Пролог
- Что ты говоришь! Что ты несешь! - Мама, заламывая руки, ходила по комнате. - Ты себя слышишь?
- Мама, это ты меня не слышишь, - сделала я еще одну попытку достучаться до мамы. - Игорь мне изменял! Как ты не понимаешь...
- Ох, беда-то какая, - мама произнесла это со злым сарказмом, - ну и что? Все мужики изменяют, и нечего из этого трагедию устраивать! Он тебя из дома выгнал? - Я отрицательно покачала головой. - Сказал, что хочет развестись? - Я сделала опять точно такой же жест. - Вот! Подумаешь, изменил, и что? Стерлось у него там, что ли?
От отвращения я невольно передернула плечами.
- Ой, да не кривись ты, - махнула рукой мама. - Можно подумать, ты только что из монастыря вышла и ничего о жизни не знаешь. Ишь, придумала - бросить мужа из-за какой-то мимолетной измены. Ты живешь как у Христа за пазухой. Ты живешь в прекрасном доме, у тебя есть машина, ходишь в салоны красоты, и ты работаешь на своем телевидении только потому, что сама этого хочешь. И ты собираешься от всего этого отказаться?
- Да, мама, собираюсь, - устало ответила я. - И это не мимолетная измена, он, оказывается, мне всё время изменял.
- Походы в сауну с девками - это не измена, это... это... - Мама усердно пыталась подобрать приличное слово для неприличной ситуации. - Это расслабление после тяжелой недели, вот это что!
Слушать всё это мне больше категорически не хотелось. Обо всех этих "расслабляющих" походах рассказала мне Ирина, жена помощника моего мужа. Она давно начала подозревать мужа в измене и решила за ним проследить. Ну и всё выяснила. Когда я спросила об этом своего мужа, он даже отрицать ничего не стал. Сказал: "А как ты думаешь все дела решаются?" Короче, говорил почти как моя мама. Я в тот же вечер взяла кое-что из вещей и приехала домой. Но тут мне были не рады. Папа, как всегда, отмалчивался, ну а мама пыталась меня убедить, что ничего страшного не произошло.
Я встала и ушла в свою комнату. Теперь уже, конечно, не мою, это теперь спальня мамы, но ничего, потерпит несколько дней, пока я не улечу из как-то вдруг опостылевшего родного города. Но мама решила, что разговор не закончен.
- Вера, не дури! Игорь уже несколько раз звонил, он хочет поговорить с тобой. Извиниться. Ну, поговори с мужем, что ж ты такая твердолобая-то? Вы почти десять лет прожили вместе, нельзя же вот так всё зачеркнуть. Ну, подумай, дочка, ведь вы же любите друг друга. Игорь заботливый муж, ты за ним как за каменной стеной. Что тебе стоит просто поговорить с ним, выслушать. Нельзя всё вот так рушить из-за ерунды.
Мама решила сменить тон и теперь говорила ласково, прямо-таки увещевала.
- Можно, мама, и его, как оказалось, регулярные "расслабляющие" походы не ерунда для меня. Я всё решила. Не пытайся меня разубедить. И ты можешь не волноваться, дома я не задержусь. Через три дня я улетаю на север. Алла давно звала меня к себе в отпуск. Вот и поеду. И, скорее всего, не просто в отпуск. Алла работает на местном телевидении, и там есть вакансия. Я уже с ней созвонилась, и она взяла мне билет.
- Ты сошла с ума, - обреченно сказала мама и села на край дивана, но тут же вскинулась. - Нет, это уже чересчур! К Алке? К этой вертихвостке и авантюристке? Которая укатила к черту на рога, даже не закончив институт? Я сейчас же звоню Игорю, пусть он лично приедет и...
-Если ты это сделаешь, я немедленно уйду из дома! - решительно заявила я и посмотрела на маму.
-Девочки, плов готов, - в комнату заглянул папа, - пойдемте ужинать.
-Веня, ты только подумай, твоя дочь собралась лететь к Алле Бекетовой на край света! Она сошла с ума, потому что в здравом рассудке никто не бросает устроенную, обеспеченную жизнь и не меняет ее на черт знает что.
- Людочка, ну, Норильск — это еще не край света, там же город, комбинат, Аллочка, когда в отпуск приезжала, так интересно рассказывала и фотографии, помнишь, какие красивые показывала...
Мама покрутила пальцем у виска и вышла из комнаты. Папа пошел за ней, продолжая говорить, что ей нельзя волноваться и он сейчас заварит успокаивающего чаю.
Все как всегда. А вот в моей жизни произошли перемены и куда они меня приведут я не знаю. Знаю точно только одно - жить с человеком, который измену считает нормой я не могу, мне противно. Как оказывается могут различаться взгляды у людей на одни и те же вещи. Маме легко рассуждать, папа не то что изменить, он посмотреть в другую сторону не отважится.
А Игорь? Нет, ну как так можно-то? Он же с таким вдохновением рассуждал о том, что нам пора задуматься о детях, что вот теперь наконец-то у нас есть твердая основа и все такое.... Когда мы поженились он только начинал работать в небольшой фирме своего отца, и все время и силы тратил на то, чтобы развить предприятие. Не до детей ему было. Я соглашалась, если честно, то и сама не торопилась - начала после университета работать на канале "Столица", вела обзоры культурной жизни города, и мне безумно нравилась моя работа.
Что меня ждет дальше? Никто не знает. Но я приняла решение изменить свою жизнь кардинально. Я хочу отрезать все пути к возвращению. Если я останусь здесь, муж, мама (и даже папа, хотя он молчит, но в его глазах читается тоска) будут постоянно давить на меня. Я не хочу этого. Поэтому я улечу за тысячи километров, где меня ждут новые места, новые люди. Надеюсь, это поможет мне пережить предательство.
***
Год спустя
Я только сварила себе кофе и собиралась выйти на балкон, чтобы насладиться прекрасным осенним утром, как раздался звонок в дверь. И был таким настойчивым, прямо-таки злым каким-то.
Поставив кружку с кофе на маленький круглый столик, я пошла открывать. Соседка с третьего этажа, Людмила, вошла к квартиру, не дожидаясь приглашения.
-Все из-за тебя! - выдала она, уперев указательный палец мне в грудь и тут же расплакалась. - Саша, Вера пропала!
Откровенно ничего не понимая, я взяла женщину под руку, завела ее в комнату и усадила в кресло.
-Люда, давай по-порядку, - спокойно сказала я, - все с самого начала, но для этого начала давай кофе выпьем, - попыталась я пошутить.
-Да иди ты со своим кофе, - зло проговорила соседка, - у меня дочь пропала, а она со своим кофе дурацким. А все твои байки идиотские про Север да про твой Норильск любимый, - на последних словах она скривилась. - Вот и понесло девок на край света. Сначала Алка уехала, а потом и мою дурочку сманила.
Я решила больше не задавать вопросов и дать Людмиле немного успокоиться и самой все рассказать. Вышла на кухню, включила кофемашину, потом взяла две чашки с дымящимся ароматным до головокружения кофе и поставив их на журнальный столик, села напротив соседки.
-Вера ушла от мужа год назад назад, - Люда сделала глоток кофе, - обиделась видите ли. И уехала к Алке в Норильск. Через две недели позвонила, вся такая счастливая, - женщина закатила глаза и махнула рукой, - рассказывала, что ее приняли на Норильское телевидение репортером и вскоре она получит свое жилье. Я тогда обижена была, уж и не помню, как ее отчитала. Но потом отпустило меня и мы помирились, созванивались. И вот последний раз она позвонила, радостная такая, говорит - отправляется в какой-то поселок или город, я не очень расслышала название-то, снимать сюжет про охотника или костореза какого-то. А потом позвонила уже Алла и..., - Люда опять заплакала, но взяла себя в руки и продолжила, - короче, пропала моя Верочка, и оператор пропал и еще какие-то охотники московские... Их искали, целый месяц искали. А потом там вроде зима уже началась и поиски прекратили.
Я молчала. А что сказать? Да, Норильск - мой родной город, в котором я прожила свое детство и о котором очень любила вспоминать и рассказывать. Но после окончания школы я уехала и больше туда не возвращалась. В Москве я поступила в институт, вышла замуж и жила здесь последние тридцать лет....
-Александра, только на тебя осталась последняя надежда, - тяжело роняя слова сказала Людмила, - это же твои родные края и ты следователь. Помоги, очень тебя прошу. Найди нашу Верочку. Ну, что тебе стоит? Ты же на пенсии, мужа нет, сын далеко...
Да, все так и было. Мужа я похоронила два года назад. Он погиб при задержании бандитов. Сын, окончив военное училище, уехал служить на Дальний восток, а я месяц назад вышла на пенсию и пока не решила, чем заниматься дальше в свои 47 лет.