Роман шел по родному предприятию так, словно инспектировал подконтрольную ему территорию городской пожарный инспектор или сам директор вышел проверить деятельность вверенного ему предприятия. Он важно здоровался со всеми, и, крепко сжимая в руках пассатижи, приветственно махал рукой сотрудникам, не иначе как президент государства, спускающийся по трапу самолета на красную дорожку принимаемой стороны с оркестром. На всех и все он смотрел свысока. Говорил всегда вдумчиво, монотонно, вальяжно расположившись на стуле, усталым голосом заслуженного деятеля культуры, знающего то, что другим смертным не подвластно.
Даже собаки, охраняющие территорию при виде его садились в ряд, и высунув языки смирно ждали, когда он скроется из виду.
Манера его высокомерного поведения касалась не только работы, но и дома. Родители ждали его вечерами с пышными пирогами и тефтелями на ужин, и, не дай бог, если что-то было не так. Семье больше часа приходилось выслушивать назидательные нотации сына.
Ему нравилось исключительное внимание к его особе. Все должно было вертеться вокруг него. Он центр вселенной, солнце, ядро, а все остальные простые винтики, вращающиеся рядом. Выращенный мамой и бабушкой в любви и неге, он давал указания на следующий день, контролируя выполненную работу. Это мешало ему знакомиться с девушками. Вернее не мешало, а отбивало всякое желание. Так как заботиться о других не входило в число его необходимых действий, а тратить деньги на лишнего человека, было делом весьма непристойным в его понимании. Каждую копеечку он старался отложить не черный день. В его руках любой предмет, самый ненужный становился ценным и использовался по назначению. Мастер на все руки, он собирал старые магнитофоны, технику, собирал из них новое изделие, а ненужные запчасти сдавал, как лом.
Второй час менял он подшипники в старом двигателе, который сняли два дня назад. Его лицо напряженно нависало над механизмом и он закусывал верхнюю губу в глубоком творческом порыве... Работа в данной строительной фирме ему нравилась, но давно не устраивала. Довольно много выездов на дальние участки, беготни и ненужных проблем. Он считал, что за такие усердия должны платить и зарплату достойную, но руководство не торопилось с таким решением, поэтому приходилось мириться. По крайней мере - пока. Несколько раз он заводил вопрос о повышении гонорара за службу, а его слушать не стали. Это оскорбляло достоинство и ранимую душу мужчины. Поэтому старался всячески отлынивать от работы, скрываясь в подсобке за железным шкафом с инструментами.
На старом скрипучем стуле, приходилось сидеть тихо, чтобы его не засекли. Не найдя электрика, рабочие матерились и бежали дальше по заводу искать так необходимой помощи.
Ему бы посидеть в подсобке, помечтать о высоком, а тут все время суета, тревога, кричат: беги, спасай цех от темноты, мониторы от сбоя, меняй лампочки, тащи лестницу. А бывают такие моменты, когда требуют и канализацию прочистить, и воду подключить, заменяя сантехника. Вот к примеру, как сегодня.
- Я что вам, рыжий, за всех отдуваться? Ну, вообще ни во что не ставят его специальность. Ведь в трудовой ясно написано – электромонтер... – Возмущался он, краснея от натуги, выпучив глаза, словно вареный рак. - Надоело это нытье по поводу плохой работы системы отопления или вентиляции. А кто в этом виноват? Смонтируйте новое. Не можете? Кто вам будет все это делать? Опять я, Роман Алексеевич. Нужный человек, а вы не цените такого уважаемого работника!
Так уважайте же меня, проявите заботу о молодом работнике, выпишите премию, оцените достойно труд человека. – Примерно такие мысли крутились в его голове.
Ссылаясь на непристойное поведение начальства, он обдумывал сменить место работы.
Для этого позвонил своему давнему знакомому, работающему на соседнем большом заводе. И чисто в дружеском разговоре понемногу расспрашивал о его работе, вроде как интересовался жизнью, а сам мотал на ус: условия, время работы, плюсы и минусы. Говорить в открытую, что он мечтает, просто горит желанием быть рядом с другом, не хотелось.
Он уже несколько раз закидывал удочку, выспрашивая о зарплате и условиях труда, но тут - же говорил, что платят мало – не ценят своих работников и оставался при своих интересах.
Но в последнее время, он чаще стал интересоваться данной вакансией, даже выпросил номер телефона отдела кадров.
- Может, позвоню.
Через некоторое время на телефон друга пришел звуковой отчет.
-Прикинь! Сижу тут, думаю, дай- ка позвоню в отдел кадров. Как там этот телефон 8-9125-144- 42-50. Вроде бы он. Да, точно он. Запомнил, вишь, какая память у меня хорошая, мне бы преподавателем работать. Думаю, посмотрю воочию, как с уважаемыми людьми у вас разговаривают. Ну, позвонил: «Здрасьте», - говорю. Там конечно связь такая плохенькая была, тетенька раздраженная ответила, видимо где –то в катакомбах находиться, говорит еле-еле, слышит плохо. Или чай не допила.
- Какая вакансия вас интересует? – Спрашивает.
- Электромонтер! И зарплату сразу озвучьте.
- Пятьдесят.
- Это на руки?
- Нет, еще тринадцать процентов вычетов.
- Что? Сколько это будет?
- Сорок с копейками.
- Только сорок выходит? А жить мне как на эти деньги?
- Ничем вам помочь не могу.
Она еще такая раздраженная , - он изменил голос, пародируя тон женщины, – сорок три пятьсот будет, говорит.
- Ясно , - говорю, - все, спасибо.
При таком качестве разговора, такие ответы фееричные услышал, типа от…сь. Понимаешь? А кто тогда у вас будет работать при таком раскладе? Это же просто дико. Сидит там какая – то мышь серая, затертая , кроме ручки и чая с печеньем ничего тяжелее в руках не держала и пи…т работяге через губу накачанную. Вот пусть на этот номер ее, возьмет и позвонит кто нибудь из администрации завода, лучше директор, и посмотрит, как с людьми его работники разговаривают. Менеджеры долбанные. Она думает, что пуп земли за столом сидит? Я может быть и пошел бы туда работать, но с таким отношением ко мне, работяге, я не готов мириться.
Качество общения у них совсем хромает. Какой она специалист по кадрам? Наверное, сидит там в подсобке кассиром, деньги выдает, и ей дали по совместительству отвечать на эти звонки. Побочный заработок, так сказать. Вот как мне, электрику, приходиться иногда сантехником поработать...
Это же черте что! Получается она вообще не заинтересована, чтобы ее отвлекали по поводу вакансий, тогда за что она деньги получает?
Возмущению его не было предела, и он пошел искать лучшей доли в ЖЭКе. Все бы хорошо, работа рядом с домом, пройти два квартала и ты на месте, только эксплуатационное хозяйство имело слишком много подотчетных домов и спать работникам не давало, спасая жильцов от остановки лифта, поломок щитков, отключения квартир.
- Много у вас работы, много. А зарплата?
- Как на духу – сорок на руки.
- Зарплата у вас, я вам так скажу, курам на смех работы: во! - Он показал рукой выше головы, - а оплата, копеечная. Сами тут справляйтесь, без меня.
Он важно вышел из кабинета управляющего.
- Не ценят нынче рабочего человека, опускают ниже плинтуса. Сами надрывайтесь.
Он со всего маху плюхнулся на свой стул за шкафом, тот мигом разлетелся вдребезги не выдержав веса хозяина. Потирая ушибленную спину, раздраженно отбросил сломанные ножки в сторону.
- Зараза. И ты против меня идешь. – Подумал немного. – Видел я вчера на мусорке кресло стоит. Пойду, заберу. Очень даже неплохо оно будет здесь смотреться. И мягко, и не скрипит. И намного крепче, чем ты, дружок! Так что еще посидим!