Служили два товарища. СССР, 1968. Режиссер Евгений Карелов. Сценаристы Юлий Дунский, Валерий Фрид. Актеры: Олег Янковский, Ролан Быков, Владимир Высоцкий, Ия Саввина, Анатолий Папанов, Николай Крючков, Николай Бурляев, Алла Демидова, Ростислав Янковский, Роман Ткачук и др. 22,5 млн. зрителей за первый год демонстрации.
Режиссер Евгений Карелов (1931–1977) за свою, увы, недолгую жизнь успел поставить всего девять полнометражных фильмов разных жанров, пять из которых вошли тысячу самых кассовых фильмов СССР («Яша Топорков», «Третий тайм», «Служили два товарища», «Дети Донкихота», «Высокое звание»), а два – в 100 самых популярных советских телефильмов («Семь стариков и одна девушка», «Два капитана»).
...Интеллигентному фотографу Андрею Некрасову (Олег Янковский) и борцу за коммунистическую идейность Карякину (Ролан Быков) приказано провести воздушную разведку накануне штурма Перекопа осенью 1920 года. Но одного из них уже ждет пуля гвардии поручика Бруснецова (Владимир Высоцкий)...
Замечательный сценарий Ю. Дунского и В. Фрида. Блестящие актерские работы. Да и Евгений Карелов («Два капитана», «Высокое звание» и др.) ни до, ни после этого фильма не добивался, по-моему, такого художественного результата.
В иронично-комедийных сюжетных поворотах отчетливо видна трагедия русской нации, беспощадно разделенной на красных и белых. Эта тема достигает кульминации в знаменитом эпизоде с самоубийством героя Высоцкого на палубе парохода, взявшего курс на Стамбул...
И в зрительской памяти еще долго будут «прокручиваться» кадры с бруснецовской лошадью, обреченно рассекающей холодные морские волны...
В годы выхода этого фильма в прокат «Спутник кинозрителя» отозвался на него банальной, наполненной идеологическими стереотипами рецензией кинокритика Владимира Шалуновского (1918–1980), где в рекламном духе утверждалось, что «кроме знакомства с рядом ярких персонажей, зрителя ожидает в этом фильме напряженное действие, обилие острых ситуаций, впечатляющие батальные сцены» (Шалуновский, 1968: 13).
Традиционный для тех времен анализ драмы «Служили два товарища», как рядового фильма на «историко–революционную тему» был дан и в статье кинокритика Анри Вартанова (1931–2019) (Вартанов, 1969: 134–138).
Очень тепло отозвалась о картине «Служили два товарища» кинокритик Татьяна Хлоплянкина (1937–1993). Правда, на мой взгляд, автор слишком много внимания уделила актерской игре Р. Быкова, лишь вскользь похвалив О. Янковского и практически «не заметив» блестящую игру В. Высоцкого и А. Демидовой… О горькой сути этого замечательного фильма, практически открытым текстом выступавшего против братоубийственной гражданской войны, в рецензии, конечно же, тоже ничего не говорилось (Хлоплянкина, 1969: 70–74).
В своей объемной статье о фильме «Служили два товарища» киновед Марк Зак (1929–2011), напротив, обратил внимание читателей журнала «Искусство кино», что «мысль о классовом в человеке и о человеческом в классах, о праве на жестокость и о неизбежных жертвах ее звучит в атмосфере открытой социальной битвы, когда есть только два разных полюса, два лагеря — «мы» и «они» (Зак, 1968: 20).
Но вот далее Марк Ефимович, на мой взгляд, слишком резко отозвался об одной из самых лучших актерских работ Олега Янковского (1944–2009): «Исполнитель роли О. Янковский, общаясь с партнерами, решает трудную задачу, когда приходится больше слушать, чем говорить. Он сохраняет невозмутимость в острых приключенческих ситуациях и экономно расходует актерское обаяние, приберегая единственную улыбку для последнего кадра. Актер, несомненно, вызовет к своему герою симпатии зрителей. Но ограничения, видимо, излишне жестко заданные режиссурой молодому исполнителю, не прошли бесследно. О. Янковскому не удалось по–настоящему передать человеческой значительности образа, а потому трагической развязке судьбы героя недостает глубокого драматизма» (Зак, 1968: 21).
Театральный критик Наталья Крымова (1930–2003) писала, что «никто не ждал, что поручик Брусенцов в фильме «Служили два товарища» станет столь глубоким актерским созданием. Партнеры говорят, что все произошло от совпадения роли со стихийным, «нутряным» темпераментом Высоцкого. Стихия в нем, действительно, жила. Но, как обнаружил экран, было и другое. Равнодушие ко всем накопленным в подобных ролях приемам; способность пройти мимо этих штампов, даже краем их не зацепив, в момент наивысшего буйства темперамента — подсознательное ощущение кинокамеры и той точной меры, которая нужна кинопленке. Все это есть не что иное, как высший актерский профессионализм. … Высоцкий играл трагедию, безо всяких на то поправок, — крупно, резко, до конца. Роль Брусенцова осталась лучшим его созданием на экране» (Крымов, 1984).
С Н. Крымовой согласен и филолог Александр Соколянский, утверждая, что «лучшего из белых офицеров, мне памятных, сыграл Владимир Высоцкий в фильме «Служили два товарища». Высоцкий вообще не очень умел видеть в персонаже «другого человека»: это было не дефектом, но свойством актерской натуры (в песнях он делал это легко и превосходно). То, что не выходило у него «от себя», получалось средне; то, что выходило (Гамлет, Жеглов, Свидригайлов), отдавало гениальностью. Роль в «Двух товарищах» гениальной не стала, но оказалась едва ли не единственной в своем роде. Высоцкому не понадобилась ни одна из шаблонных маркировок «хорошего белого» — он не наделил своего героя ни чувством ностальгии, ни изяществом манер, ни героическим пессимизмом. Он взял простую тему: мужественный человек должен потерять все, что было важным, родным и радостным. Нарушить присягу, бросить любимую, застрелить боевого друга (в фильме никого из персонажей не жаль так, как коня Абрека). И после всех этих саморазрушительных измен покончить с собою» (Соколянский, 2004).
И уже в XXI веке лихой кинокритик Денис Горелов напишет, что «став величайшим художественным памятником русской революции с ее пафосом и мародерством, мечтами о всеобщей сытости и штанами из мешковины, голодухой и кинематографом, отчаянным героизмом и пустяшными смертями, «Служили два товарища» оказались и последним ревизионистским фильмом, пропущенным на экран в пору краткой раннебрежневской оттепели–2 (1964–1968). «Бег» был уже не в счет: честь и достоинство генералов Чарноты и Хлудова ничем не умаляли советской власти. Оба они были капитулянтами и болельщиками тараканьих бегов» (Горелов, 2018).
Киновед Ирина Марголина написала об этом фильме более академично: «По устройству нарратива фильм вписывается в ряд фильмов 1960–х с их бесконечными прогулками, хождениями, поисками смысла и рефлексией, где на пути героев встречаются разные люди и ситуации, «случайность» которых определяется отсутствием заданного направления. Герои Быкова и Янковского большую часть времени идут, один болтает, другой помалкивает… В фильме задана историческая дистанция, существует тут и пункт назначения, но логика случайности не отменяется, она подменяется логикой авантюрной. … В силу заданной дистанции рефлексия в чистом виде невозможна, но есть возможность зазора, потери связи, соотнесенности героя с миром второго плана, которые придут на экран в эпоху застоя» (Марголина, 2018).
Сегодня «Служили два товарища» – один из обсуждаемых зрителями фильмов:
«В этом фильме и белые, и красные показаны как люди самых разных характеров, без привычных идеологических клише: плохой–хороший. Для советского кино это было совершенно нетипично, поражало и заставляло о многом задуматься. Сейчас же о гражданской войне можно узнать практически все – было бы желание. Очень жаль, что многие до сих пор мыслят теми же советскими однолинейными категориями, только поменяв знаки с плюса на минус: белые такие душки, а красные – изверги рода человеческого... Такой примитивный подход не поможет понять истоки и сущность великой трагедии России, какой и была гражданская война. Что же касается фильма, то он, безусловно, хорош, и вообще, может быть это лучший советский фильм о том времени» (Леонид).
«Фильм точно передает всю трагедию белого движения. … Здесь наконец–то показали белых нормальными людьми, у которых сердце болело за Россию. Недаром у Высоцкого эта роль была самой любимой в кино. Но больше всего меня заинтересовала игра Аллы Демидовой. Мастерски она показала комиссаршу, такую большевистскую фанатичку, у которой фанатизм перерос в маниакальную подозрительность. Как это она там с ледяными нотками: "Тихо, не надо так много говорить. Если виноваты, то умейте и умереть достойно". Главное сказала это таким спокойным, обыденно–бытовым голосом, как будто героев Быкова и Янковского не расстрелять хотели, а просто как нашаливших детей в угол поставить. Что за люди были эти красные. Как, что не осторожное слово вякнешь, так они сразу за маузер хватались: "Да ты, блин, контра!" Победа красных над белыми – это победа кровавого маразма над логикой и здравым смыслом» (Зия).