Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

“Да это же теоретики, лучше сыпьте как я сказал” — вот что происходит, когда начальник вмешивается в работу опытных прорабов

— Ох, ребятки, вот вам история, чтобы вы знали: на земляных работах никогда нельзя экономить. Особенно если вы строите железнодорожную насыпь. Так бывает, что перед строительством колышек поставишь не туда — потом насыпь такая получится, что на ней только скот пасти, а не поезд пускать. Помню, как-то на Забайкальской железной дороге случился один такой случай. Появился у нас один умник, который решил, что знает, как сделать лучше... Это было где-то… начало двухтысячных, лето жаркое, пыль от техники. Нам тогда еще практикантов из техникума пригнали — мол, пусть посмотрят, как насыпь под железку делают. Им весело, фоткаются с теодолитом, а мы тем временем возились с экскаваторами, бульдозерами и чертежами — работы было по горло. Насыпь очень большая была, высокая — это был подход под будущий мост, так что по проекту ширина основания — будь здоров, почти 50 метров. Всё это нужно было засыпать песком вперемешку с глиной, с послойной трамбовкой, как положено Открыли чертёж — и, честно гово

— Ох, ребятки, вот вам история, чтобы вы знали: на земляных работах никогда нельзя экономить. Особенно если вы строите железнодорожную насыпь. Так бывает, что перед строительством колышек поставишь не туда — потом насыпь такая получится, что на ней только скот пасти, а не поезд пускать. Помню, как-то на Забайкальской железной дороге случился один такой случай. Появился у нас один умник, который решил, что знает, как сделать лучше...

Это было где-то… начало двухтысячных, лето жаркое, пыль от техники. Нам тогда еще практикантов из техникума пригнали — мол, пусть посмотрят, как насыпь под железку делают. Им весело, фоткаются с теодолитом, а мы тем временем возились с экскаваторами, бульдозерами и чертежами — работы было по горло.

Насыпь очень большая была, высокая — это был подход под будущий мост, так что по проекту ширина основания — будь здоров, почти 50 метров. Всё это нужно было засыпать песком вперемешку с глиной, с послойной трамбовкой, как положено

Открыли чертёж — и, честно говоря, слегка опешили от масштабов. Ну, мы разметили — по всей науке. Колышки вбили, шнурки натянули. Смотрим на эти огромные просторы — и не верим, что всё это надо засыпать.

Железнодорожная насыпь
Железнодорожная насыпь

Для тех, кто не сталкивался с железнодорожной насыпью: это не просто куча земли. В верху находится основная площадка под путь, а от неё под углом идут боковые откосы — влево и вправо, до самого уровня земли. Места, где ставятся крайние колышки, называются подошвами откоса — именно от них начинается весь объём работ.

И тут появляется он. Портфель под мышкой, белая каска, лицо с выражением "я тут главный". Начальник участка. Молодой, амбициозный — только-только из управления прислали. Глянул на колышки и глаза округлил:

— Вы что, с ума сошли? Зачем такая ширина?! Это же сколько грунта вбухать! Мы что тут, карьер засыпать собрались?

Объясняем: всё по проекту, насыпь высокая, откосы крутые — ширина рассчитана.
Он рукой махнул:

— Да ну, проект — это теоретики!. Вот так ставьте.

Берёт и передвигает колышки — почти вдвое ближе.

— Тут будет нормально. Сыпьте.

Старшие переглянулись. Кто-то пробормотал: «Не нам за это отвечать…»

Начальник, заметя их сомнения, резко добавил:

— По проекту мы не строим, а строим как я сказал! Если что-то пойдет не так, сами и отвечать будете! Не хотите — можете уезжать. Очередь за забором уже стоит, не переживайте.

-3

Его слова заставили всех замолчать. Даже бригадир, который обычно всегда высказывал своё недовольство, лишь молча пожал плечами и кивнул в знак согласия.

— Ладно, сыпем, как сказано, — сказал старший экскаваторщик.

Так и пошли работать. Все понимали, что это неправильное решение, надеясь, что, возможно, всё обойдется.

Слева экскаватор, справа экскаватор — сыпали послойно. Каждый слой — не просто навалили, а как положено: прошёл каток, уплотнил, и только потом следующий. Всё по технологии, только ширина — уже "по вдохновению начальства".

Начальник доволен: мол, оптимизация, экономия и в срок сдадим! Сначала всё шло нормально, но потом насыпь состыковалась вверху, и вот тогда-то и появилась наша знаменитая "ёлочка". Не насыпь, а просто куча какая-то.

Наша "ёлочка"
Наша "ёлочка"

Бригадир кидает каску, практиканты смеются и фотографируют это безобразие.

А начальник — такой:

— Ничего-ничего, сейчас разровняем. Главное — успеваем.

Но "разровнять" не получилось.

Пришлось всё раскапывать, рыхлить слой за слоем. Там, где каток уже уплотнил — техника едва ковшом брала. Пыль, жара, нервы на пределе. Время уходит и в каждом ковше — скупая инженерная слеза.

Решили в итоге всё переделать, как с самого начала и было в проекте. Снова ставили колышки. Снова тянули шнурки, снова сыпали, снова трамбовали, как положено. Потеряли кучу времени, технику загоняли, людей — тем более. И все, абсолютно все — от мастера до трактористов — проклинали того начальника. Даже техникумовские практиканты.

А начальник? Он как увидел, что дело пахнет переделкой — на следующий день вдруг "по срочному вызову" уехал. Вещи собрал быстро и никому ничего не объяснил. Сказал, что его переводят, и больше мы его не видели.

А потом слух пошёл: вроде в Сочи объявился. Асфальт там укладывал.

Вот такая вот байка. Между прочим, не выдумка — её нам когда-то рассказал преподаватель, сам бывший строитель, с тех времён.

Спасибо, что дочитали до конца! Если понравилось — ставьте лайк 👍 и подписывайтесь, чтобы не пропустить новые истории. А если хотите поддержать — буду рад вашему донату! Такая поддержка мотивирует меня создавать новый контент для вас! 🙂