В январе 1949 года в карельскую психиатрическую больницу доставили заключённого Филиппа Семёнова – экономиста, осуждённого за воровство. После инсульта у него начались приступы: он бредил, боялся преследования и проклинал некоего Белобородова. Когда его состояние улучшилось, он шокировал врачей признанием: якобы он – цесаревич Алексей, чудом спасшийся от расстрела в Ипатьевском доме.
Семёнов рассказал, что в ночь казни Николай II усадил его на стул и прикрыл собой. Пуля якобы ранила его в ягодицу (шрам он показывал врачам). Очнувшись в другом подвале, он попал к заговорщикам, которые дали ему новое имя – Владимир Ирин. Позже, опасаясь, что его используют в политической игре, он сбежал и вступил в Красную Армию, воевал в коннице Будённого, получил награду от Ворошилова, окончил институт. Но его преследовал Александр Белобородов (реальный участник расстрела царской семьи), шантажируя «знанием тайны». Чтобы откупиться, Семёнов начал воровать, попал в тюрьму, а затем – в психбольницу.
Врачей поразили детали его биографии. У Семёнова обнаружили гематурию (симптом гемофилии, как у цесаревича) и крипторхизм (редкая патология, совпадающая с медицинскими записями об Алексее). Он свободно говорил на нескольких языках, знал тонкости придворного этикета и планировку Зимнего дворца. Психиатр Самуил Генделевич, бывавший при дворе, проверял его – Семёнов отвечал без ошибок. Однако официальный диагноз остался: парафрения (бред величия).
Скептики указывают на нестыковки. Гемофилия неизлечима – Алексей не мог воевать и вести активную жизнь. Ранение в ягодицу маловероятно: в Ипатьевском доме стреляли в упор, целясь в голову и грудь. В 2007 году ДНК-экспертиза подтвердила: останки настоящего Алексея найдены под Екатеринбургом.
Кем же был Семёнов? Возможно, он близко знал царскую семью – слуга, воспитанник или офицер охраны. Или гениальный мистификатор, чьи знания и болезни совпали странным образом. Он умер в 1979 году, как раз в тот год, когда на Урале обнаружили останки царской семьи. Его история остаётся одной из самых загадочных легенд о «спасшихся Романовых».