Дрожь пронзила его руки, уподобившись трепету осенних листьев, сорванных бурей, когда он поднял телефон. Экран, испещренный сетью трещин, словно карта перенесенных страданий, отчаянно молил о жизни, но тщетно. Бессильная ярость, словно ледяной обвал, накрыла его с головой, погребая под обломками надежды. Схоронив бездыханный мобильник в кармане джинсов, словно последнюю нить, связующую с реальностью, мужчина, вынырнув из мрака подвала, сжал в руках кофточку Оксаны.
Гнетущая тишина встретила его, словно саван, окутавший Вдовий Яр. Сергей прильнул к ткани, ловя ускользающий флер её духов – призрачный след былого присутствия.
"Я должен найти её, чего бы это ни стоило", – словно набат, звучало в его голове. Любая зацепка – путеводная звезда в этом кромешном мраке. Ярость отступила, уступая место лихорадочному поиску, обжигающему изнутри.
Он двинулся к дороге, извивающейся между домами, подобно змее, выползающей из забвения. На обочине – ржавые ведра, обломки мебели, тряпье – осколки чужих жизней, выброшенные за борт времени. Запустение въелось в каждый сантиметр земли, словно смертельная хвороба, вселяя тоску, хоть волком вой.
Навстречу попалась Галина, вторая жительница этого медвежьего угла.
– Ой, здравствуй, Сереженька! – пропела она, и фальшь резанула слух. – Что ты тут делаешь? Ты же вчера продукты привозил.
Он заметил, как дрогнул мускул на её лице, словно птица, пойманная с поличным, когда она увидела кофту Оксаны.
– Где Оксана?
– Уехала…. Еще позавчера….
– Хватит врать! Я знаю, что она здесь! – прозвучал его голос, словно удар стали. – Я заявлю в полицию, что вы ее удерживаете…
– Да что ты такое говоришь? Обыщи все дома! Ее здесь нет!
– А это что? – Сергей протянул ей окровавленную ткань – зловещее знамение, кровавый след.
– Не знаю…. У нас тут дикие места….
Сергей впился в её глаза, пытаясь увидеть правду, но наткнулся на каменную маску безразличия, скрывающую пропасть лжи. Он не верил ей. Слишком явным было ее замешательство, слишком фальшивой улыбка.
Он сжал кулаки, сдерживая ярость.
– Хорошо, Галина, – медленно проговорил Сергей, словно удав, готовящийся к броску. – Я вам поверю. Но я обыщу каждый дом. Если найду хоть намек, что она здесь была, вам не поздоровится.
Галина пожала плечами и скрылась в своем покосившемся доме, словно призрак. Сергей проводил ее взглядом, полным ненависти и решимости.
Он начал с крайнего дома, словно археолог, раскапывающий руины, вглядываясь в каждый уголок. Сараи, погреба, колодцы – самые темные уголки забвения. Ничего. Лишь пыль, паутина и запустение – безмолвные свидетели трагедии. Надежда таяла, словно утренний туман, но он не сдавался. Он должен найти ее.
В каждом дворе его встречала тишина и запустение – "кладбище надежд". Скрипели петли, осыпалась штукатурка, витал запах гнили и сырости – запах смерти и забвения. Время замерло, оставив лишь воспоминания о прошлой жизни.
Но Оксаны не было. Она испарилась.
Отчаяние сдавило горло, словно железный обруч. Он чувствовал, как земля уходит из-под ног, как рушится мир. Неужели он опоздал? Неужели он потерял ее навсегда? Эта мысль вонзилась, словно осколок стекла. Он не допустит этого.
Собрав остатки сил, он вернулся к дому Галины, словно мотылек на огонь. Там его ждали отец и Агата, словно зловещие тени.
– Ну что, нашел? – ухмыльнулась Агата, и в голосе послышалась злорадная ирония, смех гиены.
– Нет….
– Ее здесь нет….
Николай подошел и похлопал сына по плечу, словно утешая обреченного.
Сергей посмотрел на отца, затем на Агату, в чьих глазах читалось полное равнодушие к пропаже Оксаны.
– Мы едем, Сергей, – сказал Николай, отводя взгляд. – Мы проиграли одно сражение, завтра будет другое….
Мужчина покорно поплелся за отцом, словно бредущий на казнь.
Внедорожник взревел мотором, вырываясь из оцепенения Вдовьего Яра, словно раненый зверь. Сергей смотрел в мутное стекло, не видя ничего, кроме окровавленной кофточки Оксаны, клейма на сердце. Он не понимал, как он мог так просчитаться, приняв ложь за истину. Злоба клокотала внутри, яд в крови. Он должен был настоять, перевернуть каждый камень, пройти сквозь огонь и воду.
Машина выехала на трассу, и скорость немного успокоила нервы, бальзам на душу.
Дома Сергей первым делом зарядил мобильный телефон Оксаны, последнюю надежду. Экран ожил, и он, затаив дыхание, стал просматривать сообщения и звонки. Ничего, что могло бы пролить свет на черную тайну. Сообщения – общие чаты, пустые страницы. Галерея – фотографии природы, селфи Оксаны, призраки прошлого.
Звонок от некой Риты разорвал тишину, гром среди ясного неба.