Эти капли разбиваются о поверхность пруда – каждая с крошечным звоном, таким тихим, что никто, кроме меня, не услышал бы его

Эти капли разбиваются о поверхность пруда – каждая с крошечным звоном, таким тихим, что никто, кроме меня, не услышал бы его. Я стою под тонким укрытием старого дуба, наблюдая, как пелена дождя распространяется по парку подобно туману.

Деревья дрожат в своих отражениях. Размытые и нечеткие, они танцуют в воде, как привидения самих себя. Лес колышется, хотя ветра почти нет – только эти настойчивые капли, выстукивающие свой монотонный ритм.

Май обманул всех своим обещанием тепла. Теперь эта прохлада забирается под воротник, напоминая, что весна ещё не сдалась зною лета. Зелень вокруг почти болезненно яркая, вымытая дождем до первозданной чистоты, какая бывает только в самом начале, до того, как пыль и жара заберут её блеск.

В этом пустом парке я становлюсь частью пейзажа. Растворяюсь в нём, как соль в воде. Никто не видит. Никто не слышит. Только рябь по воде, только отражения под этим бесконечным небом.