Ярмарка древней Руси. Гармошка заливается от души, под забором кто-то тренькает на балалайке, девки хохочут, мужики хлопают в ладоши. Весело? А вот представителям власти – не всегда. Балалайка, оказывается, успела побывать под подозрением, а то и под запретом. Да, вот так: этот народный символ, нарисованный на каждом втором сувенире, в своё время считался чуть ли не анархическим оружием... А что с другими музыкальными инструментами? И их – под запрет?
Сейчас расскажу :)
Балалайка: из "шутовства" в классику
Сегодня мы воспринимаем балалайку как неотъемлемую часть русской души – треугольная, звонкая, озорная.
Но в XVI–XVIII веках отношение к ней было совсем иным.
Название само по себе подозрительное: слово "балалайка", скорее всего, произошло от глагола балакать, то есть болтать попусту. Получается, инструмент для пустого веселья, хохмы, ничегонеделания :)
А в эпоху, когда государство стремилось к порядку и благолепию, балалайка казалась чем-то... опасно-бесконтрольным.
Церковь на неё смотрела с явным неодобрением: мол, отвлекает от молитвы, склоняет к пляскам и пьянству. В некоторых регионах духовенство и вовсе добивалось запрета: балалайки сжигали, музыкантов пороли и гнали с ярмарок. Особенно доставалось скоморохам – народным артистам, которые играли, пели и шутили. Их называли "врагами благочестия", и балалайка стала их неизменным спутником – символом вольнодумства.
Гусли: одобрено, но забыто
А вот гусли – совсем другое дело. Они считались одобренным, "благородным" инструментом. На них играли и при дворах князей, и в монастырях. Звук у гуслей тихий, певучий, умиротворяющий. Возможно, потому гусли не вызывали беспокойства: с таким звучанием переворот не устроишь.
Но гусли были капризны в обращении и требовали серьёзного мастерства. Крестьянин с ними на лавочке не посидит. И если балалайка ушла в народ и стала символом уличной культуры, то гусли постепенно стали редкостью.
Гармонь: весело и... подозрительно?
С гармошкой история чуть сложнее. Появилась она в России сравнительно поздно – в XIX веке, как адаптация немецких и французских инструментов. Но адаптировалась быстро и с размахом.
И снова были веселье, пляски, песни. Гармошка так полюбилась простому народу, что уже к началу XX века стала символом деревенского застолья и фронтового духа. Но до этого – в середине XIX века – в городах местные власти порой ограничивали уличные выступления с гармошкой. Причина та же: шум, толпа, риск беспорядков.
Жалейка и рожок: звук деревни и одиночеств
А вот про жалейку и пастуший рожок вспоминают редко. Эти инструменты не для танцев, не для ярмарки. Жалейка – однотрубный инструмент с пронзительным звуком. Название говорит само за себя: жалейка – от "жалить" или "жалоба", звук её – словно вопль одинокого голоса в поле. Играть на ней могли и для забавы. Но чаще – в обряде, в проводы, на поминках.
И тут интересный момент: такие инструменты не запрещались вовсе – они несли в себе не веселье, а печаль. А значит – были безопасны. Такая логика.
Почему "весёлые" инструменты были под подозрением
Поняли, в чем загвоздка? Где музыка – там толпа, где толпа – там волнение. Весёлый, безудержный смех на площади – угроза стройному миру отчётов и уставов.
Поэтому и балалайка, и скоморохи, и народные песни – всё это периодически попадало в немилость. То сгоняли, то разрешали, то снова запрещали. А потом – приняли как символ русской культуры.
Привет из прошлого
Сегодня народные инструменты – часть культурного наследия. На них играют в ансамблях, на сцене, в школах искусств. И кажется – ну что в них такого? Но в каждом звучании балалайки всё ещё слышится не только весёлый треньк, но и шорох истории.
И вот ведь ирония: то, что когда-то считалось опасным, сегодня бережно упаковывают в футляры и преподносят на международных сценах как душу России. Так балалайка – простая, смешная, деревенская – оказалась стойкой и вольной. Не запретили. Не отменили. Пережила всех своих критиков.
Какой народный инструмент вам ближе всего – балалайка, гармонь или, может, жалейка? И почему?
Делитесь в комментариях и подписывайтесь на канал!