Фонд Зала славы рок-н-ролла недавно объявил 2025 лауреатов, и среди них — Bad Company.
Пол Роджерс недавно побеседовал с Эдди Транком из Trunk Nation и в рамках беседы прокомментировал новость о включении Bad Company в Зал славы рок-н-ролла:
«На самом деле я довольно спокойно отнёсся ко всему этому. Я не слишком напрягался, но в итоге это случилось. И я хочу поблагодарить вас за то, что вы подтолкнули Bad Company к введению в Зал славы, потому что я знаю, что вы и фанаты работали над этим годами, так что поздравляю вас и фанатов. Это большая честь. Я очень легко к этому относился, но теперь, когда это произошло, это очень волнительно».
На самом деле я действительно голосую. Я уже давно голосую за артистов в Зале славы. Я не вхожу в комитет по выдвижению кандидатов, который включает артистов в бюллетень, но у меня есть право голоса. И я действительно голосую вместе с фанатами, со своей аудиторией. Я провожу голосование в эфире вместе с ними и даю им право голоса при выборе пятерых кандидатов. Но каждый год, Пол, если в списке есть группа, которую я так долго ждал, я сразу же говорю зрителям: "Есть парочка артистов, которые не подлежат обсуждению, и я их сразу же утверждаю". И нет нужды говорить, что Bad Company была одной из них в этом году, хотя зрители совсем не возражали. Так что все были очень рады этому. Что вы почувствовали, когда впервые узнали об этом? Звонил ли вам кто-нибудь заранее, до того, как это стало известно на шоу American Idol?
«Да, звонили. На самом деле я позвонил Мику Ральфсу и сказал ему: "Помнишь, как много лет назад я позвонил тебе? Я сказал тебе два слова: "Bad Company", и ты бросил трубку?" И он ответил: "Да, именно так. Мы должны были так назвать группу". А я сказал: "Нет, вообще-то это песня, над которой я сейчас работаю". А он такой: "Нет, мы должны назвать группу Bad Company". Вот и всё. Знаете, и он был просто в восторге. Это было здорово».
Значит, песня «Bad Company» появилась раньше, чем название группы?
«Вообще-то да. Как ни странно».
Роджерс ответил на вопрос о том, кто из Bad Company будет присутствовать на церемонии в Зале славы:
«Я разговаривал с Миком пару недель назад и рассказал ему о введении в Зал славы: "Помнишь, как мы решили назвать группу Bad Company? И вот, спустя 50 лет, нас вводят в Зал славы рок-н-ролла". И он ответил: "Вот это да, я в восторге". Так что это очень приятно. Значит, это случится восьмого ноября в Лос-Анджелесе, но его там не будет. Я рад, что это происходит сейчас, пока Мик тоже может насладиться этим моментом».
На данный момент можно сказать, что Мик не придёт на церемонию?
«Пока нет».
Не знаю, насколько далеко вы продвинулись в этом вопросе, но что касается фактической церемонии, вы соберёте группу всех звёзд, а вы и Саймон выйдете на сцену и споёте? Начали ли вы думать о том, как всё это произойдёт?
«Мы обсуждаем этот вопрос. Я не могу рассказать подробности».
Верно. А что насчёт Боза? Как Боза будут чествовать? Есть ли у него семья или кто-то ещё, кто мог бы присутствовать?
«Да, Кэти придёт. Мне сказали, что Кэти — хорошая женщина. Она придёт. Так что да, его будут чествовать. Ведь он был отличным басистом, не так ли?»
А был ли уже разговор о том, кто будет выступать? Вы уже знаете или это ещё обсуждается?
«На самом деле я не знаю. Выступающих может быть очень много. Много вариантов, и я не хочу никого обидеть тем, что не скажу об этом. Посмотрим. Это будет сюрприз».
Роджерс рассказал о создании первого альбома Bad Company:
«Мы с Миком неистово сочиняли в деревне. Это была возможность собрать всё воедино. Я сочинял "Bad Company" с Кирком, с Саймоном. Он помог мне вставить несколько строк, и я написал "Seagull". Я вернулся с пляжа. Это стечение обстоятельств, так не было запланировано. У нас кое-что было, и всё получилось. К счастью, в воздухе витала магия. Это действительно было так».
Одна из вещей, которая поражает меня во всём каталоге Bad Company, — это звуковое сопровождение. И по сей день звучание отличное. По крайней мере, мне так кажется. И мне любопытно, ведь вы по большей части сами продюсировали эти альбомы. Я знаю, что с вами были основные люди из истории Led Zeppelin, такие как Эдди Крамер, Рон Невисон и тому подобные. Но на самом деле группа сама определяла, что делать с записями, верно?
«Да. Но Рон Невисон был очень хорош. Однажды он поставил микрофоны в поле с наушниками. Я спросил: "Что вы делаете?" Он ответил: "Мы собираемся записать вокал для "Bad Company" здесь, в поле, потому что сегодня полнолуние. Хотим проникнуться атмосферой". И мы так и сделали — записывались на поле посреди ночи и исполняли песню в наушниках и с микрофоном. Это было очень атмосферно. Это было очень красиво. В самом конце песни слышно, как дует холодный ветер, потому что микрофон в какой-то степени уловил его».