В детстве меня, как и многих, воспитывала бабушка

В детстве меня, как и многих, воспитывала бабушка. Она была сильной, воодушевлённой, неугомонной, деятельной и определяла для меня значение «жажды жизни». Она была рядом со мной мои первые двенадцать лет, а без неё я уже живу семнадцать, но при этом бабушка Тома продолжает мне иногда сниться. Сны о том, как она жива и существует где-то на периферии моей жизни преследуют меня вопросом, как бы бабушка относилась к той версии меня, которая выросла. При ней я была другой - более кроткой, скромной, боязливой и тихой. Ещё я думаю какие три истории я бы вспомнила на её поминках с высоты времени, разделившего наши жизни.

Во-первых я бы вспомнила, как бабушка сердилась. Это может быть не комплиментарным фактом, но для меня это всегда было важным. Бабушка оставляла меня наедине кланяться богу и я послушно сгибала и разгибала спину столько сколько было нужно. В глубине мыслей для меня это был ритуал, во время которого я мечтала и придумывала истории, которые потом записывала крупным детским почерком у себя в тетрадях. Это была моя своеобразная йога вдохновения, во время которой я отпускала на волю фантазию.

Во-вторых я бы вспомнила, как бабушка с бравадой любила рассказывать истории из своего детства и юношества. Как однажды надела часы на праву руку, чтобы покрасоваться ими в танце. Как жила с братьями и сестрами в деревне. Пуще всего она любила историю, как однажды упала со стройки, где работала, с третьего этажа - и выжила. И не пострадала. Это была история её триумфа.

В-третьих я бы вспомнила, как однажды проявила недюжее упрямство и отказалась летом идти в соседнюю деревню за облепихой к бабушкиной подруге. Бабушка пошла сама по палящему летнему солнцу и долгой дороге. Это была моя первая маленькая революция в её суровых методах воспитания. После её возвращения, у бабушки заболела голова и так и не прошла на протяжении нескольких месяцев. Её яростная натура постепенно теряла свою силу, которая оборачивалась беззащитной слабостью, ей снились сны, где она падает и вот-вот разобьётся. Мама ставила ей уколы, а я боялась находиться рядом, когда бабушка слабо лепетала непонятные фразы. Я долгое время думала, что именно злосчастный путь к облепихе её угробил, что это я виновата. Спустя долгие годы после её смерти другая бабушка рассказала мне, что у бабушки Томы обнаружилась злокачественная опухоль в мозге, возникшая, вероятно, из-за того самого падения в юношестве со стройки. Груз вины был снят, но я как будто бы уже привыкла виноватить себя в том, что недостаточно проводила с ней время в последние её часы, что плохо её понимала, что не научилась говорить с ней на одном языке и в последнюю её ночь смотрела сериал по телевизору вместо того, чтобы держать бабушку за руку.