Усовершенствованная модель. В радиусе километра все вороны сейчас летят сюда. И они очень, очень голодны. Мы закончим также, как закончила ваша журналистка.
Словно в подтверждение его слов, за окном послышалось карканье. Десятки, может сотни ворон начали кружить вокруг здания, их черные силуэты мелькали на фоне ясного неба, словно предвестники беды.
— Андрей, гляди! — воскликнул Ромка, указывая на мигающие индикаторы устройства. Его глаза блестели странным азартом.
Пока Андрей отвлекал внимание Казанцева и его охранников, Ромка каким-то образом успел подключиться к системе управления через свой планшет, который незаметно вытащил из сумки. Его пальцы летали по экрану с невероятной скоростью, а на лице застыло выражение полной концентрации.
— Готово! — воскликнул он через несколько секунд, и по его лицу разлилась торжествующая улыбка. — Сигнал перенаправлен!
Казанцев в ужасе уставился на своё устройство, которое теперь мигало красным вместо зеленого. Он начал лихорадочно нажимать на кнопки, но ничего не происходило.
— Что ты сделал?! — закричал он, брызгая слюной от ярости.
— Перепрограммировал частоту, — усмехнулся Ромка, отступая к брату. — Теперь ваши птички ищут источник сигнала, а не людей вокруг. Угадайте, что это за источник?
В этот момент в окно влетела первая ворона, разбив стекло, за ней вторая, третья... Они кружили вокруг устройства в руках Казанцева, который в панике попытался его выключить, но безуспешно. Перья мелькали перед глазами, воздух наполнился каркающими звуками и шумом бьющихся крыльев.
Воспользовавшись замешательством, Осокин молниеносным движением нейтрализовал одного охранника, применив прием, который помнил еще со службы в полиции. Ромка, на удивление ловко для компьютерщика, подставил подножку второму, когда тот бросился к выходу.
Казанцев в отчаянии швырнул устройство на пол и попытался растоптать его, но вороны уже кружили вокруг него, как живое черное облако. Одна из птиц, крупнее остальных, с белой отметиной на крыле – похожая на ту, что сидела на плече у Михалыча – спикировала прямо на Казанцева и клюнула его в лицо. Тот закричал и закрыл лицо руками.
— Выключи его! — крикнул Осокин брату, который уже колдовал над своим планшетом.
— Еще секунду... — Ромка нажал несколько кнопок, и писк прекратился. Вороны, словно очнувшись от транса, замедлили свое кружение и стали вылетать в разбитое окно.
Через полчаса прибывшая полиция задержала Казанцева и его охранников. На основании показаний братьев и обнаруженных в офисе документов было начато расследование. Лаборатория "АгроЗащиты" была опечатана, а эксперименты прекращены. Казанцев, с оцарапанным лицом и разорванным костюмом, выглядел сломленным, когда его выводили из здания в наручниках.
**"
— Значит, никакой "вороньей кары" не существует? — спросил Евгений, когда они встретились через неделю в кафе недалеко от места, где когда-то располагался офис детектива. Солнечный свет, пробивающийся сквозь витражные окна, рисовал цветные узоры на столешнице, но не мог осветлить темные круги под глазами молодого человека.
— Только та, которую создал человек с помощью технологий, — ответил Осокин, помешивая кофе. — Казанцев признался, что следил за Ириной и знал о её орнитофобии. Он выбрал самый страшный для неё способ смерти, чтобы всё выглядело как несчастный случай или мистическое совпадение. Чудовищно, но... изобретательно.
— А дворник? — спросил Евгений, нервно вертя в руках фотографию Ирины, ту самую, которую показывал Осокину при первой встрече. — Все в поселке до сих пор шепчутся о нем.
— Михалыч — всего лишь одинокий старик, который нашёл друзей в птицах, — мягко произнес Осокин. — Кормит он их потому, что они не задают вопросов и не требуют слышать их ответы. Ему хватает просто видеть, как они прилетают к нему каждый день, доверяя и принимая его заботу. В мире, где он живет в тишине, это, наверное, много значит.
Евгений медленно кивнул, и в его глазах блеснули слезы:
— Ирина любила писать о таких людях — одиноких, непонятых, но по-своему особенных. Она видела красоту там, где другие видели лишь странность. Вот только птиц... птиц она боялась до дрожи. С детства. И умереть так...
Осокин положил руку на плечо молодого человека. Он не знал, что сказать. Иногда слова бессильны против горя.
Когда братья покидали "Лесные просторы" в последний раз, Осокин заметил Михалыча на той самой скамейке, где погибла Ирина. Он попросил Ромку остановить машину.
— Подожди минуту, — сказал Андрей брату и направился к дворнику.
Старик сидел, окруженный воронами, и что-то тихо им рассказывал, шевеля губами, хотя сам не мог слышать своего голоса. Одна из птиц сидела прямо у него на плече, внимательно наклонив голову, словно действительно понимала каждое слово. Это была та самая ворона с белой отметиной на крыле.
Михалыч заметил приближающегося детектива, когда тот был уже в нескольких шагах. Вороны беспокойно встрепенулись, но не разлетелись, только отодвинулись, освобождая место на скамейке. Старик прищурился, пытаясь узнать посетителя в лучах заходящего солнца.
— Это я, детектив, — произнес Осокин громко и четко, чтобы старик мог прочитать по губам. — Хотел сказать, что дело закрыто. Вас больше никто не будет подозревать.
Михалыч кивнул, его выцветшие глаза на мгновение наполнились благодарностью. Неожиданно он заговорил более ясным голосом, чем раньше, словно с исчезновением обвинений вернулась часть его утраченного достоинства:
— Я знал, что это не мои птицы. Они бы никогда... — он замолчал, нежно погладив ворону на плече костлявым пальцем. — Они понимают больше, чем люди думают. Чувствуют боль, несправедливость. Вороны — мудрые создания. Древние.
Осокин присел рядом с ним на скамейку. От старика пахло травами и хвоей, будто он впитал в себя ароматы леса, за которым ухаживал годами.
— Вы ведь не всегда были дворником? — спросил детектив, невольно разглядывая руки Михалыча. Несмотря на мозоли от метлы, пальцы его были длинными, с аккуратными ногтями, как у музыканта или интеллигента.
Старик улыбнулся беззубым ртом, и морщины на его лице сложились в карту прожитой жизни — каждая рассказывала свою историю.
— Тридцать лет орнитологом работал, в заповеднике, — ответил он с неожиданной гордостью в голосе. — Изучал ворон, грачей, галок. Вы знаете, что ворона может запомнить человеческое лицо на многие годы? И передать это знание своим птенцам?
Он на мгновение замолчал, и тень печали коснулась его лица.
— А потом слух потерял — контузия еще в молодости догнала. В экспедиции на Север был взрыв... метеостанция... — он покачал головой, словно отгоняя тяжелые воспоминания. — Какой из меня ученый, если я не слышу голоса птиц? Но они... — его голос дрогнул, — они меня не бросили.
Ворона на его плече каркнула, словно подтверждая его слова, и слегка взъерошила перья, прижимаясь ближе к шее старика. В этом жесте было столько доверия и привязанности, что Осокин невольно почувствовал комок в горле.
— Вы знаете, — продолжил Михалыч, глядя куда-то вдаль, — когда теряешь слух, начинаешь больше замечать. Я вижу, как меняется их дыхание, как напрягаются мышцы, как блестят глаза. Чувствую, как бьется маленькое сердце, когда они садятся на плечо.
Он повернулся к Осокину, и в его глазах детектив увидел глубокую мудрость:
— Может, я не слышу их, но понимаю лучше многих говорящих.
— Спасибо, что верили в меня, — неожиданно произнес Михалыч, и в его голосе прозвучала искренняя благодарность. — Многие сразу думают — старый, странный, с воронами разговаривает, значит, колдун или сумасшедший. А вы посмотрели дальше.
— У каждого свои друзья, — ответил Осокин, неловко пожав плечами. — Не мне судить.
Он посмотрел на ворону с белой отметиной и осторожно протянул руку. Птица настороженно наблюдала за ним, наклонив голову, но не улетела. Старик кивнул, и Осокин осторожно коснулся глянцевых перьев. Они оказались неожиданно мягкими и теплыми.
— Это Белянка, — произнес Михалыч. — Она самая умная. Иногда мне кажется, что она понимает каждое слово.
— Это она была там, в офисе Казанцева, — вдруг осенило Осокина. — Та самая, с белой отметиной.
Старик посмотрел на детектива долгим, непроницаемым взглядом.
— Вороны летают далеко, — сказал он, и легкая улыбка тронула его губы. — И всё видят. Всё помнят.
Когда Осокин вернулся в машину, Ромка вопросительно посмотрел на него, оторвавшись от планшета.
— Что, решил завести собственную ворону-детектива? — усмехнулся он, поправляя очки. — Или старик обучил тебя тайному языку птиц?
— Знаешь, иногда самые простые объяснения оказываются верными, — задумчиво сказал Осокин, глядя на дворника, который снова что-то рассказывал своим пернатым друзьям, размахивая руками, будто дирижировал невидимым оркестром. — Никакой мистики, никакой "вороньей кары" — только наука, технологии и человеческая жестокость.
— А еще жадность и глупость, — добавил Ромка, запуская двигатель. — Казанцев мог бы сделать состояние на легальных разработках, но решил пойти по пути незаконных экспериментов и убийства. Теперь вместо миллионов получит лет пятнадцать строгого режима.
— И заработал пожизненное, — кивнул Осокин, пристегиваясь. — Прокурор говорит, что дело железное. Особенно после того, как нашли на его компьютере всю документацию по экспериментам и план устранения Ирины. Он вел дневник, представляешь? Описывал в деталях, как собирается использовать ее страх перед птицами.
Машина тронулась с места. В зеркале заднего вида Осокин еще какое-то время видел фигуру Михалыча, окруженного черными силуэтами птиц. В лучах закатного солнца они казались не зловещими, а какими-то удивительно гармоничными — старик и его вороны, застывшие в безмолвном диалоге.
— Кстати, — вспомнил Ромка, выруливая на главную дорогу, — Евгений сказал, что хочет организовать фонд имени Ирины для защиты диких птиц и борьбы с незаконными экспериментами над животными. Просил нас войти в попечительский совет.
— Хорошее дело, — кивнул Осокин. — Надеюсь, это поможет ему справиться с горем. Иногда, чтобы пережить потерю, нужно превратить боль во что-то созидательное.
Дорога петляла между высоких сосен, чьи верхушки полыхали золотом в лучах заходящего солнца. Над лесом кружила стая ворон, их черные силуэты четко вырисовывались на фоне алеющего неба. Они летели свободно, повинуясь только своим инстинктам и природным законам — без чьего-либо злого умысла.
Осокин посмотрел на брата, который, не отрываясь от дороги, что-то набирал одной рукой на планшете, лежащем на коленях. Всегда неугомонный, всегда в поиске новой информации. Мысленно детектив поблагодарил судьбу за то, что у него есть такой напарник — молодой, технически подкованный, с острым умом и без предрассудков.
— Ромка, — окликнул он его.
— Что? — молодой человек оторвался от экрана и вопросительно посмотрел на брата.
— Ты спас нас там, в офисе. Спасибо.
Ромка смутился и легонько пожал плечами, как делал всегда, когда чувствовал неловкость от похвалы:
— Да ладно, это было просто. Их устройство передает сигналы по беспроводному протоколу, а защита там была на уровне школьного проекта. Даже взламывать толком не пришлось.
— Просто скажи "пожалуйста", — перебил его Осокин с теплой улыбкой.
— Пожалуйста, — фыркнул Ромка, но его глаза улыбались. — Но ты тоже был неплох. Особенно когда уложил того амбала. Где ты этому научился?
— В полиции много чему учат, — уклончиво ответил Осокин.
Они рассмеялись одновременно, сбрасывая напряжение последних дней. Впереди уже виднелся город, а вместе с ним — новые тайны, загадки и расследования. Но этот случай останется в памяти надолго — история о том, как обычные вороны стали орудием в руках человека, жаждущего власти и денег.
Осокин включил радио, и салон наполнила мелодия старой доброй рок-композиции. Ромка барабанил пальцами по рулю в такт музыке, а в его очках отражались последние лучи заходящего солнца. Жизнь продолжалась, а "воронья кара" осталась лишь страшной легендой, которую теперь будут пересказывать в "Лесных просторах" долгими зимними вечерами, не зная истинной подоплеки событий.
А через несколько недель в парке неподалеку от дома Осокина появилась ворона с белой отметиной на крыле. Она садилась на подоконник его кухни каждое утро, словно наблюдая за ним. Детектив не рассказывал об этом никому, даже брату. Но каждый раз, выходя из дома, он оставлял на подоконнике горсть орехов и семечек.
И только стая черных птиц, кружащая высоко в небе, будет молчаливым свидетелем того, что произошло на самом деле — когда технологии, созданные людьми, едва не превратили безобидных созданий в орудие смерти.
🔍 Дорогие друзья. Если вам понравился очередной рассказ про детективные расследования Андрея Осокина, подписывайтесь и ждём ваших комментариев.