Ранним утром августа 1926 года, которое выдалось довольно прохладным, Гертруда Эдерле, на счету которой уже было три олимпийские медали, прыгнула в холодные воды Ла-Манша.
Эта попытка была второй. Первый заплыв, состоявшийся годом ранее, прервал её тренер, Якоб Вульф. Тогда она тоже могла бы совершить невозможное, но в момент отдыха наставник решил вытащить её из воды.
Мышцы Гертруды были напряжены, как струны. За плечами у неё два года изнурительных тренировок. Её тело было покрыто смесью ланолина, вазелина и жира, чтобы защитить от холода и уберечь от медуз. Но главная цель заключалась в том, чтобы сделать то, что прежде не удавалось ни одной женщине. Пролив покорялся лишь пяти мужчинам. Впереди её ждали 33 километра.
Заплыв с самого начала был напряжённым. Уже через несколько минут сильные волны заставили её задуматься о прекращении попытки.
«Но я решила, что должна показать себя, поэтому просто продолжала, и продолжала, и продолжала. Проплыв несколько миль, я была уверена, что справлюсь, и продолжила движение».
Преодолевая расстояние, напевая свою любимую песню «Позволь мне называть тебя любимой», она плыла вперёд. Когда её отец, находившийся в лодке сопровождения, крикнул ей, чтобы она заканчивала, Гертруда ответила: «Папа, или сегодня, или никогда». Отец поддержал её: «Малыш, заканчивай это скорее».
Через 14 часов и 39 минут Гертруда вышла из воды на берегу Кингсдауна, Англия. Её время оказалось на два часа быстрее, чем у самого быстрого мужчины, переплывшего Ла-Манш.
Газеты по всему миру приветствовали её достижение, а в Нью-Йорке её встречало торжественное шествие, на котором присутствовали около двух миллионов человек. Президент Кэлвин Кулидж назвал её «лучшей девушкой Америки», и это звание она с честью несла всю жизнь.