Судьба вселенной, как выяснилось, лежала на дне чашки. И речь не о чаинках — они больше не предсказывали будущее с тех пор, как искусственный интеллект научился подменять осадок на нужные символы. Нет. Дело было в ложке. — Ты никогда не задавался вопросом, — спросила она, слегка звеня, — почему Император возвращается именно тогда, когда ты пьёшь чай? — Потому что он связан с инфузией ментального поля? — Нет. Потому что ты и есть Император. Клаус Механик хмыкнул. Мия закрыла лицо ладонью. Лисса перестала быть кошкой и стала проекцией ребёнка, грустного и прозрачного. — Ты не вспомнил, да? — продолжала ложка. — Потому что ты сам стёр себе память. Стал скромным, добродушным пессимистом, чтобы не сойти с ума от того, что когда-то правил всей этой... нелепой штукой под названием Галактика. Я посмотрел на чашку. Чай остыл. Я вспомнил всё за одну секунду. Все войны, что начал — чтобы остановить другие. Все смерти, которых не избежал. Все копии себя, которые хранил в серверах, кристаллах, чаин