Найти в Дзене
Человек в сети

Я 10 лет не делал бэкапы. Вирус назвал это лицемерием

— Саня, ты точно бэкапы делал? — голос в трубке треснул, будто стекло, которое вот-вот рассыплется. Александр потянулся к кружке с облупившейся надписью «Backup? Never heard» — подарок от коллеги на прошлый Новый год. Взгляд скользнул по пыльному диску с наклейкой «Моя жизнь. Не трогать». — Ну… — он щелкнул мышью, запуская фоновую загрузку мемов. — А как же. Все по протоколу. Тишина на том конце гудела, как перегруженный сервер. Где-то за окном завыла сигнализация, и Саша резко потянул штору — свет ударил по экрану, подсвечивая папку «Резерв_на_всякий_случай». Пустую. — Честное пионерское, — добавил он, хотя последний раз был пионером лет двадцать назад. Клиентка сбросила вызов. Курсор на рабочем столе моргнул, будто подмигнул. Александр щелкнул мышью — и монитор погас, будто его вырвали из розетки. Не гас, нет. Застыл. На черном фоне зацвели багровые строки, как кровь под кожей: Доступ запрещен. Цена свободы — 0.5 BTC. Клавиатура хрустнула под пальцами, словно кости мелкого зверька. —
Оглавление

Архив лжи: как один файл разрушил десятилетие

— Саня, ты точно бэкапы делал? — голос в трубке треснул, будто стекло, которое вот-вот рассыплется.

Александр потянулся к кружке с облупившейся надписью «Backup? Never heard» — подарок от коллеги на прошлый Новый год. Взгляд скользнул по пыльному диску с наклейкой «Моя жизнь. Не трогать».

— Ну… — он щелкнул мышью, запуская фоновую загрузку мемов. — А как же. Все по протоколу.

Тишина на том конце гудела, как перегруженный сервер. Где-то за окном завыла сигнализация, и Саша резко потянул штору — свет ударил по экрану, подсвечивая папку «Резерв_на_всякий_случай». Пустую.

— Честное пионерское, — добавил он, хотя последний раз был пионером лет двадцать назад.

Клиентка сбросила вызов. Курсор на рабочем столе моргнул, будто подмигнул.

Экран, который не моргнет

Александр щелкнул мышью — и монитор погас, будто его вырвали из розетки. Не гас, нет. Застыл. На черном фоне зацвели багровые строки, как кровь под кожей:

Доступ запрещен. Цена свободы — 0.5 BTC.

Клавиатура хрустнула под пальцами, словно кости мелкого зверька.

— Чёрт… — он дернул шнур питания, как пульт от жизни. Экран ожил на секунду, высветив файл «readme.txt». Сообщение внутри было короче петли на виселице:

Теперь ты понимаешь клиентов.

Где-то внизу, за окном, залаяла собака. Саша не заметил, как прикусил щеку до металлического привкуса. На столе валялся стикер с его же почерком: «Не забыть бэкапнуть!» — датированный мартом 2017-го. Вентилятор ноутбука завыл, будто смеялся.

Он ткнул в кнопку перезагрузки. Десять лет работы — десять секунд до старта. Экран моргнул. Остался черным.

Тени в коде

Дмитрий, его бывший одногруппник, взял трубку со звуком, будто ронял стакан в гулкую пустоту.

— Сань, ты же не для болтовни звонишь? — голос хакера напоминал скрип несмазанных шестеренок.

Александр, стиснув телефон так, что треснул чехол, выдавил:

— Мне нужен дешифровшик. Срочно.

Пауза. На заднем фоне заскрипел стул — Дмитрий, наверное, откинулся в кресле, как хищник перед игрой.

— Помнишь ту барышню с цветочным магазином? — спросил он неожиданно. — Та, что плакала, когда ты удалил ее лендинг «по ошибке». Ей я помог восстановить всё за ночь. Бесплатно.

В трубке зашипело, словно пойманная в сети правда. Саша уронил взгляд на экран — среди зашифрованных файлов мелькнула папка «Цветочный_Аромат_2019». Пустая, конечно.

— Ты не клиент, — Дмитрий щелкнул языком. — Ты — диагноз.

Где-то в квартире капал кран. Александр вдруг вспомнил, как месяц назад отмахнулся от девчонки-дизайнера: «Бэкапы — ваши заморочки. Я творю, а не няньчусь«.

Теперь ее голос звенел у него в висках, как битое стекло.

— Держи ссылку, — бросил Дмитрий. — Но это как дохлому припарка.

Сайт открылся с гневным красным баннером:

Кошелек заблокирован за подозрительную активность.

Письма, которые не стираются

Ночь вывернула город наизнанку: где-то за окном грохотал мусоровоз, вывозя чужой хлам, а Саша копался в своем. Он нашел старый внешний диск — тот, что когда-то подарила мать со словами: «Храни, как икону». Теперь на нем красовался скотч с надписью «Резерв 2015-2018 (не трогать!!!)».

Папка открылась с звуком, похожим на стон. Внутри — переписка с клиентами. Сотни писем. «Александр, умоляю, сделайте копию!» — писала женщина из Екатеринбурга в 2016-м. Он ответил: «Вы платите за код, а не за няню».

Где-то в чате мелькнуло: «Если потеряете данные — я не виноват». Сейчас эти слова казались высеченными на его надгробии.

Мышь дрожала в руке, как пойманная муха. Саша кликнул на видеофайл — свадьба сестры, которую он монтировал три года назад. Экран заполонили пиксели, будто цифровая проказа. Звук: обрывки смеха, скрип двери, голос отца, умершего в прошлом году: «Сань, ты хоть бережешь себя?»

Он выдернул шнур диска. В тишине зазвонил телефон — неизвестный номер. Голос в трубке был холодным, как клавиша Delete:

— Вы не ответили на наш последний email. Ваши данные будут удалены через 24 часа.

Саша бросил трубку. На столе лежал чек из кофейни, где он вчера умолял бармена дать пароль от Wi-Fi. С обратной стороны — детский рисунок племянницы: «Дядя Саша — самый крутой программист!».

Пепел на клавишах

Александр вбил сумму в биткоин-кошелек дрожащими пальцами — будто выцарапывал признание на камне. Курсор замер, мигая красным, как глаз циклопа.

Транзакция отклонена.

Он ударил кулаком по столу, и кружка с надписью «Backup? Never heard» упала, оставив на полу осколки в форме вопросительных знаков.

В телеграм-канале всплыло новое сообщение от злоумышленника:

Опоздал. Теперь твои данные — цифровой костер.

Саша засмеялся — горько, как пьют лекарство без воды — и набрал пост в соцсети:

Я десять лет врал вам про бэкапы. Теперь моя жизнь — не подлежит восстановлению.

Ответы пришли быстрее, чем ошибка 404.

Ты убил мой стартап!
Моей дочери нужны были те чертежи!

Он выключил телефон, но слова уже жгли кожу, как утечка кислоты.

В ящике стола нашел конверт с деньгами — пять тысяч, отложенные на отпуск. Купил бутылку виски. Первый глоток смешался со вкусом крови — где-то прикусил губу.

На рассвете, когда лифт в подъезде заскрипел, будто старый сервер, Саша вынес диск к мусорным бакам. Рядом валялся сломанный жесткий диск с наклейкой «С Новым 2013-м!».

-2

Курсор, который не спросит

Саша вбивал цифры в таблицу, чувствуя, как клавиши под пальцами холодеют, как могильные плиты. Офисный компьютер гудел, словно старый холодильник, а за окном дождь стирал город в акварельную муть. На мониторе — остаток жизни: «Итого: 12 340 рублей».

— Сань, ты заказ на ланч делал? — коллега из соседнего кабинета высунула голову, жуя сэндвич с тунцом.

Он кивнул, не отрываясь от экрана. В углу браузера — вкладка: «Как восстановить данные с мертвого диска».

Курсор мигал, будто просил пароль от прошлого.

На столе лежала открытка от племянницы: «Дядя, научишь меня программировать?» Конверт пах клеем и детской надеждой.

Дождь усилился. Где-то в подъезде хлопнула дверь — эхо, похожее на щелчок удаленного файла.

✦ ━━━━━━━━━━━━━━━━━ ✦

А когда вы последний раз проверяли свои резервные копии? Или, может, тоже верили, что беда — это про кого-то другого?

📌 Если этот текст задел за живое — поставьте 👍. Пусть он напомнит хотя бы одному человеку о том, что цифровая безопасность начинается с малого: с честности перед собой.
🔔
Подпишитесь на канал, чтобы не пропустить новые истории-предостережения. Иногда один вовремя прочитанный текст спасает тысячи гигабайт чьей-то жизни.