Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене

Урбанизация по-берёзкински.

В посёлке «Берёзка» жили люди простые: лопату уважали, чеснок не боялись, воду из колодца хвалили. Но однажды грянуло новшество. Сельсовет получил письмо с заголовком: «Пилотный проект: Городские привычки — в каждый посёлок!» И подпись: «Общество продвинутых соседей и инициативных граждан (ОПСИГ)» — Это что, к нам урбанизация едет? — насторожилась Мария Петровна. — Я, между прочим, и без урбана неплохо варенье закрываю! Но инициатива пошла. Прислали инструктора — Дмитрия, молодого человека в кедах, с рюкзаком, где вместо хлеба были зарядки, флаер и бутылка с надписью "вода с интеллектом". — Теперь вы будете жить как в городе! — бодро начал он. — Утро — капучино, день — самокат, вечер — личные границы. Первым делом он повесил на клуб QR-код. — Для обратной связи, — сказал. На следующий день на коде кто-то приписал маркером: «А если у меня кнопочный телефон, у меня и мнения нет?» Затем Дмитрий организовал урбан-прогулку: маршрут между тремя лавочками и одной скамейкой с видом на забор

В посёлке «Берёзка» жили люди простые: лопату уважали, чеснок не боялись, воду из колодца хвалили. Но однажды грянуло новшество.

Сельсовет получил письмо с заголовком:

«Пилотный проект: Городские привычки — в каждый посёлок!» И подпись:

«Общество продвинутых соседей и инициативных граждан (ОПСИГ)»

— Это что, к нам урбанизация едет? — насторожилась Мария Петровна. — Я, между прочим, и без урбана неплохо варенье закрываю!

Но инициатива пошла. Прислали инструктора — Дмитрия, молодого человека в кедах, с рюкзаком, где вместо хлеба были зарядки, флаер и бутылка с надписью "вода с интеллектом".

— Теперь вы будете жить как в городе! — бодро начал он. — Утро — капучино, день — самокат, вечер — личные границы.

Первым делом он повесил на клуб QR-код.

— Для обратной связи, — сказал.

На следующий день на коде кто-то приписал маркером:

«А если у меня кнопочный телефон, у меня и мнения нет?»

Затем Дмитрий организовал урбан-прогулку: маршрут между тремя лавочками и одной скамейкой с видом на забор.

— Это маршрут рефлексии, — пояснил он. — Здесь вы просто гуляете и ничего не делаете.

— А мы и так ниче не делаем, но при этом огород поливаем, — сказал Николай Аркадьевич. — Так что у нас — турбо-рефлексия.

Дмитрий не сдавался. Он открыл коворкинг в старом сарае. Притащил туда Wi-Fi-роутер, кофе в пакетиках и написал на двери:

«Точка роста идей»

На третий день зашёл туда Зюзин. Посидел, выпил кофе, подумал… и предложил выращивать на подоконнике редиску "по подписке".

— Это не коворкинг, это огуркинг, — бурчал Профессор.

А уж когда Дмитрий предложил заменить баню на мобильный спа-модуль (то есть душ в палатке), Петровна не выдержала:

— Сынок, у нас баня с 1954 года, и всё работает! Там, между прочим, моя бабка медведю спину парила — и он благодарен ушёл!

Апогеем стал мастер-класс «Город без заборов».

— Заборы — это символы недоверия, — вещал Дмитрий. — Давайте откроемся миру.

На следующее утро забор Профессора стоял… но с табличкой:

«Мир, я тебя вижу. Но куры — не пацифисты»

Через неделю Дмитрий уехал. На прощание оставил письмо:

«Вы самобытны, но упрямы. Ваша урбанизация — с хрустом капусты».

С тех пор на клубе висит табличка:

«QR-коды и самокаты при себе не носить. Без надобности».

А вместо «коворкинга» открыли «Закатную» — место, где собираются, закатывают банки и обсуждают жизнь.