Июль. 2000 год. Родильный дом в городе Северске, Сибирь.
Скорая с воем подъехала к приёмному отделению. На каталке корчилась молодая девушка, не старше восемнадцати. Она кричала не столько от боли, сколько от паники и гнева.
— Тише, тише, всё будет хорошо, — успокаивала её акушерка, но та только выругалась в ответ.
Через час родильный зал наполнился первыми криками новорождённой.
— Девочка, — сдержанно сказал доктор. — Вот, смотри.
Девушка приподнялась, бросила взгляд — и тут же закричала, но теперь уже громче прежнего:
— Нет! Нет!!! — истошно завопила она, отшатнувшись от младенца.
— В палату её, — мрачно велел врач. — И медсестре сообщите. Пусть Полина разберётся.
***
— Полина Юрьевна! — с дрожью в голосе влетела в кабинет молодая сестра. — Случай какой-то… странный. Родила… и убежала.
— Кто родила? Куда убежала? — нахмурилась старшая.
— Девочка, лет восемнадцать. Её прямо с улицы привезли. У неё начались схватки, и... в общем, она родила негритянку. А потом увидела ребёнка — и как завизжит!
— М-да… — Полина Юрьевна встала, взяла халат. — В какой палате?
— Пятая.
Они вошли в палату. Внутри — разгром: простыни скомканы, халаты разбросаны, соседка в углу, дрожит, сжимая своего младенца.
— Где она?
— Убежала, — всхлипывая, сказала женщина. — Схватила мой халат и выбежала.
— Понятно, — тяжело вздохнула старшая. — Ладно. Успокойся, иначе молоко уйдёт.
Позже к Полине Юрьевне зашла секретарь из административного отдела.
— Там надо оформить свидетельство на новорождённую. Что с именем?
— Сейчас… — Полина взяла календарь именин. — Сегодня Надежда. Пусть будет Надя.
— А фамилия?
— Пусть будет Солнечная. Надежда Солнечная. Красиво звучит. Хоть имя у девочки будет светлым.
— Отчество?
— Денисовна. Записывай: Надежда Денисовна Солнечная.
Июль 2018 года. Детский дом №4, Северск.
Надя сидела у окна в холле и смотрела на ворота. Ей скоро восемнадцать. Детдомовская жизнь позади. Впереди — фабрика, общага, тяжёлые смены. Но разве может быть что-то хуже одиночества?
«Почему мир устроен так? — размышляла она. — Разве я виновата, что у меня такой цвет кожи? Мама — наверняка белая. А папа… кто знает. Может, какой-нибудь студент из Африки. Почему она меня бросила?»
Сколько себя помнила, её дразнили. «Чёрная», «обезьянка», «негритоска» — только не Надя. И лишь один человек относился к ней по-человечески: Тимур. Старше на три года, с кривыми ногами. Они дружили. Мечтали. Потом уехал — кто-то оплатил ему операцию, и он исчез из её жизни.
Первоклашкой она уже знала, что чудес не бывает. Но всё равно смотрела на ворота. Мечтала, что вдруг откроются — и кто-то её заберёт.
Когда начались уроки пения, Надя запела. Её голос был сильный и тёплый. Первое выступление — на городской площади. Потом — районные и областные конкурсы. Там она была в своей стихии.
Однажды, в 12 лет, её взяли на конкурс в Новосибирск. Радости не было предела. На том конкурсе победила девочка из богатой семьи — Света Флоренская. Дочь спонсора. Но после церемонии подошла, обняла и сказала: «Ты лучшая». Это был первый раз, когда Надя почувствовала себя настоящим человеком.
— Надежда! — окликнула её техничка. — Обедать идёшь?
— Уже бегу.
После обеда в комнате её ждала соседка:
— Надь, у меня Эдик в гости зайдёт… Погуляешь пару часиков?
— Ладно.
Она села на табуретку в конце коридора, у окна. Подперев щёку рукой, глядела во двор.
«Может, поступлю в училище. Там три места для нас, детдомовских. Хотя с математикой у меня беда. Наверное, на швейную фабрику пойду. Мы там уже на практике были. Платят хоть и мало, но жить можно. Может, накоплю когда-нибудь на квартиру…»
Заснула прямо на табуретке.
— Надя! — кто-то коснулся плеча.
— А? — она открыла глаза. Перед ней стояла воспитательница.
— Иди в комнату, твоего "гостя" я уже выпроводила.
— Спасибо…
Утренний свет заливал комнату. День начинался, как и все другие. Но на этот раз судьба приготовила сюрприз.
— Надя, к директору срочно! — позвала всё та же воспитательница. — Там какая-то странная женщина звонила. Сказала, перезвонит.
— Кто?!
— Сама не знаю. Держи телефон, она через двадцать минут наберёт.
Надя села в коридоре, держа в руках старый мобильник. Сердце колотилось.
Зазвучала мелодия.
— Я вас слушаю, — прошептала она.
— Это Надя Солнечная?
— Да.
— Это Света Флоренская. Помнишь меня? Конкурс, Новосибирск?
— Света?! Конечно помню!
— Ой, еле тебя нашла! Слушай, дело срочное. Мой отец сейчас руководит киностудией в Екатеринбурге. Снимаем фильм. Нам нужна красивая темнокожая девушка. Если ещё и поёт — идеально!
— Ты… про меня?
— Конечно! Ты можешь приехать?
— Но… у меня нет денег.
— Я тебе куплю билеты. Завтра вечером, с вокзала в Северске. Приедешь?
— Я… не знаю…
— Надя, ты хочешь сниматься в кино? Петь?
— Очень хочу.
— Тогда всё! Жди, я вышлю тебе билеты. Отчество?
— Денисовна.
— Тамара Алексеевна… — Надя вернулась в кабинет директора. — Меня зовут в Екатеринбург. На съёмки фильма.
— Что ты такое говоришь?!
— Помните, конкурс… Света Флоренская… её отец — директор киностудии.
— Надя, тебе восемнадцать. Решай сама, но подумай хорошенько.
— Я поеду. Я обязана попробовать.
У ворот детдома собрались все. Даже повариха Марина Павловна, которая вечно на неё ворчала, тихо вытерла глаза.
Старенькая "десятка" стояла под окнами. Надя обняла воспитательницу, воспитателей, подругу-соседку. Помахала на прощание, скрывая слёзы. И села в машину, уносящую её в другую жизнь.
Июнь 2022 года. Детский дом №4, Северск.
— Тамара Алексеевна! — вбежала воспитательница. — Надя Солнечная к нам едет!
— Правда? — глаза директора заблестели. — Всем сказать — порядок навести!
Надя подъехала в чёрной иномарке. У ворот толпились дети и сотрудники. Она вышла — как будто и не было этих четырёх лет. Обняла воспитателей, нянечек, повара, охранника. В глазах — слёзы и радость.
— Я три телевизора и семь ноутбуков вам привезла, — улыбнулась она. — Где разгружать?
На следующий день они ели в столовой, пили чай.
— Надя, мы все твои фильмы смотрели!
— Новые два скоро выйдут, — смущённо улыбалась она.
— Спасибо тебе за всё. И за технику, и за песни.
— Мы даже с детьми твои песни учим.
— А где ты живёшь?
— В Москве. Но часто в Екатеринбурге бываю. Там у меня подруга.
Три дня длилось её возвращение в прошлое. Потом снова — аэропорт, съёмки, студия.
Июль 2022 года. ЖКХ «Северская служба».
В коморке дворников — обед. Старенький телевизор тихо бубнит.
— Опять эту черненькую показывают, — сказала одна женщина.
— Говорят, она из Северска родом, — добавила другая.
— Ты слышала, Оль? — вдруг повернулась к третьей. — Ты ведь рассказывала, как родила в роддоме негритянку и сбежала. Это не твоя?
— Глупости… — буркнула Ольга. Но она пристально всматривалась в экран, а на глазах у неё были слёзы...
Иногда судьба подбрасывает испытания, чтобы проверить, достоин ли ты чуда. Надя, девочка, которую не хотели, прошла через боль и одиночество, но смогла не только выжить — а стать тем, кем всегда мечтала. И пусть у неё нет биологических родителей, у неё есть те, кто дал ей имя, воспитал и стал её настоящей семьёй.