Огонь в сердце, уголь под ногами

Огонь в сердце, уголь под ногами

10 мая прошла очередная интеллектуальная ярмарка, организованная журналом Фронда. Как всегда — аншлаг. Оно и понятно: публичных дискуссий, становится всё меньше, да и спикеров — по известным причинам — тоже.

Моя лекция называлась «Огонь в сердце Левиафана: анархизм в диалектике русской идентичности». Главный тезис прост: пора выйти из доктринёрской изоляции. Русская традиция свободы не может начинаться со Спунера и заканчиваться Ротбардом. У нас есть свои: Бакунин, Кропоткин, Боровой. Не «левые», не «западные», а русские. И свободные. Время открыть старые книги, отказаться от фетишей и признать очевидное: русские анархисты — это часть нашей собственной политической традиции. 

Если у будущего есть шанс, то он вне -измов. Оно не нуждается в перегородках между индивидуализмом и солидарностью, между достоинством и равенством. В нём важна не логика идеологии, а практика уважения. Хватит уже разделять анархизм и патриотизм, взаимопомощь и частную собственность, иерархию и свободу — как несовместимые начала. В античном Риме, конечно, фракции были. Но там никто не объяснял соседу, почему его ценности несовместимы с каким-нибудь каноническим пониманием NAP. Люди спорили, но оставались в общей политической рамке. Жили рядом. Строили общее, обсуждая публично.

Меня поразило, насколько мало современные отечественные либертарианцы знают об отцах русского, вернее, мирового анархизма. Для многих они просто «левые», и уже только потому в «чужом» лагере. А для тех, кто проявляет хоть какой-то интерес, он оказывается зачастую ритуальным, энциклопедическим или фольклорным: даты, лозунги, цитаты. Но это кружковое чтение: Бакунин читается, пока «свой». Кропоткин — пока укладывается в знакомую формулу. Выпал — в архив.

В итоге анархисты оказываются чужими почти для всех: для либералов — слишком радикальные; для консерваторов — безбожные; для либертарианцев — «коллективные» — не вписываются в логику «индивидуализма против государства».

А ведь анархизм Бакунина — не «экзотика левых», а нерв воли. Это глубинный пафос свободы и человеческого достоинства. Это должно быть дорого любому, кто всерьёз говорит о сопротивлении тирании.

Важно вытащить этих мыслителей, да и не только их, из заляпанных идеологических витрин. Увидеть в них не иконы левого подполья, а создателей универсального языка свободы. И взять от них всё лучшее — без обязательства вступать в кружок по интересам.

Моя задача состояла в том, чтобы показать: их анархизм — не только в теории, но и в биографии. Он — из русской земли, но говорит с миром на универсальном языке. При этом именно в условиях максимальной несвободы они и создавали этот язык. И никогда не играли в «граждан мира». Не растворялись в наднациональном. Но и не подменяли чувство Родины патриотической позой. Это и есть достоинство.

Политическая философия — это не конструктор из чужих цитат. Это работа с тем, что болит — у тебя, здесь, сейчас. И в этом смысле «Назад в будущее» — не просто название фильма. Это и есть политическая программа. Нам не нужно новое учение. Нам нужно восстановить связь с тем, что уже было придумано, но забыто. С тем, что ещё живо. И, быть может, именно поэтому может оживить и нас.

Чтобы верёвка была натянута, её должны тянуть с обеих сторон: с одной — Империя. С другой — Бакунин. И, возможно, это не враги, а полюса.

Потому что нет Левиафана без сердца.

Как нет сердца — без огня.

И может быть, главное сейчас — это политическое воображение. Способность не дробить на части, а видеть целое.

Не замыкаться в кружки, где все терапевтически кивают друг-другу, в сотый раз повторяя одно и то же, а говорить вслух и не бояться возражений. И не чураться слов «свобода», «иерархия», «народ», и «честь» в одном предложении.