Найти в Дзене

Мёртвая деревня Песчаное, Курганская область. Часть 1.

На старой карте Курганской области я однажды заметил крошечную точку с выцветшей надписью: Песчаное. Ни на одном современном навигаторе её не было. Любопытство взяло верх, и я решил отправиться туда. Говорили, что ещё в 60-х деревня была жива, но внезапно опустела — будто люди исчезли за одну ночь. Дорога к Песчаному была почти стёрта временем. Асфальт заканчивался за десяток километров, дальше — просёлок, где колёса моего автомобиля увязали в глине, а лес сомкнулся сверху, превращая день в ранний вечер. Когда я въехал в деревню, солнце как раз опускалось за горизонт. Полуразвалившиеся дома стояли, словно люди в оцепенении, глядя на меня пустыми глазницами окон. Всё было странно... слишком целым. Будто обитатели вышли всего на час и вот-вот вернутся. Я оставил машину у покосившейся колодезной будки и прошёл по центральной улице — если её можно было так назвать. На одной из дверей висел замок, покрытый ржавчиной, но рядом — свежие следы в пыли. Босые. Шаги привели меня к храму без купо

На старой карте Курганской области я однажды заметил крошечную точку с выцветшей надписью: Песчаное. Ни на одном современном навигаторе её не было. Любопытство взяло верх, и я решил отправиться туда. Говорили, что ещё в 60-х деревня была жива, но внезапно опустела — будто люди исчезли за одну ночь.

Дорога к Песчаному была почти стёрта временем. Асфальт заканчивался за десяток километров, дальше — просёлок, где колёса моего автомобиля увязали в глине, а лес сомкнулся сверху, превращая день в ранний вечер.

Когда я въехал в деревню, солнце как раз опускалось за горизонт. Полуразвалившиеся дома стояли, словно люди в оцепенении, глядя на меня пустыми глазницами окон. Всё было странно... слишком целым. Будто обитатели вышли всего на час и вот-вот вернутся.

Я оставил машину у покосившейся колодезной будки и прошёл по центральной улице — если её можно было так назвать. На одной из дверей висел замок, покрытый ржавчиной, но рядом — свежие следы в пыли. Босые.

Шаги привели меня к храму без купола. На стенах — обгорелые иконы, а в углу стоял стол, усыпанный старыми детскими игрушками и пожелтевшими фотографиями. Я наклонился, чтобы рассмотреть одну — на снимке была семья: отец, мать и девочка с огромными глазами. На обороте — «Песчаное, 1963 год».

Тут сзади что-то хрустнуло.

Я резко обернулся — никого. Только ветер гонял пепел по полу. Но тишина… она была слишком густой. Даже птицы молчали.

Я хотел уйти, но вышел не туда. Вокруг опять были дома. Те же. С тем же разбитым окном. С той же щеколдой, которая скрипела на ветру.

Поняв, что круг замкнулся, я в панике бросился назад к машине. Она стояла, как и прежде, но казалась чужой. Салон запотел изнутри, как будто кто-то недавно дышал в нём. Я вытер стекло — и замер. На сиденье лежала та самая фотография. Сверху — надпись, которой не было раньше: «Мы ждали тебя».

Я сорвался с места, не глядя назад. Вылетел на просёлок, и только спустя пару часов, уже за сотни километров, отважился остановиться. Заглушив мотор, я выдохнул.

Но в зеркале заднего вида... мелькнула девочка.

С теми же глазами.

Продолжение следует...