Иногда, когда за окном завывала февральская вьюга, а батареи еле грели, в хрущевке на окраине города N, где жили наши герои было особенно тоскливо. Айгуль, закутавшись в цветастый халатик с изображением котиков Hello Titty, заваривала себе матча-латте и, глядя на заснеженный двор, мечтала о теплых волнах Тихого океана. Валера в это время, сидя в позе лотоса на коврике для йоги вырезанном из куска утеплителя, пытался медитировать, заглушая стоны простатита мантрой "Ом мани падме хум" и попутно проверяя курс хрущкоина рисовал себе картины богатой красивой жизни. Вован же, в своей комнате, слушал хардкор, тягал гири и точил свой любимый нож-бабочку, размышляя о бренности бытия и несправедливости судейства в последнем матче. Их коммуналка, словно Ноев ковчег, приютила этих столь разных существ, связанных лишь общей кухней и коридором и неприязнью друг к другу и внешнему миру. Но, как известно, от ненависти до любви – один шаг, особенно в условиях ограниченного пространства и коммунальн