Настоящая бомба прилетела в бизнесменов, успевших приватизировать те или иные предприятия в 90-х. Теперь Конституционный суд может изъять нажитое, если установит, что оно используется не по назначению.
Рассказываем не только большим, но и самым маленьким: что такое ваучеры, кто триггернул приватизационные раны и что ждёт владельцев заводов-пароходов.
Как это было
После развала СССР в стране осталось множество заводов, фабрик, шахт, — как бы "народных", но фактически ничейных. Госсобственность нужно было как-то распределить. Для этого ввели ваучеры — приватизационные чеки, которые мог приобрести любой гражданин, чтобы стать совладельцем предприятия.
В теории звучало неплохо, на деле вышло своеобразно. Люди не понимали, что делать с этими чеками. Многие перепродавали их за копейки. Те, кто оказался пошустрее и посмекалистее, скупали ваучеры оптом. В итоге крупные предприятия, особенно в сырьевых отраслях, оказались в руках будущих олигархов.
Затем началась залоговая приватизация, когда бизнесмены давали государству деньги "в долг", а в залог брали целые нефтяные компании. Государство по долгам не рассчиталось, и компании остались в частных руках.
Почему вспомнили?
Поводом вспомнить былое стало разбирательство по делу двух компаний: ООО "Мираж" и ООО "Геатон". Обе связаны с приватизацией госпредприятия "Третий государственный подшипниковый завод" в Саратовской области.
Прокуратура обнаружила, что в 1994-м в план приватизации завода вошли медсанчасти, которых там быть не должно. К компаниям обратились с иском вернуть спорные здания и землю.
Предприниматели обратились в КС. Главным их аргументом была ссылка на сроки исковой давности. Но суд жалобы отклонил, заявив, что отсчёт ведётся с момента прокурорской проверки. Для добивочки пояснили: сроки давности не должны использоваться для легализации имущества, приобретённого в ущерб интересам публичного лица и помимо его воли.
Как это будет
Теперь КС России закрепил норму, по которой сроки исковой давности в делах о приватизации, в том числе в 1990-х, будут исчисляться не с момента заключения сделки, а с момента, когда завершится прокурорская проверка продажи.
Новый порядок деприватизации позволяет оспорить любые сделки о продаже госсобственности спустя десятилетия. Основанием для этого может стать проверка, которая заключит, что имущество используется не так.
Что делать владельцам предприятий?
В марте министр финансов РФ Антон Силуанов анонсировал на 2025 год более активную продажу активов, изъятых у частников. Он напомнил о принятом годом ранее законе, который позволяет выявлять неэффективно используемое имущество.
Сотни объектов, приватизированных в 1990-х, оказываются в "зоне риска", а их владельцы могут лишиться своих предприятий. Поэтому если ваше имущество когда-то принадлежало государству, стоит подготовиться к возможным проверкам.
Критика
Юристы раскритиковали решение КС. По их мнению, теперь сроки исковой давности не имеют значения, что противоречит действующему законодательству. Прецедент развязывает руки для оспаривания любых других сделок.
Существуют и опасения, что решение КС не просто защищает интересы граждан и государства, но может действовать и в интересах аффилированных лиц.
Зачем это нужно на самом деле?
Государство стремится восстановить контроль над рядом важных предприятий, связанных с такими отраслями, как нефтехимия, строительство, транспорт, ВПК. Так создаётся "подушка безопасности": хозяйственные цепочки и выпуск продукции не попадут под удар в случае, если собственник окажется нелоялен интересам своей страны.
В апреле 2024-го Путин подчеркнул, что "формальные поводы и зацепки" не станут резоном для изъятия предприятий. Например, если актив был приватизирован в начале 90-х по согласованию только с регионом, без участия федерального центра, то претензий к собственнику не будет.
По заверению президента, проверки не коснутся тех, кто "нормально, успешно работает, решает социальные вопросы, помогает обеспечивать национальную безопасность".