Начало:
Глава 2.
Острог представлял собой огромнейшую яму из затвердевшего ила, который казался монолитной стеной без окон и дверей. Лишь высоко над головой было небольшое отверстие, зарешёченное куском оцинкованной рабицы, надёжно придавленной двумя валунами. Подобие этого каменного мешка беспрерывно омывали ледяные ключи, в результате чего вода была кристально чистой и настолько холодной, что у Григория буквально уже через несколько минут зуб на зуб не попадал.
Решив хоть как-то согреться, он начал наворачивать бесконечные круги по этому замкнутому пространству, с каждым последующим кругом всё более и более входя в раж и увеличивая скорость.
Чувствовать себя, как рыба в воде, в прямом смысле этого слова, сначала было непривычно, но потом Григория охватил такой дикий восторг, что он, позабыв про все свои беды, начал со всей силы отталкиваться от одной стены и врезаться в противоположную, проверяя их на прочность.
Вековой монолит одержал победу и Григорий с вывихнутым плечом решил попытать счастья с решёткой. Задрав голову и увидев знакомую русалку, он развил максимальную скорость и через мгновение оказался возле люка.
— Ох, и лепота! - зачарованно глядя на упругие груди, промолвил Гришка. - Как звать-то тебя, краса ненаглядная?
— Авдотья!
— Евдокия значит. Дунюшка, Дуняша, будешь скоро наша, - дурачась, пропел фальцетом Григорий, - помню я удар твой ниже пояса. Может, поможешь по старой дружбе да и отодвинешь камушки?
— Батюшка гневаться будет!
— Так ты царёва дочка что ли? - присвистнул от удивления Гришка. - Вот те раз! А другие товарки - это сёстры твои?
— Нет, двое нас - я да Демьян, мой братец старший. А ты за что так на батюшку осерчал давеча? Ног жалко стало? Так с ними в нашем царстве мука, а не жизнь.
— Эх, Дуняшка! Ноги-то - это полбеды, главное тут другой орган, - вновь опечалился Григорий, - ещё как назло я и трезвый, как стекло, в вытрезвителе этом! Эх, сейчас бы дрябнуть хоть самую малость, даже мерзавчику рад бы был!
— Опять ругаешься, - воскликнула Авдотья, всплеснув руками, - сейчас-то за что?
— Да нет, не ругаюсь. Мерзавчик - это бутылочка такая махонькая, такая запотевшая, с влагою живительной внутри, - жадно сглотнул набежавшую слюну Григорий, - эх, сейчас бы накатить, тут же сальцем закусить да не спать с тобою до зари!
— Ты опять складно заговорил, - захлопала в ладоши Авдотья.
— Да уж, как-то странно на меня ваш подводный мир действует, - в недоумении почесал затылок Гришка, - откуда эта зараза пристала? Или я трезвый слишком долго?
— А по-моему, ты так начинаешь говорить при сильном волнении. Разве не замечал за собой такого раньше?
— Да я раньше и не волновался, - задумчиво произнёс Григорий, - деревня волновалась, а я нет.
На их голоса со всех сторон стали стекаться любопытные русалки. Увидев дрожащего и практически уже посиневшего от холода Григория, они всполошились и, подхватив Авдотью, со всей мочи помчались на поклон к царю. Выслушав бабий гомон, ликующий Водяной приказал доставить смутьяна во дворец.
— Один-единственный вопрос, друже, - оказавшись вновь в царских покоях, смиренно произнёс Григорий, - рабица-то у вас откель?
— Так вы же людишки - никчёмный народ! - тут же рассердился Водяной. - Чего только в реку не бросаете! Вот скажи, какая от вас польза? Никакой, окромя вреда!
— Так может и бутылёчек какой найдётся? - пропустив нотацию мимо ушей, с надеждой спросил Григорий.
— Ежели пошукать, хоть целое ведро, а уж бутылок разных видимо-невидимо, - хитро пришурившись, промолвил царь, и подмигнув, добавил, - а ежели девки довольны тобой будут, так и со снадобьем твоим помогу!
Раскрасневшиеся русалки игриво переглядывались между собой, Григорий рвался обнять Водяного и лишь один насупившийся дьяк, свернувшись в клубок, с досадою взирал на эту буйную вакханалию, понимая, что покой в их царстве закончился и плыть по течению, ведя размеренную жизнь, больше не получится. Но даже он не представлял себе, насколько суматошные времена наступают в подводном мире могучей Волги.
******************************************
Автор: Светлана Нянькина