Летом 318 года (здесь и далее все даты до новой эры) сатрап Каппадокии Эвмен предпринял попытку вернуться с войском в Македонию, чтобы помочь царице Олимпиаде и регенту империи Полисперхонту в их борьбе против диадохов-сепаратистов, а также взять на себя воспитание малолетнего сына Александра Македонского. Победа Антигона над флотом Полисперхонта при Византии исключила возможность возвращения Эвмена в Македонию морским путем из Финикии, а движение на Запад по суше кардийскому греку блокировала армия Антигона.
В бурных обсуждениях на историческом форуме темы второй войны диадохов автор одного комментария упрекнул за проявленную нерешительность Эвмена, который после поражения флота отступил на Восток и не оказал своевременной поддержки Олимпиаде и Полисперхонту в войне с мятежным военачальником Кассандром. По мнению автора комментария проявленная Эвменом трусость привела к гибели матери Александра Македонского. Любой исторический форум является местом для дискуссии и изложенная в нем информация не претендует на научную степень, поэтому относиться к подобным, зачастую - абсурдным комментариям следует снисходительно.
Причину отступления Эвмена на Восток доходчиво объясняет И. Дройзен, который пишет, что: «Эвмен сумел склонить на свою сторону отряд аргираспидов и навербовал значительное войско с помощью находившейся в Книде сокровищницы. Но его силы все-таки были слишком ничтожны для того, чтобы померяться с Антигоном. Весною 318 года Эвмен вступил в Финикию и приказал поспешно строить новые корабли, снабдить их экипажем и держать наготове к выходу в море. Он надеялся еще до наступления зимы отплыть в греческие воды, соединиться с македонским флотом и быстро доставить победу царского престола. Он приказал перенести на корабли сокровища, когда подошел флот Антигона, одержавший недавно победу в Пропонтиде. Одного появления флота Антигона было достаточно, чтобы положить конец морским планам Эвмена. Когда Эвмен понял, что со своими боевыми силами он не будет в состоянии держаться против Антигона, он двинулся на Восток чтобы соединиться там с сатрапами и склонить их к борьбе против Антигона».
Напомню, что с учетом подкреплений, присланных ранее из Македонии Антипатром, в своем распоряжении Антигон имел 60 000 пехотинцев, 10 000 всадников и всех слонов, которые остались в Азии. Эвмен к тому времени располагал вдвое меньшими силами и, естественно, был вынужден благоразумно отступить от побережья в глубину континента, чтобы за счет воинских контингентов оставшихся верными царям сатрапов пополнить численность своего войска.
По сообщению Диодора: «Из Вавилонии Эвмен отправился в Сузы, где он намеревался вызвать войска из Верхних сатрапий и использовать царские сокровища для своих насущных нужд. Когда сатрапы и стратеги Эвмена узнали, что Антигон стоит лагерем в Мидии, между ними возникли разногласия. Эвмен, Антиген, который командовал среброщитниками и все те, кто пришел от моря, считали, что они должны возвращаться на побережье. Но те, кто пришли из сатрапий, желали уладить личные дела и утверждали, что необходимо было сохранить контроль над Верхними сатрапиями. Эвмен, видя, что если армия разделится, ни одна из частей не будет способна бороться сама по себе, уступил пожеланиям сатрапов, прибывших из внутренних частей страны, и отступил к Персеполю».
Со слов летописцев мы знаем, что в Персиде в войске сторонников царской семьи Аргеадов отсутствовало согласие среди военачальников по поводу единого командования и Эвмен в Сузах, обладая армией численностью около 40 000 воинов, вопреки своему желанию дать решающее сражение Антигону был вынужден отступать еще дальше.
Эвмен уже имел печальный опыт годом ранее, когда в битве с Антигоном при Оркинии из-за предательства командира кавалерии Аполлонида потерпел поражение. Поэтому видя колебание среди сатрапов провинций, он был вынужден постоянно уступать их настойчивым требованиям и терять драгоценное время для возвращения в Македонию. В итоге очередная измена Певкеста в битве с Антигоном при Габиене привела к гибели последнего непримиримого защитника царской семьи в Азии – самого Эвмена.
