Когда Евгений "устал от семейной жизни", ему было двадцать семь лет, а их дочке Даше - четыре. Наверное, многие скажут, что не стоило так рано создавать семью, тем более, торопиться с ребенком, и будут правы. Но случилось так, как случилось.
Ксюша была очень красивой девушкой. Тогда, в нулевые, когда в моде был яркий макияж, короткие юбки и обтягивающие фигуру блузки, она выделялась скромностью нарядов. Да и красилась редко, по большим праздникам. Вся ее красота, действительно, была "от природы": и длинные густые волосы, лежащие красивыми волнами, и гладкая светлая кожа, и черные ресницы, и яркие, словно чуть припухшие губы.
Конечно, поклонников у девушки было невероятно много, но Евгений решил, что добьется ее внимания именно он. Так, в итоге, и вышло, хотя и далеко не сразу: кроме внешней скромности, Ксюша была еще и девушкой строгих правил. Она сразу обозначила свою позицию: никаких встреч без обязательств. Если у них что-то начинается, то только с заключением официального брака в дальнейшем. Никаких "штамп ничего не значит" и "главное, что мы любим друг друга". Только загс.
Евгения, как ни странно, это не отпугнуло. Наоборот, смелость, решительность и сила характера Ксюши ему очень понравилась. Он дал ей слово, что, если у них все получится в отношениях, то брак они обязательно заключат. И ребенок у них будет.
Они поженились через полгода знакомства, а еще через год сам Евгений настоял на том, что надо поторопиться с малышом. Не то, чтобы ему так сильно хотелось стать отцом, нет. Оказалось, что он патологически ревнив. А Ксюша в браке нисколько не растеряла своего очарования. И, хотя она не давала поводов для ревности, спать спокойно Евгений не мог. Ему все время казалось, что красавицу-жену у него обязательно уведут. А вот если у нее будет ребенок... Он был даже готов к тому, что фигура жены после беременности вполне может измениться не в лучшую сторону - пусть. Главное, она будет думать о ребенке, а не о поклонниках, добивающихся ее внимания.
И вот теперь, когда Даше исполнилось четыре, ей наконец-то дали место в детском саду, а Ксюша смогла выйти на работу, Евгений и выдал - мол, устал. Понял, что поторопился. Мама говорила, "с лица не воду пить", он понял это только сейчас. Красота красотой, но он устал. И хочет пожить для себя. И вернулся к маме - квартира, в которой они жили, Ксюша получила в наследство от родителей за два года до свадьбы.
Как честный и порядочный человек, Евгений не бегал от алиментов. Он честно платил всю нужную сумму с "белой зарплаты", хотя тогда еще была возможность схитрить. Но нет. Он считал это неправильным. С другой стороны, и лишнего ничего он не давал. А Ксюша просила.
Даша начала болеть, приходилось сидеть с ней на больничных, поэтому зарплата была не слишком высокой. "Купи, пожалуйста, хотя бы лекарства!" - просила Ксюша бывшего мужа, но он пожимал плечами: "Ты получаешь алименты в полном объеме. Чего тебе еще надо? Я чист перед законом."
Ксюша не просила ни подарков для дочери, ни одежды - тут они здорово выкручивались, троюродная сестра отдавала вещи своего ребенка, дорогие, хорошие, часто почти новые. Она просила бывшего мужа выручить, когда ситуации были совсем уже критические. И каждый раз он отказывал. "Ты получаешь алименты. Крутись как хочешь. Это не мои проблемы."
Просила Ксюша о помощи не только финансовой - часто ее задерживали на работе, и она не успевала забрать Дашу из детского сада. Евгений же на работе не задерживался никогда, выходил из проходной минута в минуту. Но и здесь бывшей жене он отказывал. "Причем тут я? Я свои обязанности выполняю. Ты получаешь алименты," - пожимал он плечами. И Ксюша договаривалась с воспитательницей, чтобы она в такие дни сама отводила Дашу домой. Не бесплатно, конечно.
Девочка подросла, пошла в школу. Очень повезло, что была продленка. И много самых разных кружков, прямо в школе. Ксюша выдохнула с облегчением - ребенок будет под присмотром. Конечно, и здесь возникали форс-мажорные ситуации. То объявляли родительское собрание в шесть вечера, то Даша заболевала прямо в середине учебного дня, то в школе объявляли эвакуацию из-за звонка какого-то глупого шутника.
И Ксюше приходилось срываться с работы, чтобы забирать ребенка. У Евгения это не получилось ни разу. Впрочем, наверное, о "не получилось" говорить было бы неправильно - он даже не пытался, аргументируя свой отказ от помощи привычным способом: "Ну ты же получаешь алименты, сама и крутись. А если не справляешься, сдавай ее в детдом."
Ксюша крутилась. И, чаще всего, все успевала. И на собрание, и к доктору, и на соревнования по гимнастике. А если совсем никак получалось, приходилось просить маму одноклассника Даши - забрать, отвести, привести. И тоже, конечно, не бесплатно. Но это хотя бы был надежный вариант, женщина ни разу не подвела. А потом и Даша подросла, стала ходить в школу самостоятельно. Можно было немного выдохнуть.
Ненадолго. Потому что у Ксюша вскоре начались проблемы с сердцем. Врачи разводили руками - молодая женщина, никогда никаких жалоб на здоровье. Как так вышло? Никто не знал и не понимал. "Вам надо себя беречь, - говорили Ксюше, - И никаких стрессов!" Ксюша очень старалась. И все равно, едва Даша успела поступить в институт, тихо ушла во сне, просто не проснувшись утром.
Даша осталась совсем одна. Ей было тяжело, как морально, так и финансово, но характером она пошла в маму. И справилась. Уже с третьего курса она начала подрабатывать, на четвертом пришла на стажировку в фармацевтическую фирму, да там и осталась после получения диплома. На работе она встретила своего будущего мужа, с которым впервые за долгое время почувствовала себя счастливой.
Тут, наверное, историю можно было закончить хэппи-эндом. Несмотря на трудный старт, жизнь девушки сложилась вполне благополучно. Однако было бы неправильно не рассказать о диалоге, состоявшемся однажды в соцсети.
Даше написал пожилой, но, судя по фотографиям, вполне себе бодрый пожилой человек. И, если бы не имя в профиле, она бы даже не поняла, кто это. "Я твой отец, - подтвердил ее догадку Евгений, - Очень рад, дочка, что все у тебя хорошо. А вот у меня горе. Моя мама, твоя бабушка, ушла в мир иной."
"У меня и бабушка была? " - удивилась в мыслях Даша, но отвечать пока не торопилась. Неужели совесть у человека проснулась? Неужели прощения хочет попросить за все эти годы молчания? За то, что просто забыл о существовании дочери? Дашу охватили смешанные чувства - с одной стороны, обида за себя, за маму, а с другой... Так получилось, что это ее единственный родной человек на этой земле. И если он искренне раскаивается и ищет прощения...
"Пенсия у меня нормальная, - продолжал, между тем, Евгений, - ты не подумай. Мне ничего не надо. А вот с личной жизнью у меня не сложилось. Так с мамой и жил все эти годы... А теперь ее нет... В общем, дочка... Я уже не молод. И не совсем здоров... Желудок... давление... Сердечко пошаливает... Ты бы приехала ко мне?.. Окна после зимы вымыть надо, шторы снять и постирать... Ну и приготовить мне чего-нибудь диетического... Сам-то я готовить того... Не очень..."
"Извини, - ответила ошалевшая от такого предложения Даша, - У меня семья. И работа. А если тебе так тяжело, могу поискать хороший пансионат для пожилых. Там и врачи, и режим дня, и питание диетическое. Хочешь?"
Евгений, не ожидавший такого ответа, осыпал Дашу потоком ругани, за что и был отправлен в "черный список".
"Даш, это кто был? С кем ты переписываешься?" - спросил муж, заглянувший в это время в комнату, а Даша равнодушно ответила: "Да так... Сумасшедший какой-то. Сам знаешь, сколько их в интернете сейчас." - "Это точно, - усмехнулся муж. - Я тебя хотел позвать чай пить. Будешь? Я пирожных купил." - "Конечно, буду!" - Даша отложила телефон и пошла на кухню вслед за мужем.