Вы когда-нибудь слышали о дороге, которую посыпали золотом? В это трудно поверить, но на севере есть такая дорога, точнее, зимник. Этот зимник находится в Магаданской области, где мне когда-то довелось работать. Участок расположен в 800 км от города Магадана, а ближайший населённый пункт от рабочего объекта — посёлок Омсукчан. Именно эта дорога, ведущая к месторождению Кубака, затерянному в Северо-Эвенском районе, в 300 километрах от сурового побережья Охотского моря, вдохновила меня на этот рассказ.
“Чайник” с золотом: легенда о Кубаке.
Название «Кубака» — не просто красивое слово, а ключ к разгадке тайн этого золотоносного края. По легенде, в далеком 1979 году геолог, первым обнаруживший здесь залежи драгоценного металла, наткнулся на тихий ручей. Местные жители называли его странным словом, «Кубака» которое, как говорят, переводится с эвенкийского как… «чайник». Да-да, обычный чайник! Кто бы мог подумать, что именно этот скромный предмет быта даст название одному из самых богатых месторождений золота на Дальнем Востоке? Но это было только начало.
Словно в калейдоскопе, владельцы Кубаки сменяли друг друга. Сначала здесь хозяйничала небольшая старательская артель, а затем на арену вышел настоящий гигант — канадская корпорация Kinross Gold, входящая в элиту мировых золотодобытчиков.
Канадский рай на колымской земле.
Канадский владелец месторождения начал создавать на участке промышленные и бытовые условия. Были построены комфортабельные четырёхэтажные общежития, а в РММ даже полы с подогревом! Да и вообще, канадская компания создала и обеспечила такие условия на месторождении, что старые водители, доставлявшие грузы на месторождение Кубака, считали такой рейс «золотым».
«Золотой» рейс: доллары вместо рублей и канадское пиво в придачу.
Желающих доставить груз из Магадана на месторождение было хоть отбавляй. Об этом мне рассказал один из старожилов Магадана, который как раз доставлял груз на полуприцепе по зимнику за 800 км. В то время, в девяностые годы, такой рейс считался золотым, ведь заказчик платил водителю за доставку не в рублях, а в долларах! Хотя дорога была тяжёлой и трудной, такой рейс оправдывал все неудобства, которые испытывал водитель в пути.
Доставив груз на месторождение, водитель получал комнату в общежитии, где он мог спокойно отдохнуть после тяжёлого рейса. Как рассказывал мне старый водитель, на месторождении даже было канадское пиво, которое можно было выпить после долгого рейса.
Подсыпая золото под колеса: невероятная история о перевозке руды.
Обратный путь был не легче. Вместо комфортных условий и канадского пива водителя ждала погрузка руды — драгоценного, но невероятно тяжёлого груза. Поскольку золотоизвлекательной фабрики на Кубаке ещё не было, руду упаковывали в огромные мешки, так называемые «биг-бэги», и отправляли в Магадан. А оттуда — на переработку.
Но до Магадана ещё нужно было добраться! Зимник представлял собой настоящую полосу препятствий: затяжные подъёмы, обледенелые участки, снежные заносы. И вот тут начиналась настоящая «золотая лихорадка» по-колымски. Как рассказывал мне один из ветеранов тех рейсов, не раз приходилось браться за лопату и, подсыпать золотосодержащую руду прямо под колёса! Иначе никак. Снежные накаты, гололёд — без такой «подсыпки» многотонная машина просто отказывалась двигаться дальше. Вот так, буквально потом и кровью, колымские водители добывали своё золото.
До сих пор не могу понять, как можно было так беспечно относиться к столь ценному грузу, как золотоносная руда. Но слова человека, прошедшего этот путь, водителя, для которого эта «золотая» подсыпка стала реальностью суровых колымских зимников, звучат убедительнее любых отчётов и документов — легенда о «золотом» зимнике Кубаки имеет под собой реальные основания.
От долларов к рублям: закат “золотой эры” Кубаки.
Изначально оплата услуг водителя производилась в валюте, но потом канадцы перешли на российский рубль. И рейс уже не был таким «золотым», как на другие производственные объекты севера. Канадская компания наткнулась на очень богатую золотоносную жилу, добычу производили открытым способом, производились буровзрывные работы. Разрабатывался карьер, который в настоящее время затоплен отходами выбрасываемые золотоизвлекательной фабрикой, построенной позже.
“Омолонская золотая”: Kinross Gold уступает место.
В 1992 году Омолонская золоторудная компания (ОЗРК) получила право на разработку месторождения Кубаки, выиграв престижный тендер у Правительства Российской Федерации. Под оперативным управлением ОЗРК канадский гигант Kinross Gold развернул масштабное строительство, возведя современный горно-обогатительный комбинат. Сердцем комплекса стала золотоизвлекательная фабрика, способная перерабатывать более 600 000 тонн руды в год.
Кроме того, с нуля была создана вся необходимая инфраструктура: от мощного дробильно-сортировочного комплекса до современной лаборатории и множества вспомогательных производственных объектов, обеспечивающих бесперебойную работу золотодобывающего предприятия. Основные объекты были введены в эксплуатацию в период с конца 1990-х до начала 2000-х годов, превратив Кубаку в один из самых современных золотодобывающих центров региона.
Полиметалл: новый хозяин на “золотой” земле.
Канадская компания, в свою очередь, выработав самый богатый участок, свернула свою деятельность и перебазировалась на Чукотку. А на месторождении Кубака начала активно работать компания «Полиметалл», которая также начала разрабатывать карьер, но содержание золота на тонну руды было гораздо меньше, чем добывала канадская компания Kinross.
На тот момент канадцы сняли все сливки с этого месторождения, но именно они первыми начали осваивать и создавать рабочие объекты на участке. Компания «Полиметалл» пришла на всё готовое.
Биркачан: новый «Чайник» в руках «Полиметалла»?
Со временем было открыто ещё одно месторождение — Биркачан, расположенное в 45 км от Кубаки. Там тоже канадские геологи начали разведку и нашли богатое месторождение, вскрыли карьер. И тут произошёл внезапный переворот, и пришла Омолонская золотодобывающая компания под управлением «Полиметалла».
Боль и надежда Северо-Эвенского района.
«Знаете, что самое страшное в работе на Крайнем Севере? Не мороз, не оторванность от цивилизации, а равнодушие. Равнодушие к земле, к людям, к будущему. Я много лет отдал компании «Полиметалл», исколесил весь Северо-Эвенский район вдоль и поперёк. Начинал на сопке Кварцевой, где ветер с Охотского моря пронизывает до костей.
Потом были Кубака, Биркачан, Бургали — каждое месторождение оставило свой след в моей душе. Северо-Эвенский район — это не просто территория на карте, это огромный золотой пласт, который мог бы стать основой благополучия тысяч людей. Но то, как «Полиметалл» ведет разработку, иначе как варварством не назовешь. Компанию интересует только прибыль, а все остальное не имеет значения.
Месторождения разрабатываются на скорую руку, без заботы об экологии и будущем региона. В результате — разрушенные ландшафты, загрязненные реки и бесперспективные поселки. И самое печальное, что люди, работающие на этих месторождениях, становятся частью этой системы. Они теряют связь с землёй, забывают о моральных принципах и превращаются в винтики в огромном механизме по выкачиванию ресурсов.
Мне довелось поработать лишь на четырёх месторождениях, но и этого хватило, чтобы понять всю глубину трагедии. Общаясь со своими бывшими коллегами из ОЗРК, я слышу в их голосах ту же боль и разочарование. Они продолжают осваивать новые месторождения, но в их глазах уже нет огня — только усталость и безысходность.
Вот такая история, друзья. Хотел поделиться с вами своими наблюдениями о том, как на самом деле «осваивают» Крайний Север.