Петербург и вода: союз или угроза?
Санкт-Петербург изначально был устроен как город на воде: каналы, набережные и монументальная архитектура отражались в волнах, а горожане привыкли любоваться причудливыми переливами света на речной глади. Но и беда никогда не забывала о столице: Наводнения для Петербурга то же, что извержение Везувия для Неаполя. Одно не уступает другому – там огонь, здесь вода, – и та, и другая стихия способны уничтожать всё на своём пути. Вопрос «союз или угроза?» давно снят: вода — это и дар, и испытание. Вековые наводнения не только разрушали здания и поднимали уровень воды на несколько метров, но и оставляли глубокий отпечаток в памяти городских жителей.
Крупнейшие наводнения в истории города
1824 год. В ночь на 7 ноября (по новому стилю) 1824 года Петербург пережил катастрофическое наводнение: шквальные западные ветра нагнали морские волны в Финский залив, и к утру вода из Невы вышла из берегов, сметая всё на своём пути. Уровень воды поднялся до отметки 4,21 м выше обычного, затопив кварталы и улицы по самую крышу. Число жертв точно неизвестно – упоминали от 400 до 4000 погибших. Город оказался в водной ловушке: реки и каналы слились в бурный поток. Ужас пережитого отразился в поэме А. С. Пушкина «Медный всадник», где наводнение предстало как живая, грозная стихия:
... Нева вздувалась и ревела,
Котлом клокоча и клубясь,
И вдруг, как зверь остервенясь,
На город кинулась. Пред нею
Всё побежало, всё вокруг
Вдруг опустело — воды вдруг
Втекли в подземные подвалы,
К решеткам хлынули каналы,
И всплыл Петрополь как тритон,
По пояс в воду погружен. ...
Поэт видел в стихии не просто природное бедствие, а нечто пугающее и неотвратимое — волны сметали дома, лодки, лавки, утаскивали людей с мостовых. Образ затопленной столицы стал символом беззащитности человека перед стихией.
1924 год. 23 сентября 1924 года Ленинград снова оказался под водою: летящая в дельту мощная нагонная волна при ураганном ветре подняла невесть откуда западные потоки воды. Город застал шторм врасплох – геофизики ещё днём отписывали, что «опасение за наводнение отпадает», когда ровно в полдень прогремел залп Петропавловской крепости. К вечеру под селевым приливом стояли улицы: на Стрелке Васильевского острова и на Адмиралтейской набережной, на Невском проспекте и в центре города вода по грудь. Вода поднялась примерно 3,7–3,8 м (рекордно за всю советскую эпоху) и за считанные часы смыла и затопила дома, лавки, мосты. По разным оценкам, погибло от нескольких сотен до полутысячи человек, десятки тысяч оказались лишены крова. На фото последствий наводнения 1924 г. видны завалы хвороста и досок, снесённого с набережных, полуутопленные дома и лодки среди остова города. В воспоминаниях современников звучат живые образы: маленький Вадим Шефнер в то утро услышал от бабушки первые предупреждающие слова – «если ветер не «завернёт» к вечеру, то добра не жди…». К двум часам дня пушечные выстрелы стали раздаваться каждые 15 минут, сигнализируя об очередном подъёме уровня. Люди тонули прямо на улицах, спасатели доставали из омутов утопленников, а ленинградские газеты едва ли писали о трагедии – не хотели пугать людей.
1955 год. Ленинград не знали покоя и через три десятилетия: 15 октября 1955 г. очередной шторм вновь привёл к подъёму воды до +2,93 м (над «ординаром»), став четвёртым по силе наводнением в истории города. Уникальность этого события в том, что синоптикам впервые удалось предсказать его заранее. Тем не менее за считанные часы вода затопила улицы, и снова жители вспоминали страшную 1924 год. Дончанка Тамара Васильевна и её внучка оказались в собственном дворе по пояс в воде, спасаясь от стихии: ««Картина была жуткая!.. Я видела бабушку: она шла по этой холодной грязной воде и несла на руках барашка, который бился в мешке и испуганно блеял»», – вспоминала свидетельница. Население нервно реагировало: на Невском выбрасывали вещи, мебель, покидали квартиры в спешке, как с тонущего корабля. Но в целом ущерб 1955 года оказался меньше, чем в 1824 и 1924, и по городу вскоре забыли об инциденте. Зато на политическом уровне этот шторм дал мощный толчок к началу реальных мер – через несколько лет после него в Генеральный план Ленинграда включили идею дамбы, а в начале 1970-х были подготовлены первые проекты её строительства.
2011 год. Наконец, в августе 2011-го завершилось строительство грандиозного комплекса защитных сооружений (КЗС) – прочной дамбы поперёк всего Финского залива. В тот же год город «слегка намочил» ливень осеннего циклона: 28 ноября барьер был полностью опущен при шторме, и затопило лишь те участки, которые не прикрывает дамба (например, парк «Сестрорецкие Дубки» у Кронштадта). В канун Нового года на 26–27 декабря Петербург накрыл двойной циклон – «Патрик» и «Квирин». Дамба была закрыта, но прибрежные части Васильевского острова всё же местами ушли под воду. У гидрометров зафиксировали новый «309-й» подъем уровня – до 1,70 м над ординаром (в Ломоносове и Курортах – под 2 м). То есть КЗС сработала – она защитила исторический центр и большую часть жилых районов, оставив затопленными лишь окраины, не включённые в периметр защиты.
Как менялся подход к защите: от молитв к дамбам
Веками Петербург был бессилен перед катаклизмами: «Вплоть до введения дамбы в 1975 г. с наводнениями ничего нельзя было поделать… «Народ зрит Божий гнев и казни ждёт», писала одна петербурженка. Люди действительно уповали на молитвы и иконы. Есть легенда, например, о бабушке из блокадного Ленинграда, которая в 1945 г. вышла в двор с иконой Николая Чудотворца и «последняя вода остановилась у её ног», а город уже обошёл стороной. Но без инженерии это чудо едва ли повторялось бы в XXI веке.
Проектно-технические решения появились задолго до наших дней. Ещё Пётр I задумался о подтоплениях: по его указанию низинные части Васильевского острова и Адмиралтейской стороны подсыпали землёй до отметки 3,2 м над устьем Невы. Петербуржцев пожалел и военачальник Бурхард Кристоф Миних: в 1727-м им был предложен «Пройакт, коим образом Санкт-Питер-Бурх противо разливания вод укрыть возможно» с обвалованием берегов дамбами до 4 м высотой. Однако при Елизавете и Екатерине II временно проводили сети каналов (Екатерининский, Обводный) в расчёте «отвести» воду из реки. Эти идеи оказались ошибочными – река ведь не «утекает» через каналы от шторма.
Настоящую конструкцию предложил только за границей работавший француз Пьер-Доминик Базен после катастрофы 1824 года. Он учёл, что главный враг – нагонная волна с финского побережья, и предложил перегораживать путь воде дамбой через Лисий Нос – Котлин – Ораниенбаум. Проект Базена предполагал пять плотин общей длиной около 24 км с проходами для судоходства и спуска воды. Это была радикальная идея – изолировать Невскую губу от Финского залива. Прошло почти два столетия, и эта «выстрелившая» мысль всё же воплотилась: современный КЗС проложен там, где планировал Базен.
В СССР над проектом начала работу в 1924 г. комиссия геологов, но военные годы (1941–1945) поставили проект на паузу. После войны, в 1966-м, заслуги ученых были учтены: новый Генплан Ленинграда включил «дамбу» как приоритетное сооружение. К 1971 г. «Ленгидропроект» разработал ТЭО и рекомендовал «западный» вариант через Кронштадт. Наконец, 2 августа 1979 г. ЦК КПСС принял постановление о строительстве защитных сооружений – и в октябре 1980-го началась главная стройка. Таким образом за десятилетия подход к стихии вырос «от молитв к дамбам»: если раньше вызов стихии толик верующих, то в XXI веке – дело техники и науки.
Современная система защиты (КЗС): как работает, спасает ли
Комплекс защитных сооружений Санкт-Петербурга – это и есть та самая дамба: герметичная гидротехническая перемычка от порта Бронка (бывшая усадьба Губернатора Кронштадта) на юге до Сестрорецка на севере. Шоссе вдоль дамбы соединило Кронштадт с материком, а специальные водосливные и судопропускные шлюзы поочерёдно закрываются при угрозе наводнения. Обычная последовательность: заранее подают сигнал тревоги, городской трафик останавливают, и мосты на дамбе поднимают над водой, после чего перекрываются ворота основных плотин. В результате безводная волна Финского залива останавливается у входа в Невскую губу.
За десять лет работы КЗС доказала свою эффективность: по официальным данным, около 30 морских наводнений было предотвращено благодаря этой защите. Шесть из последних восьми штормов не принесли городу и тени прежних бедствий – достаточно было вовремя перекрыть ворота дамбы. В то же время стоит признать: полностью от наводнений Санкт-Петербург ещё не избавлен. Периодические нагонные волны всё так же «выбрасывают» воду в устье Невы, и местами за пределами устья затапливаются участки прибрежных территорий. В конце 2011 г. во время штормов, несмотря на закрытые плотины, вода поднялась до десятков метров у Васильевского острова. Это показывает – дамба спасает центр и основные районы, но при сильных циклонах «края» города вне её периметра всё же остаются уязвимыми.
Петербург и вода сегодня: природа, город и будущее
Сегодня Петербург – город полноводный и уютный: реки и каналы украшают парки и кварталы, набережные обращены к воде, а легендарный Кронштадтский гидроузел давно стал новой визитной карточкой. Но вместе с тем перед северной столицей стоят новые вызовы. Климат меняется, и осадков в бассейне Невы станет больше: по прогнозам ученых, в ближайшие десятилетия увлажнение региона может резко вырасти. То, что выпаривается над Европой, может выпадать именно над Петербургом и Северо-Западом, повышая сток Невы и усиливая угрозу наводнений. Специалисты отмечают: при росте уровня моря и усилении циклонической активности наша дамба имеет физические пределы. Если придет «критическая ситуация» ситуация, когда в русле будет слишком много воды и её некуда будет сбросить, «даже дамба уже не спасёт», предупреждают гидрологи.
К тому же город лежит главным образом в пределах от 1 до 5 метров над уровнем моря, что делает его уязвимым к подъёму воды: исторический центр стоит почти «на воде». Подъём грунтовых вод, лавина осадков, зимние ледяные заторы – все эти факторы сочетаются и требуют новых решений. Урбанисты изучают, какие районы Петербурга наиболее рискованы (курортная зона и северные намывные территории подвержены береговой эрозии до 1,8 м в год), а какие находятся на «безопасных» высотах. Уже сейчас проводятся работы по укреплению берегов, улучшению дренажа и «зелёным технологиям», чтобы город мог спокойно уживаться с водой.
Вывод ясен: Петербург всегда будет городом на воде, и это его особенность, а не просто угроза. История учит нас не бояться стихии, а уважать её силу и подстраиваться. С появлением Комплекса Защитных Сооружений СПб битва с наводнениями стала более выигрышной, но никогда нельзя терять бдительность. И как в старинной поговорке – «Вода — это дар, но не стоит забывать о её силе». Будущее Северной столицы всё так же будет в значительной мере зависеть от климата и деятельности человека: как будут меняться реки, пруды и сам облик города – покажет время.
Если вам понравилась эта «водная» прогулка по истории Петербурга, подпишитесь на канал «59°57′ Код Петербурга» – впереди ещё много интересных рассказов об обаянии Северной столицы.
Теги: #Петербург #наводнение #история #КодПетербурга #дамба #вода