Найти в Дзене
Будни обычной женщины

Уехали, а теперь грустят по России: как живётся нашим в Европе

В конце 90-х уехать в Европу казалось не просто модной идеей — это было почти обязательством. Люди собирали чемоданы, продавали квартиры, разрывали связи с родными и уезжали — кто в Бельгию, кто в Германию, кто мечтал о США. Оставаться — считалось проигрышем. А я осталась. Потому что тогда не было ни денег, ни возможности. Были другие задачи: растить детей, заканчивать университет, как-то выживать. Вокруг были те же маршрутки, поликлиника за углом, бабушки на скамейке и любимая булочная через дорогу. А ещё родной язык. И ощущение, что я хотя бы знаю, что здесь происходит. Мне тогда говорили: «Ты сгниешь в провинции. Страна тебя задавит. С таким потенциалом ты должна быть в Париже». Прошло два десятилетия. Теперь они пишут мне сами. Из тех самых уютных европейских квартир. Пишут и признаются: «Мы не знали, что будет так». Что мусор на улицах теперь не убирают неделями. Что в любимом Берлине бродяги живут под мостами и охотятся за оставленными на тарелках кусками еды. Что кварталы, в ко

В конце 90-х уехать в Европу казалось не просто модной идеей — это было почти обязательством. Люди собирали чемоданы, продавали квартиры, разрывали связи с родными и уезжали — кто в Бельгию, кто в Германию, кто мечтал о США. Оставаться — считалось проигрышем. А я осталась.

Потому что тогда не было ни денег, ни возможности. Были другие задачи: растить детей, заканчивать университет, как-то выживать. Вокруг были те же маршрутки, поликлиника за углом, бабушки на скамейке и любимая булочная через дорогу. А ещё родной язык. И ощущение, что я хотя бы знаю, что здесь происходит.

Мне тогда говорили: «Ты сгниешь в провинции. Страна тебя задавит. С таким потенциалом ты должна быть в Париже». Прошло два десятилетия. Теперь они пишут мне сами.

Из тех самых уютных европейских квартир. Пишут и признаются: «Мы не знали, что будет так». Что мусор на улицах теперь не убирают неделями. Что в любимом Берлине бродяги живут под мостами и охотятся за оставленными на тарелках кусками еды. Что кварталы, в которых они когда-то снимали жильё, теперь представляют опасность. Что по улицам ездить страшно — могут разбить машину, вырвать сумку, нагрубить. Потому что никто никого не боится.

«А вернуться не думаешь?» — спрашиваю. В ответ — долгая пауза. Потому что возвращаться сложно. Там — дом, дети, кредиты. Там всё, что казалось точкой невозврата. Хотя всё внутри кричит, что пора обратно.

-2

Как выживают наши за границей? По-разному. Те, кто уехал ещё в 90-е, в целом устроились. Но уже тогда стало понятно, что европейская жизнь — не такая уж сказка. Коммунальные службы работают по расписанию. Магазины по выходным закрыты. Мусор не вывозят, потому что в городе демонстрации. Кафе грязные. Собак выгуливают где угодно. И никто не извиняется.

А ещё — мигранты. Много, шумно, не всегда культурно. Люди, приехавшие в поисках лучшей жизни, не торопятся учить язык, соблюдать правила или хоть как-то встраиваться. Им никто и не требует — Европа давно сдаёт позиции. Да и коренные жители уже не в силах бороться с этим потоком.

Казалось бы, ну и что? У всех свои трудности. Но знаете, какая главная претензия наших людей к Европе? Она больше не уважает. Не бережёт. И своих, и чужих. Там, где раньше гордились заслугами, теперь — нейтралитет. Универсальный, безличный и очень удобный способ отказывать. Даже когда выигрываешь.

Вот взять недавнюю историю: наш легкоатлет Иван Заборский выиграл знаменитый ультрамарафон «6 дней Франции». За шесть суток он пробежал 1047 километров. Это больше, чем предыдущий мировой рекорд. Победа? Победа! Только вот не для Европы.

Иван Заборский.
Фото: соцсети
Иван Заборский. Фото: соцсети

На финише он развернул российский флаг. И этим — по мнению Международной ассоциации ультрамарафонов — всё испортил. Рекорд не признан. Мол, нарушен нейтралитет. Никаких поздравлений. Никаких лавров.

Цинизм? Конечно. Потому что, когда Россия побеждает — правила вдруг тут же меняются. Спорт вне политики? Ага, так и поверили, спасибо. Это давно уже не про честную борьбу. Это про то, кто кому «нравится-не нравится». Только в чужой игре жертвами становятся действительно достойные и сильные люди.

Европа давно любит говорить о правах, о свободе, о том, что спорт вне политики. Но почему тогда наш рекордсмен — без рекорда? Почему победа — не считается?

И вот это, пожалуй, объясняет многое. Почему наши люди там чувствуют себя чужими. Почему грустят и тоскуют по России. Почему, даже не собираясь возвращаться, всё чаще открывают новостные сайты, смотрят, как строится новый терминал в Минеральных Водах, как развивается транспорт, как строятся школы, открываются бизнес-форумы.

Потому что Россия — разная. Трудная. Но своя. И пусть сейчас модно жаловаться, сравнивать и мечтать, но, может быть, иногда стоит просто оглядеться. И понять, что мы у себя дома. И нам не нужно никому доказывать своё право быть.

И те, кто уехал, это видят. И чувствуют. И страдают.

Они не всегда говорят это вслух, но читаешь между строк: «Тут мы никто. Там — может быть, кто-то». Только назад не все могут. Кто-то — потому что страшно. Кто-то — потому что гордость. А кто-то — потому что не верит, что можно вернуться и начать сначала.

А можно. Жизнь ведь не делится на правильные и неправильные решения. Есть только честные. Перед собой.

А вы что думаете? Возвращение — это слабость или сила? И что бы выбрали вы, оказавшись на месте тех, кто двадцать лет назад уехал за мечтой — а теперь мечта обернулась мусором на улицах?

Понравилась статья? Подписывайтесь! Как подписаться? Кликните на изображение ниже и вы окажетесь на главной странице канала, где справа есть кнопка "Подписаться". Один клик на нее – и вы подписчик!

Будни обычной женщины | Дзен

Приглашаю почитать и другие мои статьи: