Товарищ Антонов рассказал: «Пришлось мне около пяти лет служить и работать в Группе Советских Войск в Германии на нашем заводе «Торпедо».
Эти годы остались в памяти, благодаря тому, что общался с интересными людьми… Оценивая некоторые события того времени, иногда меняю мнение на противоположное тому, которое давал в момент события. Но чаще остаюсь при прежнем мнении…
Вспоминая «юные годы российской демократии» те лихие 90 е, хочется напомнить, как в печатных изданиях в того времени подавалась информация о пребывании наших войск за рубежом.
Одна из известных актрис кино в интервью для газеты говорила, что ей было стыдно перед местным населением за наши оккупационные по сути войска, расположенные в их стране…
«Нас же за это, там не любят» - сделал она открытие. А когда ехала на гастроли и деньги зарабатывала, в ГСВГ, не стыдно было? А, что амеров, имеющих базы по всему миру, кто-то любит? И у нас в Кургане были подобные люди, рассказывали мне, как не любят нас за границей.
Возразил однажды:
– А сами то вы испытали на себе?".
В ответ получил:
– Нет, я за границей не была, но об этом в газетах читала…
Понятно, газета это сила. Так вот захотел я поделиться личным опытом того, как относились к нам в ГДР. В начале декабря 1984 года меня и еще одного вольнягу Серёгу Береснева с десятком срочников под предводительством прапорщика Александра Литвинова отправили на учения.
Задача, организовать пост ремонта УАЗиков в полевых условиях. Выехали на трёх автомобилях: ЗИЛ-131 – МТО-АТ, ЗИЛ-130 с полным кузовом запчастей для УАЗиков и УАЗ-452 с личным составом.
Приехали на завод «Авангард» в Куммельсдорфгут. Получили директиву «ждать, в полной боевой готовности». Как бы то ни было, пятидневные ожидания, в холодной, практически неотапливаемой сборно-щитовой казарме, закончились, и мы выехали домой.
Проехали Бернау, свернули к себе. До дома осталось два километра и тут заглох УАЗик. Я предложил Литвинову:
– Давай на буксире притащим его в часть.
– Да ты, что говоришь? – возмутился он – Спецгруппа по ремонту УАЗиков, возвратится притащив свой автомобиль на буксире? Да к тому же в УАЗике личный состав. На буксире не положено...
Начали ремонтировать. Времени было уже около 8 часов вечера. А чего не ремонтировать с полным кузовом запчастей. Правда больше двух человек в этом участвовать не может, тесно в кабине «буханки». Спустя час один из солдат пошел к рядом стоящему дому, нажал на кнопку звонка на калитке.
И попросил, вышедшую из дома хозяйку, воды напиться. Вынесла она ему воды… минут через 10-15 выходит эта немка из дома, с подносом на котором стоит чайник с чаем и 7 или 8 чайных чашек. Подходит к нам и предлагает горячего чаю.
– Уже час на улице, наверное замерзли, чаем погрейтесь.
Попили чаю и автомобиль сразу заработал, как надо. Вот такую «нелюбовь» местного населения испытали мы однажды…»
2. Наши дни! У некоторых народов существует язык мужской и женский. У североамериканских индейцев натчи или чукчей, например. Женщины племени натчи с мужем разговаривают на мужском языке, а промеж собой общаются на женском.
А мужики их, сказывают, только мужичий язык знают, и по-женски ничегошеньки не понимают…
У нас в Зауралье ни чукчей, ни натчей нет. Местное население представлено коренными жителями такими, как русские, башкиры и татары.
Но язык мужской и женский, однако же, присутствует. Примером этому может послужить хотя бы случай произошедший в одной из деревень Каргапольского района нашей области.
Было это в те годы, которые впоследствии обозваны «застоем». Весной года 1982, а может и ранее, сделал некий мужик генеральную уборку, после прошедшей зимы, в своём дворе. Жена, видя похвальное рвение мужа своего, словесно подбодрить его захотела.
– Какой ты у меня молодец! Ишь к Пасхе прибрал в ограде, красота. Работал бы сегодня у нас магазин, купила б тебе бутылку….
Мужик обрадовался, в голове мысли всякие зашевелились.
– Ак это… в Чашах, гусиху продают по 10 рублей. Давай денег сейчас на мотоцикле сгоняю.
Жена бросилась в дом и вынесла мужу банкноту в 25 рублей.
– Ак чо одну-то, бери уж две…
Мужик завел трудягу ИЖа с коляской и сгонял в течение часа.
Вернулся, въехал во двор, достал из коляски две стеклянные трёхлитровые банки.
Жена недоуменно смотрит на него и спрашивает
–А гуси то где?
Гусихой т.е. гусем женского рода в деревне той мужики называли трёхлитровую банку вина плодово-ягодного. О чем ей муж и поведал
– Ах ты, язви тя в глотку, только об зелье этом поганом и забота у тебя….-жена молвила.
Вывод из всего выше сказанного, не знала женщина мужского языка, иначе не допустила бы напрасной траты домашнего бюджета.
Недавно узнал, что по старой русской шкале мер и весов "гусем" называли четверть винного ведра. А ведро это 12 литров. Значит "гусь" или " гусиха" это и есть 3х литровая банка.
Ак это – так это – местный местный говор
Ак чо – так что – местный говор
Язви те – язва тебе – местный говор, ругательство..." С уважением Александр Антонов…
