Ты просто хочешь взбодриться. Выпиваешь банку-другую энергетика перед тренировкой. Потом берёшь его же в клуб, чтобы не уснуть. Потом — смешиваешь с алкоголем. А потом удивляешься: почему тревога, бессонница, скачки давления, срывы и странная усталость?
Психиатр-нарколог Игорь Лазарев предупреждает: зависимость часто начинается с того, что “не считается” настоящим веществом. Но мозг думает иначе.
Энергетик — это уже стимулятор
По классификации ВОЗ, кофеин — психостимулятор, и зависимость от него официально зафиксирована в системе F-кодов. Лазарев объясняет:
«Есть люди, у которых толерантность к кофеину растёт очень быстро. Им нужно всё больше. Они уже не могут начать день без дозы. Это уже зависимость».
Особенно опасны предтренировочные комплексы: помимо кофеина в них может быть псевдоэфедрин — более мощный стимулятор, запрещённый во многих странах. В комбинации с сахаром и таурином такие смеси дают удар по сердцу и поджелудочной. Бывали случаи, когда у молодых людей развивался панкреонекроз — фактически отказ поджелудочной железы.
Самая опасная “легальная” смесь — алкоголь + энергетик
«Алкоголь и энергетик — это качели. Один разгоняет, другой тормозит. И мозг рвёт на части», — говорит Лазарев.
Раньше такие смеси продавались в готовом виде. Сейчас их нет, но традиция жива — виски с колой, ром с энергетиком, коктейли в клубах.
Проблема не только в двойной нагрузке. Газировка усиливает всасывание алкоголя, а кофеин маскирует эффект опьянения. Человек не чувствует, насколько он пьян, и выпивает больше. Это прямой путь к передозировке, острой интоксикации и поражению печени, почек, сосудов и сердца.
«Многие ищут “удар по мозгам”, — говорит врач. — И смешивают вещества, не понимая, что цена — здоровье».
Долгоживущий алкоголик — исключение, а не модель
У каждого найдётся знакомый, который «всю жизнь пил, курил и дожил до 90». Но это не аргумент.
«Это называется бытовое пьянство, а не алкоголизм. Такой человек может пить регулярно, но у него нет симптомов зависимости: нет похмелья, тяги, сужения интересов, потери контроля. И, скорее всего, у него нет генетической предрасположенности», — объясняет Лазарев.
У алкоголика всё развивается иначе: дозы растут, похмелье усиливается, интересы сужаются, жизнь подчиняется только веществу. Наступает момент, когда никакие проблемы — ни здоровье, ни угрозы, ни потери — уже не останавливают. Он будет пить несмотря ни на что.
Почему одни спиваются за год, а другие — нет?
Ответ — генетика и психика.
Есть гены, которые регулируют метаболизм алкоголя: у одних людей алкоголь распадается быстрее, у других — медленнее. Есть нации, у которых срабатывает “защита”: алкоголь вызывает моментальное отвращение. А у других — наоборот: он усваивается слишком хорошо, и тяга формируется быстрее.
Но есть и вторая часть — дофамин, серотонин, слабая кора мозга. Это то, что делает человека импульсивным, тревожным, зависимым. И если совпадают биологические и психологические уязвимости, зависимость развивается стремительно.
«Алкоголизм — это психическое заболевание. А не просто “привычка пить”», — подчёркивает врач.
Ум — не защита от срыва
Ты можешь быть профессором. И всё равно идти за бутылкой.
Ты можешь знать, как работает дофамин. И всё равно не остановиться.
«Импульсивность никак не связана с интеллектом. Ты всё понимаешь — но тебя “накрыло”», — говорит Лазарев.
Он учит пациентов выдерживать паузу. Решил выпить в шесть — попробуй в семь. За это время можно включить мозг: переключиться, сделать дыхание, холодный душ, спорт, разбор последствий. Важно не дать первому импульсу захватить сознание.
«Ты думаешь: “выпью — станет легче”. Но не прокручиваешь до конца. Выпил — ушёл в запой. И это повторяется».
Каждая зависимость начинается с уверенности в контроле. Но когда ты замечаешь, что тяга уже управляет тобой — часто бывает поздно. И дело не в том, сколько ты пьёшь. А в том, можешь ли ты остановиться.
Полный подкаст можно посмотреть по ссылке
Следите за нами в социальных сетях:
Наши каналы в дзене:
- Про науку
- Про бизнес
- Про здоровье