Вечер окутывал кухню уютным теплом, и Екатерина, напевая себе под нос, колдовала над ужином. Сегодня она, наконец, обрадует Максима. Десять лет совместной жизни, десять лет, в течение которых они сознательно откладывали рождение ребёнка. Сначала – работа, карьера, желание набраться опыта. Екатерина так стремилась получить место в престижной компании, что даже дала обещание не планировать детей в ближайшее время. И вот, работа мечты, карьерный рост, приличная зарплата и обещанные декретные – казалось, теперь самое время.
Но судьба, как водится, имела свои планы. Обследования показали, что со здоровьем всё в порядке у обоих, но аист всё не прилетал. "Наберитесь терпения, – сказала доктор, улыбаясь. – Так бывает. Вы столько сил и нервов отдали профессиональной деятельности. Расслабьтесь, не зацикливайтесь на ребёнке. Просто живите, побольше отдыхайте, всё у вас будет хорошо". И прописала витамины.
И вот оно, чудо! Две заветные полоски, потом ещё две, и ещё. Неделя мучительного ожидания, а потом анализы, подтвердившие: у них будет ребёнок! Екатерина представляла, как Максим обрадуется, как они устроят праздник, как этот день станет поворотным в их жизни.
Она жарила мясо, прислушиваясь к каждому шороху, к каждому незнакомому ощущению в себе. Конечно, слишком рано что-то чувствовать, но ей казалось, что она уже ощущает эту новую, крошечную жизнь. Не раз подходила к зеркалу, задирая футболку, но живот, к её разочарованию, оставался предательски плоским.
Газ под сковородкой давно был выключен, чайник остывал, а Максима всё не было. Телефон не отвечал. Наконец, щелкнул замок входной двери, и по звуку шагов Екатерина поняла – он не один. Сердце сжалось от разочарования: сюрприз придётся отложить. Новость о беременности – дело сугубо интимное, только для них двоих.
Екатерина тяжело вздохнула и вышла в прихожую. И замерла. Перед ней стояла девочка лет десяти, с упрямым, настороженным взглядом, а за её спиной – Максим, выглядевший неловко и виновато.
"Прости, что задержался, заезжал за Леной", – пробормотал Максим, опустив взгляд на затылок девочки.
"Кто это? Что она здесь делает? И почему ты мне не позвонил?!" – вопросы вылетели из Екатерины помимо её воли, словно пробка из шампанского.
"Давай пройдём в комнату. Я всё объясню", – сказал Максим, мягко подталкивая девочку вперёд.
Екатерина осталась стоять, глядя им в спины. Когда она вошла, они уже сидели на диване. Она выбрала стул напротив, чтобы видеть их лица. Девочка равнодушно взглянула на неё и отвернулась к окну.
"Это Лена, моя дочь", – произнес Максим, его голос звучал глухо.
"Твоя дочь? Я ничего не понимаю!" – голос Екатерины звенел от недоверия.
"Я сам только сегодня о ней узнал. Её бабушка позвонила и попросила забрать Лену. Она ложится в больницу", – объяснил Максим.
"И ты сразу решил, что это твоя дочь? Вот так, на слово поверил?" – вскинула бровь Екатерина, чувствуя, как нарастает волна возмущения.
Максим на секунду замялся. "Всё совпадает. Можно сделать тест ДНК, конечно, но я уверен, что Лена моя дочь. В любом случае, пока бабушка в больнице, она поживёт у нас. У девочки больше никого нет, её мама погибла полгода назад в аварии. Кать, давай поужинаем, потом я всё подробно расскажу". Он бросил быстрый взгляд на Лену, которая безучастно сидела рядом.
Екатерина встала и пошла на кухню. Внутри у неё всё протестовало. Но не выгонять же ребёнка на улицу? "Это ненадолго, – убеждала она себя. – Всего на несколько дней. Это сон, это не может быть правдой". Максим и Лена вошли на кухню и сели за стол. Екатерина разложила мясо с картошкой по тарелкам. Сама она не притронулась к еде. Девочка ела только картошку, отодвигая мясо в сторону.
"Не любишь мясо?" – спросил Максим. Девочка кивнула. "А что ты любишь?"
"Макароны с сосисками", – ответила Лена, не поднимая глаз от тарелки.
"Ну, извини! Твой папа не удосужился предупредить, что привезёт тебя!" – резко выпалила Екатерина, выплёскивая злость на Максима и на девочку. "Только пришла, а уже характер показывает, пигалица!" – мысленно добавила она.
"А чай будешь? Или только компот и сок пьёшь? Извини, ни того ни другого нет, могу предложить только чай", – с сарказмом продолжила Екатерина, наливая чай.
"Екатерина, прекрати!" – прикрикнул на неё Максим.
Она поставила чайник на плиту и вышла из кухни. Слышала, как они разговаривали, как впервые за долгое время Максим сам мыл посуду. Когда он вошёл в комнату, Екатерина сидела на диване, сложив руки на груди, и смотрела в ночное окно. Он сел рядом, попытался обнять, но Екатерина оттолкнула его руку.
"Лене пора спать", – сказал Максим.
"Разложи диван", – Екатерина встала и достала постельное бельё из шкафа. Девочка стояла у стены, исподлобья следя за ними.
Когда Лена легла, они с Максимом закрылись на кухне. Он рассказал об отношениях с матерью девочки.
"У нас всё закончилось до тебя, Кать. Я не видел её с тех пор. А сегодня вот её мать позвонила и сообщила о Лене".
"Но почему ты не предупредил меня? Почему не позвонил? Ты сам всё решил, привёл её сюда. Моё мнение тебя не волнует?" – "У нас скоро будет свой ребёнок", – хотелось ей крикнуть, но Екатерина промолчала.
"Кать, я сам был в шоке. Ну не мог я её оставить одну. Бабушка смертельно больна. Ну что мне было делать? В детский дом сдать? Она моя дочь!"
"Ты не знаешь этого наверняка!" – еле сдержала крик Екатерина.
"Я сделаю тест на отцовство. Пока она останется у нас", – сказал Максим твёрдо. "Я так решил. Не нравится, решай сама..." – прочитала в его взгляде Екатерина. Может, ему уже не нужен ребёнок, который растёт в ней?
Ночью она отвернулась от Максима. Какие уж тут нежности, когда в соседней комнате спит чужая девочка, возможно, его дочь. Хотелось реветь. Екатерина чувствовала, что их жизнь с этого дня круто изменилась, и ничего с этим не поделать.
Взаимная неприязнь Екатерины и Лены росла с каждым днём. Они сторонились друг друга, почти не разговаривали, когда оставались вдвоём. Лена делала уроки или играла в планшете. Екатерина уединялась на кухне. В ней нарастало возмущение. Почему девочка появилась в их жизни именно сейчас, когда она, наконец, забеременела? "Пусть она живёт с ними, но вся любовь нужна её собственному ребёнку!" – думала она.
В субботу Максим с утра уехал в автомастерскую. Екатерина приготовила обед, потом предложила Лене сходить погулять. Девочка послушно пошла одеваться. Во дворе Лена стояла в стороне и не участвовала в играх других детей.
Внезапно Екатерина почувствовала подкатившую к горлу тошноту. Она отошла в сторонку, за голые кусты. А когда вернулась на детскую площадку, Лены во дворе не было. Все мамочки следили за своими детьми, никто ничего не видел. Екатерина бегала по двору и звала Лену, но та как сквозь землю провалилась.
"Как ты могла оставить её одну? Где её искать?!" – кричал Максим, когда приехал после звонка Екатерины.
"Не кричи на меня! Я не обязана следить за твоей дочерью! Она же большая! Я отвернулась всего на одну минуту. Бери её в следующий раз с собой!" – прокричала Екатерина в ответ.
"Не ваша девочка?" – К ним подошла женщина, ведя за руку Лену.
"Где ты была?!" – накинулась на неё Екатерина.
"Екатерина, дай я!" – остановил её Максим. "Где ты была? Почему ушла со двора?" – Максим не кричал, но строго смотрел на Лену.
"Я… мне показалось, что я увидела маму, пошла за ней. Но это оказалась не она", – спокойно ответила Лена.
"Нельзя уходить со двора! Тем более с чужими людьми!" – не стерпела Екатерина. – "А если бы с тобой случилось что-нибудь? Или сбила машина?"
"Она была похожа на маму", – упрямо твердила Лена, на её глазах выступили слёзы.
"Не плачь. Мы переживали, искали тебя. Пойдёмте домой", – сказал Максим спокойнее.
Екатерина давно уже чувствовала тянущую боль в животе. Но сейчас она стала резкой, накатывающей приступами. Она прикусила губу, поднимаясь на третий этаж и держась за перила.
"Что с тобой?" – заметил неладное Максим.
"Живот болит..." – сквозь стиснутые зубы простонала Екатерина.
Она поднялась на две ступеньки и согнулась пополам, вскрикнув от нового приступа боли. "Вызови "скорую"… Ууу…" – простонала Екатерина.
Максим втащил её в квартиру, уложил на диван и вызвал "скорую". Испуганная Лена жалась к отцу. Екатерина смутно помнила, как пришли врачи, как трогали её живот и о чём-то спрашивали.
"Нужно срочно в больницу. Угроза выкидыша. Семён, давай за носилками, а вы соберите всё необходимое", – сказал врач Максиму.
"Какой выкидыш?" – не понял Максим. "Екатерина, ты беременна? Почему не сказала?"
"Я хотела… тогда ещё, но…" – больше она не могла говорить.
Максим помог спустить носилки с женой вниз, они с Леной поехали следом за "скорой", мчавшейся по городу с включенной сиреной. Потом они сидели в коридоре и ждали, казалось, целую вечность. Потом… потом к ним вышел врач и сказал, что сожалеет, ребёнка спасти не удалось.
Максим забыл о Лене, бросился в палату. "Катя, как ты? Я не знал…"
"А если бы знал? Это из-за неё я потеряла своего ребёнка! Если бы не она, наш ребёнок был бы жив!" – Екатерина всхлипнула, сдерживая рвущиеся наружу рыдания. – "Уйди!"
"Катя…"
"Уйди, прошу тебя". Екатерина отвернула голову к окну.
Через два дня её выписали из больницы. При виде Лены злость и ненависть захлестнули Екатерину с новой силой. Она чувствовала себя лишней, одинокой и несчастной. Лена заняла её место рядом с Максимом. Она оттягивала на себя его внимание, так необходимое сейчас Екатерине. Даже в постели Лена незримо была между ними.
Чувствуя отношение Екатерины, Лена мстила ей. То разобьёт чашку и прольёт чай, то случайно толкнёт Екатерину под руку, и та обольёт белую блузку кофе или соком. Причём делала это, когда Максим был дома, когда он заступился бы за неё, вздумай Екатерина ругаться. Когда они были вдвоём, девочка спокойно занималась своими делами. Екатерина запиралась в ванной и плакала.
Екатерина едва сдерживалась, чтобы не ударить Лену. С каждым разом это удавалось всё труднее. Она стала третьей лишней. Напряжение достигло точки кипения. Неизвестно, чем всё закончилось бы, но позвонила бабушка и попросила привезти ей Лену. Её выписали из больницы, она очень соскучилась по внучке.
Наступила долгожданная передышка. В отсутствии Лены и её пристального взгляда, Екатерина, наконец, расслабилась, даже стала улыбаться. Она приготовила вкусный ужин, они с Максимом выпили вина. Он снова принадлежал ей, только ей, снова стал нежным и ласковым.
Они не разговаривали о Лене, но тень её всё равно присутствовала в квартире, отравляя радость близости. Через неделю девочка вернулась. Екатерина снова стала замкнутой и отстранённой.
"Так не может продолжаться. Что делать? Я люблю Максима, но его дочь… Неужели это навсегда? Я не выдержу. Так невозможно жить", – жаловалась Екатерина подруге.
"Ты же взрослая женщина, а Лена ребёнок, глупый, обиженный и одинокий. Не забывай, она потеряла мать, скоро, возможно, потеряет и бабушку. Единственный родной человек у неё – Максим. Тебе решать – постараться наладить с ней отношения, или уйти и потерять Максима", – посоветовала подруга.
"Хорошо сказать! Ломать себя в угоду этой соплячке?" – возмутилась Екатерина. "Мать девочки, долго скрывавшая дочь, так некстати попала под машину. Бабушка словно специально заболела, а девочка вторглась в их с Максимом жизнь, что привело к потере ребёнка. Всё одно к одному, как специально сговорились. А разбираться со всем этим ей, Екатерине. Как же несправедливо!"
Когда она поняла, что снова беременна, обрадовалась, но не так сильно, как в первый раз. Теперь у Екатерины не осталось выбора. Чтобы у её ребёнка был отец, она должна была наступить на свою гордость и попытаться наладить отношения с соплячкой.
Маленькими осторожными шажками Екатерина стала подбирать ключики к Лене. Когда та делала уроки, Екатерина подходила и старалась помочь, указывая на ошибки. Лена и не думала исправлять их. Готовила Екатерина теперь макароны с сосисками, суп с фрикадельками, которые любила Лена. Екатерина купила ей книгу "Поллианна". Девочка даже не взглянула на неё. Но через два дня Екатерина увидела книгу в руках Лены. Та читала её, не отрываясь.
Когда она сказала Максиму о беременности, тот обрадовался даже больше, чем сама Екатерина. Теперь он помогал ей, не позволял носить тяжёлые сумки из магазина. Привлекал Лену к уборке квартиры, выгоняя на это время Екатерину из квартиры.
Екатерина боялась, что когда родится малыш, Лена может из ревности причинить ему вред. Слышала, что так бывает в подобных семьях. Максим уговаривал её не думать о плохом. Обещал поговорить с Леной, быть всё время рядом.
Но вот, наконец, родился долгожданный малыш, сын. Его назвали Димой. Екатерина не могла находиться с ним неотлучно. Нужно готовить, мыться, стирать. Она каждую минуту заглядывала в комнату, где в кроватке спал Дима. Увидев, что Лена читает или делает уроки, успокаивалась ненадолго, чтобы через несколько минут бежать проверять снова.
Заглянув в комнату в очередной раз, Екатерина увидела, что Лена склонилась над детской кроваткой. Екатерина коршуном подлетела и увидела, что Лена гладит проснувшегося Диму. Он полусонно моргал и молчал.
"Он проснулся", – сказала Лена, обернувшись к Екатерине. "А можно мне его подержать?"
Екатерина замерла. "Нет, ты можешь его уронить", – сказала она резко.
Лена расстроилась и отошла от кроватки, понуро опустив голову.
"Ну хорошо, только осторожно", – Екатерина достала из кроватки Диму и подала Лене. Та взяла его на удивление правильно. Ходила с ним по комнате и напевала нехитрый мотив. Пришедший с работы Максим улыбнулся. "Ну вот, а ты боялась", – говорил его довольный взгляд.
С этого момента всё изменилось. Екатерина позволяла Лене играть с Димой, возить его в коляске на прогулке. Первое время Екатерина ещё боялась. Но Дима с удовольствием играл с Леной. Радовался, когда она приходила из школы.
К году Дима уже крепко стоял на ножках, делал первые шаги, держась за руку Екатерины или Максима.
Однажды Екатерина готовила обед, когда на кухню вбежала Лена. "Мам, он ходит, сам! Пойдем, скорее!" – крикнула она.
Екатерина вбежала в комнату и увидела стоявшего на своих кривоватых пухлых ножках сына. Она подхватила его на руки и расцеловала. Лена стояла рядом и смотрела на них. Екатерина рукой притянула её к себе, погладила по голове. На сердце стало спокойно и тепло.
Лена всё чаще называла Екатерину мамой. Когда умерла бабушка Лены, Максиму пришлось заниматься её похоронами, оставляя Екатерину одну с детьми. За это время они с девочкой окончательно примирились.
"То не было ни одного ребёнка, теперь сразу двое. Здорово же", – радостно шептал ночью Максим. – "Лена подрастёт, будет жить отдельно, в бабкиной квартире".
Екатерина очень удивилась. Ей казалось, что Максим прикипел к девочке. Даже она уже привыкла к ней.
"Я думала, ты любишь её", – сказала Екатерина.
"Я не растил её, как Диму. Она моя дочь, но люблю ли её? Не знаю", – честно признался Максим.
Раньше Екатерина обрадовалась бы такому заявлению мужа, но теперь задумалась.
Диму Максим обожал, гордился им, таскал на плечах, подбрасывал к потолку. Всё свободное время проводил с сыном. Теперь Екатерина старалась не обходить вниманием Лену. Та чувствовала это и тянулась к ней.
Вот так. Из ненависти родилась любовь. Дима помог примирить Екатерину с Леной. Все проблемы и беды остались позади. Они жили теперь дружно, стараясь сохранить хрупкий мир и покой, который воцарился в семье.
Не может быть всё гладко в отношениях между людьми. Столкновения интересов неизбежны. Это жизнь, а она, как известно, не всегда бывает ровной и спокойной. И это нормально. А любовь... Любовь покрывает всё.
"Семья — это не просто важная вещь, это всё."
– Майкл Дж. Фокс