Всё молчал - сам себе прав, Не скулил я на ваш порог, В оглавленьи моих глав Мой читатель один Бог. А хотелось кричать в тон, А хотелось завыть в высь, В колокольный уйти звон, Да сутулился тихо вниз. Да и чей тут ловить взгляд? Чьих пощечин любить звук? Они помнят лишь свой лад, Они сами себя ждут. Мне судья лишь она одна. В день, когда ей прочесть стих, Заблудит на земле весна, И я буду едва жив. Но я к ней припаду лбом И с колен не смогу встать. И завою я ей в тон "Благодать, благодать, благодать."