Медсестра, которую Марина особенно любила (та удивительно хорошо делала массаж, у стариков сразу переставали болеть плечи) – заглянула в комнату.
Людмила Сергеевна хотела, чтобы ее пожертвования оставались для обитателей дома престарелых анонимными, но невесть откуда все всё знали. Известно было и то, что, если бы не Марина, не появилось бы тут такого мецената. Меценатши.
- Марина Ивановна, – медсестра была растеряна, – Нам пианино привезли... Правда-правда...
- Я же помню, что оно было в рекламных проспектах. Сама смотрела...
- Ну, там для красоты всего лишь...Может, когда-то и стояло здесь, а только, когда я устроилась – его уже не было. А может, и не существовало того пианино никогда, на компьютере смонтировали. А сейчас грузчики занесли настоящее... Его теперь никто не отнимет. Наше будет... И еще книг принесли в библиотеку новых. Несколько ящиков. Там и любовные романы, и классика, и детективы. Старушки наши чуть не плачут от счастья. Телефоны, конечно, почти у всех есть, но у многих дешевые, кнопочные... Да и старикам с экрана читать трудно. А тут такая роскошь – книжки...
- Все правильно. Мы – читающее поколение. Интернет только на закате жизни увидели. А пианино... У нас кто-нибудь умеет играть, Клара?
Девушка запнулась, потом все-таки сказала:
-Не знаю насчет стариков, но я умею...немножко. Мама заставила музыкальную школу окончить в свое время. Правда, с тех пор как пошла в медучилище, за инструмент не садилась. Но не могла же я совсем все забыть... Собачий вальс уж точно сыграю, наверное, и что-то посложнее. Надо дома посмотреть ноты...
Клару позвали, но Марина успела, возвысив голос, успела сказать ей вслед:
- Через несколько дней устроишь нам концерт....
Самой ей хотелось плакать. Подруга Людочка, которую она знала долгие годы, вовсе не была богачкой. И даже если свалились на нее откуда-то шальные деньги, она могла бы потратить их на себя. У каждого, если разобраться, столько нужд наберется, столько нереализованных желаний... Можно дачу купить, или съездить в хороший санаторий, а может быть, просто отправиться путешествовать. Полечиться тоже можно – от и до... Вставить дорогие зубы, оплатить опе-рацию на глаза...Вложиться в бизнес сына Олега, да просто накупить себе шмоток....Людочка же облагодетельствовала столько человек... И хотела все сделать тайком, чтобы ее не благодарили, не прославляли...
Марина вспомнила, как читала про одного самарского купца. Тот тоже щедрой рукой жертвовал на школы, больницы, приюты, храмы. Когда же те люди, кто вел сбор денег, просили его указать точную сумму – для отчета (все меценаты это делали – и гордились, кто больше дал), купец только рукой махал: «Запишите сколько-нибудь. Бог знает, а я и не помню...»
*
...Людмила Сергеевна готовила завтрак. На душе у нее было спокойно. Когда-то она сказала правду, что не боится старости. Во всяком случае – пока. Ее возраст принято было называть «серебряным», но Людмила Сергеевна чувствовала себя так, словно пребывала в поре золотой осени. Вокруг стояла ясная и еще теплая погода, удивительно яркое синее небо было над головой, и вдыхала она хрустальной ясности воздух. Морозы и долгие ночи без сомнения настанут, но Людмиле Сергеевне хотелось верить, что до этого еще далеко.
Рано утром Людмила Сергеевна варила себе только чашку кофе – для бодрости. Завтраком она это не считала, скорее - лека-рством, поднимавшим жизненный тонус.
Есть она садилась гораздо позже, и тогда над столом поднимался вкусный запах горячих булочек с корицей. Масло в фарфоровой масленке, сыр «со сле-зой», тонкие ломтики лимона, чай с травами – Людмила Сергеевна не спешила. Выйдя на пенсию, она вообще приучила себя наслаждаться моментом.
Наверное, рано или поздно у нее появятся внуки, Олег станет привозить детей, тогда так спокойно не посидишь. И никуда не денешься – бабушка.
Но пока...
Олег – легок на помине – явился в непривычно ранний час. В последнее время он жил у своей девушки Юли и мать вниманием не жаловал. Людмила Сергеевна этому была отчего-то даже рада.
Внешне сын тоже изменился к лучшему. Наверное, Юля постаралась, чтобы ее избранник выглядел «престижно». Легкая куртка, которая тем не менее, смотрелась дорого, ботинки из мягкой кожи... Сын был чисто выбрит и в парикмахерскую, судя по всему, заглядывал совсем недавно.
Людмила Сергеевна решила – Олег заглянул для того, чтобы что-то взять из дома. Удачно он угодил - прямо к завтраку.
- Садись, я налью тебе чаю...
Она не проявила особой нежности при виде сына – в их маленькой семье это было не принято. Людмила Сергеевна не удивилась бы, если бы сын буркнул, что ему некогда, взял из шкафа какие-нибудь документы или вещи, и тут же исчез бы.
Но к ее удивлению, нынче он разглядывал мать как-то странно – точно искал в ней следы дряхлости или болезни. Не нашел и сказал со вздохом:
- Отлично выглядишь, мама...
Людмила Сергеевна повела плечом – мол, как всегда...
- Булочки еще теплые – с корицей и изюмом. Перекуси.
Теперь Олег оглядывал кухню, как будто видел ее впервые. Осматривал потолок, стены...Придраться тут тоже было не к чему. Раз в семь-восемь лет Людмила Сергеевна делала ремонт.Кто-то назвал бы его «бабушкиным», но пожилой женщине нельзя было отказать в наличии вкуса. И многим – даже молодым – обстановка в ее квартире весьма даже нравилась. Этакий стиль «ретро».
Но теперь при взгляде на Олега Людмиле Сергеевне почему-то вспомнились риэлтеры.
– Тебе, наверное, тяжело жить одной, – вдруг сказал Олег.
Людмила Сергеевна удивленно вскинула брови. Мол, с чего бы такие разговоры?
- Да приятель на работе рассказал жут-кий случай, никак из головы не идет. Была у него тетушка в годах... Старая дева. Одна жила, все никак не могла решиться – кому оставить квартиру. Думала, что на ней все хотят нажиться – знаешь, такой старческий бзик. Перестала родным звонить, к себе не приглашала. Ну, родственники и решили – раз мы ей не нужны, то не будем навязываться. И тоже не стали интересоваться ее делами.
А на днях соседи заметили...Понимаешь... Как бы тебе сказать, – Олег замялся, – Из-под двери... Плохой запах. Они связались с полицией, с родственниками... Догадываешься, в каком состоянии они нашли эту старушку? Мишка когда мне рассказал – я в себя прийти не мог. Подумал, что слишком редко тебя навещаю...
Людмила Сергеевна продолжала внимательно смотреть на сына. Она догадывалась, к чему он клонит.
- Нет, мама, я очень рад, что ты в отличной форме. Но некоторые вещи могут случиться даже с человеком, который внешне здоров. Причем случиться совершенно неожиданно. Тро-мб там какой-нибудь оторвется... И пиши пропало.
Над столом повисла пауза. Олег торопливо допивал чай.
- Ну что ж, – невозмутимо сказала Людмила Сергеевна, – Значит, такая судьба. Я вижу лишь один выход. Звони мне почаще...
- Ты так думаешь?, – Олег словно увидел «мостик» к тому разговору, из-за которого он сюда и пришел, – А мне, мама, было бы спокойнее, если бы ты находилась под присмотром. Чтобы рядом были врачи, которые в любую минуту готовы помочь.. И сверстники бы тебя окружали.
Людмила Сергеевна поверить не могла, что судьба способна на подобные шутки.
В общем, я присмотрел один хороший пансионат. Что ты скажешь, если я предложу тебе поехать туда – на пробу?... Его недавно обновили, отремонтировали, там теперь чудесно...
Продолжение следует