Наше Девятое мая в этом году закончилось задорной пробежкой в гостиницу под ливневым дождём. По дороге мы стали невольными зрителями зажигательного концерта в подземном переходе, где спряталось изрядное количество таких же вымокших бедолаг, надеявшихся обмануть судьбу и переждать дождь.
А за несколько минут до начала ливня прямо на Садовой, на проезжей орала песни под оглушительную музыку из окна машины группка парней и девушек. Они размахивали флагами и плясали, а проезжающие притормаживали и орали нечто одобрительное в ответ.
Мы тоже помахали им руками, и побрели дальше, ибо ходили непрерывно начиная с девяти утра. Кто-то из прохожих помахал мне обеими руками, и тыча мне в грудь рукой прокричал:
- Классно придумала! - Я с первого мая ходила в футболке с моими прадедами. Такой себе Бессмертный полк. Подсмотрела идею в прошлом году у Кота, плывущего по реке. И, надеюсь, передала её в массы дальше, потому что не один, и не два человека меня спрашивали, как и где я такое делала.
В такие дни и чувствуешь те самые духовные скрепы, по которым только ленивый не проехался.
А ещё Девятое мая - это праздник не только тех победителей, но и победителей будущих. Тех, кто шёл по городу с СВОшными наградами на груди. Кто-то на своих двоих, а кто-то и на протезах.
У них ведь нет ещё своего, собственного, праздника. Когда надеть медали, как не на 23 февраля, Девятое мая и праздничный день своего рода войск?
...И когда ещё нести в руках, ставить в окна или клеить на машины портреты тех, кто воевал с четырнадцатого года, как не Девятого мая?
Но речь сейчас не об этом. А о том, что мы вошли в номер без пяти десять вечера. А через несколько минут я услышала залпы.
"Стреляют. Залпы. Наши стреляют. Стоп! Наши? Стреляют? В Ростове?!! Что могло случиться?!! А дома тогда что?!!!"
И только потом: "А, точно. Девятое мая. Салют."
И так всякий раз, когда я слышу, но не вижу салют. Сначала осознаёшь, что это стреляют свои. И только потом понимаешь, что вообще-то это не военная артиллерия.
И это я, человек, прошедший по самому краешку voiны, не зацепленный ничем. Вернувшись в город, я по случаю спросила знакомую женщину, которая чудом вывезла семью из Попасной, как она воспринимает на слух салют.
Она сказала: "Да как ты, только ещё и калибр прикидываю. Мы десять лет жили под канонаду. Привыкли."
Попасная - это был город на укр. стороне "линии разграничения". Город, где жило 20 тысяч человек, а сейчас не наберётся двух сотен тех, кто решил остаться в родных руинах, где нет света, газа, вода лишь из колодцев, а продукты - огород, гуманитарка и помощь военных. Когда эта женщина рассказывает про их жизнь до февраля 2022, то кажется, будто слушаешь рассказы тех, кто пожил под немецкой оккупацией в Великую отечественную. Когда она скупо рассказывает про начало СВО, то понимаешь, что укровойска и есть оккупанты. Это они стёрли с лица земли город. Начисто. Все знают про Мариуполь, который разрушили наполовину. Но мало кто знает про Попасную, Артёмовск (Бахмут) и другие малые и не очень городки и города Донбасса, от которых остались одни руины, которые я вообще не представляю, как отстраивать.
Так что, Девятое мая - это однозначно праздник. А вот салют - пока нет.
Предыдущая история:
Следующая история: