— Своим детям от первого брака муж подарил дорогие гаджеты, а нашей дочке — коробку пластилина! — Ксения с досадой отхлебнула чай, звякнув ложечкой о фарфоровый край чашки. — Как так можно, Галь? Я просто не понимаю.
Подруга задумчиво помешивала ароматный напиток, не спеша с ответом. Они сидели в маленькой уютной кухне типовой хрущёвки, где Галина прожила последние тридцать лет. Окна выходили на старую липовую аллею, посаженную ещё во времена их молодости. Запах свежеиспечённых ватрушек наполнял помещение, смешиваясь с горьковатым ароматом чая с чабрецом.
— А сколько твоей Машеньке исполнилось? — наконец спросила Галина, поправляя прядь, выбившуюся из аккуратной причёски.
— Шесть. В этом году в школу пойдёт, — Ксения поставила чашку на скатерть с вышитыми васильками. — Понимаешь, его старшему сыну семнадцать, дочке пятнадцать. Им он купил новые айфоны. Конечно, они уже взрослые... но всё равно обидно.
Галина внимательно посмотрела на подругу. Морщинки вокруг её глаз стали глубже, когда она улыбнулась:
— Ксюш, а ты не думала, что пластилин для шестилетнего ребёнка может быть важнее, чем телефон?
— Ты меня совсем не понимаешь! — Ксения всплеснула руками, чуть не опрокинув чашку. Её тонкие пальцы с аккуратным маникюром нервно теребили край скатерти. — Дело не в подарке, а в отношении. Почему своим детям — дорогое, а моей дочке — копеечную коробку?
— А что Сергей говорит?
— Что у старших дети экзамены сдают, нужно их поощрить. А Машка, мол, маленькая ещё, ей телефон не нужен, — Ксения вздохнула. — Может, он и прав, но осадок остался.
За окном мелкий осенний дождь барабанил по жёлтым листьям. На подоконнике дремала пушистая трёхцветная кошка, изредка приоткрывая глаза, когда голоса женщин становились громче.
— Помнишь Нину Петровну, нашу учительницу литературы? — неожиданно спросила Галина.
— Конечно, — улыбнулась Ксения. — Седая, строгая, в вечном синем костюме. Всё говорила: «Любая история — это урок, девочки».
— Вот-вот. А я тебе сейчас одну историю расскажу. Мою соседку знаешь, Веру Михайловну с третьего этажа?
Ксения кивнула, отламывая кусочек ватрушки.
— Её дочка, Светлана, вышла замуж второй раз пять лет назад. Муж, Андрей, вдовец с двумя детьми — мальчик и девочка, погодки. У Светы своя дочка, Катюша, сейчас ей восемь. Первые годы всё было замечательно, — Галина налила ещё чаю в обе чашки. — Андрей девочку как родную принял, везде с собой троих детей брал. Светлана говорила, что не каждый родной отец так с детьми возится.
— И что случилось потом? — Ксения подалась вперёд.
— Ничего страшного, просто жизнь, — Галина пожала плечами. — Когда его сыну исполнилось четырнадцать, Андрей купил ему дорогой ноутбук — для учёбы, программирование мальчик осваивал. Своей дочке через год такой же подарил, когда та в математической олимпиаде победила. А Катюше — только планшет попроще.
— Вот видишь! — торжествующе воскликнула Ксения. — Я же говорю, своим — лучшее, а чужим...
— Подожди, не перебивай, — мягко остановила её Галина. — Светлана тоже возмутилась, скандал устроила. Мол, дискриминация, неродную дочь не любишь. Андрей пытался объяснить, что ноутбуки старшим для учёбы нужны, они уже определились с будущей профессией, а Катюша ещё маленькая, ей планшета за глаза хватит. Но Света уперлась.
— И правильно сделала! — поддержала Ксения.
— Сгоряча она даже о разводе заговорила, — продолжила Галина, глядя в окно на мокрые деревья. — Андрей сдался, купил Катюше точно такой же ноутбук, как у старших. Дорогой, навороченный, для программистов и дизайнеров.
Ксения удовлетворённо кивнула.
— А через две недели ноутбук сломался. Катя призналась, что случайно пролила на клавиатуру сок. Потом уронила его, пытаясь вытереть. Андрей не ругался, только сказал: «Я же говорил, рановато ещё».
За окном ветер усилился, швыряя в стекло пригоршни дождя. Кошка на подоконнике потянулась и перепрыгнула на диван, свернувшись клубком на вязаном покрывале.
— И что, вот так всё и закончилось? — спросила Ксения после паузы.
— Если бы, — Галина грустно покачала головой. — Девочка очень переживала. Стала завидовать старшим, ведь у них ноутбуки остались. Начала обвинять мать, что та её с неродными детьми сравнивает. Светлана, конечно, во всём Андрея винила. В семье постепенно атмосфера испортилась.
— А что Андрей?
— Он новый ноутбук покупать отказался. Сказал, что когда Катюша повзрослеет и поймёт ценность вещей, тогда и поговорят. Вместо этого стал больше времени с ней проводить — в парк ходили, лепили что-то из пластилина, рисовали, читали книги.
Галина отпила остывший чай и продолжила:
— Знаешь, что самое интересное? Через год Катя сама сказала, что ноутбук ей не нужен. Они с Андреем увлеклись лепкой из глины, даже на курсы записались. У девочки настоящий талант открылся. А старшие как сидели, уткнувшись в свои ноутбуки, так и сидят.
Ксения задумчиво вертела в руках чайную ложку.
— Хочешь сказать, мне не стоит требовать от Сергея одинаковых подарков для всех детей?
— Я хочу сказать, что дело не в стоимости подарка, а в том, насколько он соответствует возрасту и потребностям ребёнка, — мягко пояснила Галина. — Может, твой муж просто лучше понимает, что нужно шестилетней девочке?
— Но пластилин... это так дёшево, — Ксения нахмурилась.
— А ты спросила дочку, понравился ей подарок?
Ксения замялась:
— Вроде бы да... Она весь вечер что-то лепила.
— И что она слепила?
— Нашу семью, — тихо ответила Ксения. — Сергея, меня, себя и... его старших детей тоже.
Галина улыбнулась:
— Видишь, для неё это не просто пластилин. Это способ выразить свои чувства, показать, как она видит вашу семью.
В комнате повисла тишина, нарушаемая только тиканьем старых настенных часов и шумом дождя за окном. Часы пробили четыре раза.
— Господи, уже четыре! — всполошилась Ксения. — Мне пора, Сергей с Машей должны скоро вернуться с занятий.
— Какие занятия у вас сегодня? — поинтересовалась Галина, собирая чашки со стола.
— Лепка из глины, представляешь? — Ксения рассмеялась. — Сергей записал её две недели назад. Говорит, у неё талант.
— Вот видишь, — Галина подмигнула. — А ты переживала из-за пластилина.
Уже в прихожей, надевая плащ, Ксения вдруг остановилась:
— Галь, а что стало со Светланой и Андреем? Они сохранили семью?
— Нет, — Галина вздохнула. — Светлана на своём настояла. Развелись. Сейчас Катя живёт с матерью, видится с Андреем по выходным. Но знаешь, что интересно? Когда у неё спрашивают о самом дорогом подарке в жизни, она вспоминает не тот ноутбук, а набор для лепки, который ей Андрей на следующий день рождения подарил. Теперь она студентка художественной академии, между прочим.
— А Светлана? Она... не жалеет?
— Жалеет, конечно, — Галина накинула на плечи подруги шарф. — Только поздно уже. Недавно мне говорила: «Если бы тогда мудрости хватило понять, что любовь не в стоимости подарка измеряется...»
Ксения обняла подругу:
— Спасибо тебе, Галь. Вечно ты меня от глупостей спасаешь.
— Для того и нужны старые подруги, — улыбнулась Галина. — Приходи на следующей неделе с Машенькой. У меня для неё настоящая скульптурная глина есть, пусть попробует.
***
Вечером, когда Маша уже спала, Ксения зашла в комнату мужа. Сергей сидел за компьютером, просматривая какие-то чертежи.
— Не помешаю? — спросила она, присаживаясь на край стола.
— Что ты, — он снял очки, устало потирая переносицу. — Уже заканчиваю.
— Знаешь, я сегодня у Гали была, — начала Ксения, теребя край свитера. — Она мне историю одну рассказала... В общем, я хотела извиниться.
— За что? — удивился Сергей.
— За то, что устроила сцену из-за подарков детям. Ты был прав насчёт пластилина. Я видела, что Маша слепила сегодня на занятиях. Это... потрясающе.
Сергей улыбнулся:
— Не поверишь, преподаватель сказал то же самое. Спрашивал, где она раньше занималась.
— Нигде, только дома с твоим пластилином, — Ксения присела к мужу на колени и обняла его за шею. — Прости меня за эти глупые претензии. Я просто боялась, что ты любишь своих детей больше, чем нашу дочь.
— Это разная любовь, Ксюш, — тихо сказал Сергей. — Их я люблю за то, что они уже есть, какие они есть. А Машку — за то, какой она может стать. И знаешь, что самое главное?
— Что?
— В её возрасте самый дорогой подарок — это не вещь, а время, проведённое вместе, — он поцеловал жену в висок. — Завтра суббота. Давай поедем все вместе в парк? Я видел, там выставка детских скульптур открылась.
— Все вместе — это с твоими?
— Да, я хотел им позвонить. Ты не против?
Ксения помолчала несколько секунд, вспоминая рассказ Галины.
— Не просто не против. Я очень хочу, чтобы мы поехали все вместе, — она улыбнулась. — Только возьми с собой Машин пластилин.
— Зачем?
— Не важно. Просто доверься мне.
А вы когда-нибудь задумывались, что на самом деле является самым ценным подарком для ваших близких?