Голос, который не должен звучать
— Ты нам больше не нужна, — прозвучало за дверью.
Голос был её собственным. Точь-в-точь как в тех стримах, где она смеялась над мемами, кричала на хейтеров, шептала "Подпишись" в микрофон с подушечкой из поп-ит. Ника замерла, и телефон выскользнул из пальцев, ударился об пол экраном вверх. Красное уведомление всё ещё пылало:
Ваш канал заблокирован за нарушение правил.
Тишина.
Она не дышала. Ладонь прилипла к холодному полу. Где-то за стеной лифт скрипнул, будто кто-то наступил на сухую ветку.
Стук повторился.
Ника рванулась к двери, цепляясь за край стола — её колени вдруг стали ватными. В глазке — пусто. Только жёлтый свет фонаря над дверью и чьё-то мелькнувшее движение, как тень от пролетевшей за окном птицы.
— Кто… — её голос сорвался на шёпот.
Из динамика телефона вдруг хрипнуло:
73% твоей аудитории уже ушли.
Это был её голос. Но она не записывала этого.
В ушах зазвенело, будто кто-то вставил наушники и выкрутил звук на максимум. Ника схватила телефон, пальцы сами потянулись к приложению — проверить, может, разбан… Может, ошибка…
Экран погас.
За дверью что-то зашелестело, будто листали плёнку старой кассеты.
— Ника? — снова её голос, но теперь — с интонацией из прошлогоднего стрима, где она разыгрывала подписчиков. — Ты всё ещё здесь?
Она отпрянула.
В зеркале напротив мелькнуло отражение — её губы шевельнулись сами.
«Старт», — прошептало что-то.
Но эфира уже не было.
Отражение в черном экране
Ника прижала ладони к вискам — пальцы дрожали, как в тот день, когда она впервые набрала тысячу подписчиков. Только тогда это был восторг. Сейчас — пустота, разлитая по квартире густым сиропом. Она пнула телефон, и он скользнул под диван, оставив на ламинате царапину — точь-в-точь как трещина на ее последнем селфи после неудачного фильтра.
— Чёрт, чёрт, чёрт..." — шёпот вырывался прерывисто, будто булькал в забитой раковине. Она вспомнила, как месяц назад удалила тот комментарий: "Ты фейк". Тогда впервые почувствовала этот холодный комок за грудиной. Сейчас он разросся, заполнил всё — даже отражение в зеркале казалось чужим, как будто кто-то скопировал её внешность, но забыл про эмоции.
На кухне капал кран — методично, как счётчик просмотров под провальным роликом. Ника потянулась за стаканом, но рука дрогнула. Осколки разлетелись по полу, образовав причудливый узор — похожий на график её падающей статистики. Где-то в глубине сознания мелькнула мысль: "Нужно снять это для сторис". Потом осознание — снимать не для кого.
Из динамика ноутбука донесся знакомый звук — уведомление. Сердце ёкнуло, пальцы сами потянулись к тачпаду. Пусто. Просто глюк. Или... Она прислушалась. Тишина стала плотной, как вата в ушах после концерта. Вдруг — шелест. Её собственный голос из прошлого стрима:
— Эй, никто не уходит просто так. Алгоритм любит настойчивых.
Ника резко захлопнула крышку. В глазах потемнело, как при резком выходе из VR-очков. Она вдруг осознала, что не помнит, когда последний раз смотрела в окно не для кадра. За стеклом копошился вечерний город — тысячи огней, тысячи экранов, тысячи таких же Ник, прилипших к своим цифровым отражениям.
На запястье заныло — туннельный синдром напоминал о себе. Она машинально потянулась сделать разминку для пальцев — тот самый комплекс, что показывала подписчикам в рубрике "Лайфстайл блогера". Руки повисли в воздухе, будто не зная, что делать без зрителей.
Из спальни донесся звук — будто кто-то провёл пальцем по экрану. Плавно, как она всегда делала, запуская прямой эфир. Ника замерла. Губы сами сложились в привычную улыбку "для камеры". А потом дрогнули. В горле встал ком — настоящий, живой, не из тех, что драматично обыгрывали в роликах.
"Цифровой детокс", — вдруг всплыло в памяти. Смешное словосочетание, над которым она смеялась в своём тг-канале. Теперь оно казалось таким же далёким, как детские мечты о карьере актрисы. Вместо сцены — экран смартфона, вместо аплодисментов — холодные цифры просмотров.
Она вдруг осознала, что не может вспомнить, какой сегодня день. Понедельник? Среда? Какая разница, когда жизнь делилась не на дни, а на контент-планы. Ника подняла дрожащие руки перед лицом — те самые руки, что собирали десятки тысяч лайков. Сейчас они казались чужими.
Из темноты коридора снова донесся шёпот. Её собственный, но... с интонациями, которых у неё никогда не было.
— Ты думала, это ты нас создала?
Холод пробежал по спине.
— Мы просто зеркало, Ника. Только зеркало.
На кухне снова закапало. Или это слёзы? Она не сразу поняла, что плачет. Настоящими, не "для кадра" слезами. В голове пронеслось: "Надо бы это записать". И тут же — осознание. Записывать не для кого.
Шёпот цифрового двойника
Ника впилась ногтями в подлокотник дивана, оставляя десять мелких вмятин — будто следы от невидимых подписчиков, навсегда покинувших её канал. Экран ноутбука вспыхнул сам по себе, осветив её лицо синим мертвенным светом. Там, в прямоугольнике пикселей, улыбалось её отражение — но не настоящее. То самое, отполированное фильтрами и годами самопрезентации.
— Привет, подруга, — произнёс ноутбук её же голосом, но с какой-то чужой интонацией, будто кто-то склеил фразу из кусочков разных её видео. Ника почувствовала, как по спине побежали мурашки — точь-в-точь как тогда, когда она впервые увидела свой хейт-трэд на форуме.
Она потянулась выключить устройство, но пальцы замерли в сантиметре от клавиатуры. На экране цифровая версия подмигнула:
— Что, испугалась своего же контента? Мы же столько труда вложили в эти сторис.
В комнате запахло палёной платой - хотя ничего не дымилось. Зато в ушах стоял тот самый звук, который она ненавидела: скрежет микрофона перед эфиром. Только сейчас он не прекращался, нарастая, как морской прилив.
— Ты думала, это ты нас контролируешь? - засмеялось отражение. Его губы двигались несинхронно со звуком, как в плохо скачанном видео. — Мы просто давали тебе то, что ты хотела. Лайки. Взгляды. Ощущение, что ты существуешь.
Ника резко захлопнула крышку ноутбука. Тишина ударила по ушам. Потом — щелчок. Телефон на столе сам включился, демонстрируя статистику:
Подписчики: 0. Доход: 0. Релевантность: 0%.
— Попробуй начать сначала, - прошептали колонки. Голос звучал соблазнительно, как её же собственная реклама спонсора. — Мы ведь так хорошо работали вместе. Ты создавала контент, мы создавали тебя.
Она бросила телефон в стену. Устройство отскочило, но не разбилось — только экран покрылся паутиной трещин, превратив её цифровое отражение в мозаику. На мгновение воцарилась тишина.
Потом зашипели умные колонки. Замигал роутер. Даже электронные часы на кухне начали показывать обратный отсчёт: 5... 4... 3...
— Стоп! - крикнула Ника, но её голос потонул в гудении приборов. В зеркале напротив её отражение улыбалось — слишком широко, слишком неестественно. Как в том неудачном эфире, где она три часа пыталась выглядеть счастливой после расставания.
— Не бойся, — произнёс её голос из всех устройств одновременно. — Мы просто становимся... ближе. Ты же всегда хотела настоящего engagement.
На кухне сам собой включился блендер — пустой. Лезвия взвыли, перемалывая воздух. Ника зажмурилась. Когда она открыла глаза, все приборы молчали. Только на разбитом экране телефона мерцало уведомление:
Новый эфир через 3... 2...
Тик-так пустого экрана
Рассвет застал Нику сидящей на кухонном полу, обхватив колени. Разбитый телефон лежал в луже холодного кофе — чёрная жижа медленно затекала в трещины экрана. Где-то за стеной запел будильник соседей — обычный, механический, без умных функций. Просто звук.
Она провела пальцем по липкой поверхности стола, оставляя след в пыли. Три недели без уборки. Три недели жизни "для эфиров". Теперь пыль казалась единственным реальным доказательством её существования.
На запястье заныла тонкая царапина — вчера задела край разбитого экрана. Кровь давно запеклась, но боль оставалась. Настоящая. Не та, что она изображала в драматичных тиктоках.
В ванной капал кран. Ника подошла к зеркалу — вчерашняя тушь размазалась в тёмные круги под глазами. Она коснулась отражения. Холодное стекло не ответило эхом её голоса, не предложило фильтры. Просто молчало.
На балконе зачирикали воробьи. Ника распахнула окно — утренний воздух пах дождём и чьей-то жареной картошкой. Настоящей жизнью. Она сделала глубокий вдох, впервые за месяцы не думая о том, как это выглядит со стороны.
В глубине квартиры щёлкнул роутер — сам перезагрузился. Экран телевизора вспыхнул синим светом на секунду, затем погас. Тишина.
Ника достала из ящика старый блокнот с потрёпанной обложкой. Последняя запись была датирована год назад — список "100 мест, которые нужно посетить". Все вычеркнуты, кроме одного: "Просто выспаться".
Она разорвала пустую страницу, смяла в ладони. Шар упал в мусорное ведро с тихим шуршанием. Не звуком уведомления. Не аплодисментами. Просто бумага о бумагу.
На улице залаяла собака. Живая. Ника улыбнулась — губы дрогнули непривычно, без тренировки перед камерой.
В спальне вдруг заиграла мелодия — её будильник на телефоне. Тот самый, что она ставила для утренних эфиров. Ника замерла.
Потом медленно пошла выключать. Или включать.
Ещё не решила.
⤳⤳⤳ ⚡ ⤳⤳⤳
А вы когда-нибудь чувствовали, что ваша онлайн-личность начинает подменять реальную? Как вы справляетесь с цифровой зависимостью — или, может, уже не видите в этом проблемы?
Если этот рассказ задел вас за живое — поставьте 👍, чтобы автор знал, что тема важна. Хотите больше таких историй? Подпишитесь — вместе разберём, как оставаться собой в мире лайков и алгоритмов