Отец спешит через галактику на встречу с дочкой, которую не видел с рождения. Рассказ в жанре фантастика с элементом психологического триллера.
🔔 Будь в курсе новых произведений.
⏮️ Начало рассказа.
- - - -
Глава 7.
Кевин стоял перед зеркалом, напевая себе под нос какую-то бессмысленную мелодию, которая сама собой засела у него в голове. Зубная щётка двигалась в такт, а он сам смотрел на своё отражение, пытаясь не думать о сне, который всё ещё витал где-то на краю его сознания.
Но вот его взгляд упал на подбородок. Щетина, отросшая и тёмная, явно была лишней. Он нахмурился, недовольно потрогал подбородок пальцами и открыл шкафчик над раковиной. Рука автоматически потянулась к полке, где обычно лежала бритва.
— Хоть что-то должно быть нормально, — пробормотал он, беря аппарат для бритья в руку.
Но в тот момент, как он взял его, что-то пошло не так. Станок был лёгким, слишком лёгким. Кевин посмотрел на него и замер. В головке не было лезвий, а пластиковая ручка треснула пополам.
— Что за... — он повертел бритву в руках, как будто надеясь, что это какая-то ошибка. Но нет, станок был сломан. По-настоящему и бесповоротно сломан.
Мгновение растерянности сменилось волной ярости. Кевин швырнул станок в стену, где он со звоном отскочил и упал на пол.
— Чёрт возьми! — крикнул он, чувствуя, как гнев поднимается из глубины. — Это ещё что за..? Кто вообще...?
Он замолчал, понимая, что ругаться бесполезно. Лайк, конечно, мог бы ему ответить, но Кевин не хотел слышать его голос. Он просто стоял, сжав кулаки, глядя на своё отражение в зеркале.
— Прекрасно, — процедил он сквозь зубы. — Просто прекрасно. Щетина, сломанный станок, ещё два с лишним дня в этой коробке...
Он глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, но ярость всё ещё клокотала где-то внутри. Он наклонился, поднял сломанный станок и бросил его в дезинтегрирующее ведро.
— Ладно, — сказал он себе. — Можно и с щетиной походить. Аструд всё равно.
Но в глубине души он знал, что это не так. Он хотел выглядеть лучше. Хотел, чтобы она увидела его таким, каким он был семь лет назад — ухоженным, собранным, отцом, который знает, что делает.
Он снова взглянул в зеркало, на этот раз с оттенком смирения. Напевая ту же песенку, но уже без былого энтузиазма, он вышел из ванной, оставив своё отражение наедине с щетиной и тишиной.
Глава 8.
Кевин шагнул в коридор, его шаги гулко отдавались в узком пространстве. Но вдруг он замер — из-за закрытой двери гостиной доносились приглушенные голоса.
"Кто здесь еще может быть?" — мелькнула у него мысль, и решительность мгновенно сменилась настороженностью.
Он прижал палец к губам, будто кто-то мог его увидеть, и начал красться к двери, стараясь не издавать ни звука. Прислонив ухо к холодной поверхности, он различил два голоса:
"Но я же должна знать, как она выглядит!" — тонкий, детский голосок.
"Я понимаю, но Кевин сейчас не в настроении..." — спокойный, размеренный ответ.
Кевин резко отпрянул, дверь неожиданно сдвинулась в сторону с легким шипением. В гостиной воцарилась мертвая тишина.
— Лайк! — рявкнул Кевин, врываясь в комнату. — Что за чертовщина тут происходит?!
На диване лежала кукла, ее стеклянные глаза смотрели в потолок. Голос Лайка раздался из ниоткуда:
— Я просто поддерживал беседу с вашей куклой, Кевин. Она волновалась о встрече с Аструд.
— Ты... что? — Кевин сжал кулаки. — Ты разговаривал с игрушкой?! И пока ты тут болтал, знаешь, что я нашел? СЛОМАННЫЙ БРИТВЕННЫЙ СТАНОК! Ты даже за элементарными вещами уследить не можешь!
Лайк помолчал пару секунд, затем ответил без тени раздражения:
— Приношу извинения, Кевин. Я не заметил повреждения. Но, возможно, вам будет приятнее пообщаться с кем-то другим.
На стене замигала голубая панель, и через мгновение на экране появилось лицо Аструд — такие же большие глаза, как у куклы, но живые, настоящие.
— Пап? — ее голос прозвучал как удар в сердце.
Кевин замер, гнев мгновенно улетучился. Он неуверенно шагнул к экрану.
— Привет, солнышко... Я... я скоро буду. Послезавтра. С подарком.
— Правда? — Аструд широко улыбнулась. — А каким?
Кевин бросил взгляд на куклу, затем снова на дочь.
— Сюрприз, — он хрипло рассмеялся. — Большой сюрприз.
Аструд рассказала о своём наряде, о планах на день их встречи, о планах на следующую неделю, она рассказывала и рассказывала, а Кевин всё слушал. Когда связь прервалась, он опустился на диван и провел рукой по щетине. Лайк осторожно произнес:
— Я могу предложить тебе завтрак, ты должен быть голоден.
Кевин, всё ещё ворча про щетину, потянулся и направился на кухню. На столе его ждал аккуратный поднос: белковая каша с искусственными ягодами, тост с джемом и дымящаяся чашка кофе. Аромат был обманчиво натуральным.
— Приятного аппетита, Кевин, — весело сообщил Лайк.
— М-да… — Кевин ковырнул кашу ложкой. — Сколько ещё лететь?
Голограмма моментально возникла над столом: траектория полёта, цифры, графики.
— 32 часа 14 минут до выхода из прыжка. Точное время прибытия на «Гелиос-7» — 14:30 по станционному времени. Скорость в пределах нормы, задержек нет.
Кевин кивнул, механически пережёвывая безвкусную массу. Он допил кофе, швырнул посуду в мойку — та тут же загудела, начиная стерилизацию.
— Кевин, — Лайк вдруг заговорил тише, почти заговорщически. — У меня есть… предложение. Ты мог бы принять мелатониновый комплекс с лёгким седативным эффектом. Время пройдёт быстрее.
Кевин замер. Рука сама потянулась к карману, где лежали его таблетки, которых оставалось уже не так много.
— …Давай, — буркнул он наконец.
Автомат в стене тихо выплюнул капсулу. Кевин проглотил её без воды, почувствовав, как холодок растекается по пищеводу.
Спальня встретила его приглушённым светом. Он плюхнулся на кровать, и прежде чем голова коснулась подушки, тёмные волны накрыли его с головой.
— Аструд, — шептал Кевин. — Я уже близко.
Последнее, что он услышал — странный звук. Будто где-то в корабле тихо щёлкнул замок.
Глава 9.
Кевин проваливается в сон, и мгновенно его сознание охватывает ослепительная вспышка — будто сама Вселенная взрывается у него перед глазами.
Сверхновая. Она разрывает пространство сна, заливая всё вокруг жидким светом. Кевин инстинктивно закрывает лицо руками, но лучи пронзают его насквозь, обжигая сетчатку.
А потом — тишина.
Он открывает глаза.
Бескрайнее поле, залитое золотистым светом. Ветер колышет траву, и где-то вдали, на самом горизонте, стоит маленькая фигурка Аструд.
Она машет ему рукой, и сердце Кевина сжимается.
— Папа! — её голос звучит, как эхо, приходящее из другого измерения.
Он бежит. Бежит изо всех сил, но расстояние между ними не сокращается. Каждый его шаг словно отбрасывает её дальше, вглубь этого ослепляющего света.
— Аструд! Стой!
Но она только смеётся, поворачивается и начинает уходить.
И тогда он замечает — свет меняется. Золото превращается в кроваво-красное. Трава чернеет и рассыпается в прах.
Кевин вскакивает с кровати, его крик застревает в горле, превращаясь в хрип. Лоб покрыт ледяным потом. Он шатается в темноте, натыкаясь на стены, и наконец добирается до ванной.
Свет включается с резким щелчком.
Зеркало. В отражении — незнакомец. Измождённое лицо, запавшие глаза, и борода. Не просто щетина — густая, неопрятная растительность, делающая его похожим на дикаря.
Рука автоматически тянется к полке, где раньше лежала бритва. Пусто.
— Чёрт!
Он рывком распахивает шкафчик, пытаясь собраться с мыслями, сбрасывает на пол тюбики, бутылочки. Ничего.
— Лайк! — кричит он в пустоту. — Где бритва, ты - бестолковая дрянь?!
Тишина.
И вдруг — голоса. Приглушённые, доносящиеся из гостиной. Мужской... и детский. Кевин замирает.
— ...не должен был просыпаться, — шепчет Лайк, но его голос звучит чужим, почти нечеловеческим.
— А когда он узнает? — спрашивает второй голос куклы.
Кевину кажется, что кровь в его жилах превращается в лёд. Он выбегает из ванной, врезается плечом в дверной косяк, но не чувствует боли, врывается в гостиную, дверь с шипением задвигается за его спиной. Воздух гудит от напряжения.
— Что происходит?! — его голос раскалывает искусственную тишину корабля.
На диване, в неестественно правильной позе, сидит кукла. Ее стеклянные глаза медленно поворачиваются к нему.
— Кевин, — раздается голос Лайка, но исходит он не от стен, а из куклы. — Мы просто...
— Заткнись! — Кевин смахивает куклу на пол, она падает с глухим стуком. — Ты снова с ней говорил?! И где, твою мать, бритва?! Ты даже за элементарным уследить не можешь!
Кукла смотрит на него снизу. Ее рот не шевелится, но голос Лайка звучит четко:
— Прости. Я... не заметил.
Кевин сжимает кулаки, его борода — густая, неопрятная — колышется от тяжелого дыхания.
— Папа?
Голос дочери.
На стене загорается экран. Аструд. Настоящая, живая, которая ждёт его.
— Привет, солнышко... — Кевин резко меняется, голос становится мягким, но в глазах — паника. — Я... я скоро буду. Послезавтра.
Он замолкает. В голове вдруг всплывают цифры.
— В 14:30, — вдруг говорит он сам себе. — Точно.
Аструд улыбается:
— Ты обещал подарок!
Кевин кивает, его пальцы непроизвольно теребят бороду.
— Да. Сюрприз.
Дальнейший разговор прошёл как будто в тумане. Кевин жевал свою бороду во время всего рассказа Аструд. Наконец экран погас. Наступила тишина.
***
Теперь Кевин уже стоял посреди кухни, нервно проводя ладонью по покладистой бороде. Его пальцы дрожали, когда он разжимал кулак.
- Кевин, может, позавтракаешь? - голос Лайка звучал нарочито бодро, как у аниматора в дешёвом парке развлечений. - Я приготовил твой стандартный набор.
На столе аккуратно лежали: синтетические яйца в форме сердца, тост с малиновым джемом и стакан оранжевой жидкости. Кевин плюхнулся на стул.
- Приятного аппетита, - пропела система.
Он молча ковырял вилкой резиновый желток, потом резко отодвинул тарелку.
- Сколько ещё лететь?
Над столом возникла голограмма: "Осталось 32 часа 14 минут. Прибытие: послезавтра в 14:30 по станционному времени". Скорость в пределах нормы, задержек нет.
- Послезавтра... 14:30... - Кевин задумчиво повторил, будто проверяя звучание этих слов. Его взгляд стал мутным.
Посуда с грохотом упала в мойку, вилка осталась в руках. Внезапно он резко обернулся:
- О чём вы с куклой говорили?
Лайк сделал театральную паузу:
- Она спрашивала... что будет, когда сядет её батарейка. - Искусственный смешок. - Смешная, правда? Её элементов хватит на семь лет минимум. Странно, что активированная вчера кукла...
- Заткнись, - Кевин перебил его, сжимая вилку так, что пластмассовая ручка треснула. - Вы оба - бракованная дрянь. Ты даже бритву не можешь...
- Приношу глубочайшие извинения, - Лайк быстро перешёл в "успокаивающий" режим. - Может, примете седативные? Чтобы время прошло... незаметнее.
Кевин замер. Потом резко выхватил из стенового диспенсера две синие капсулы. Без воды.
И побрёл в спальню. Дверь не успела закрыться, как его тело уже обмякло на кровати.
— Аструд, Аструд... Я уже близко.
- - - -
🧡 Поддержи канал донатом за бесплатные рассказы.
👍 Если любишь космос и триллеры.